Нелла улыбнулась при мысли, что бюро отеля – едва ли подходящее место для приема августейшей особы. И тем не менее Его Светлость стоял, просунув голову в окошко, и небрежно опирался на деревянную раму, словно биржевой маклер или директор театра.

– Ваше Высочество, вы путешествуете без сопровождения?

– Из-за рокового стечения обстоятельств, да, – кивнул принц. – На вокзале Чаринг-Кросс меня должен был встретить мой компаньон, но он так и не появился, не знаю почему.

– Мистер Диммок? – уточнил Рэксол.

– Да, Диммок. Не припомню, чтобы он хоть раз опоздал. Вы его знаете? Он был здесь?

– Он ужинал с нами вчера вечером, – сказал Рэксол и ехидно добавил: – По приглашению Неллы. Сегодня мы его не видели. Впрочем, я знаю, что он занимает Королевские апартаменты и примыкающий к ним пятьдесят пятый номер. Верно, Нелла?

– Да, папа, – важно проговорила она, сверившись с регистрационным журналом. – Полагаю, Ваше Высочество желали бы, чтобы вас сопроводили в ваш номер, точнее апартаменты. – Нелла принужденно засмеялась. – К сожалению, я не знаю, кому именно следует вас сопровождать. Признаюсь честно, мы с папой пока неопытны в гостиничном деле. Видите ли, мы купили этот отель только вчера.

– Вы купили отель? – изумился принц.

– Совершенно верно, – подвердил Рэксол.

– И Феликс Вавилон уехал?

– Если уже не отправился в дорогу, то скоро уедет.

– Вот как… Понимаю, – ответил принц. – Это один из ваших американских фокусов. Вы купили отель, чтобы перепродать подороже, не так ли? Приехали отдохнуть, но не устояли перед искушением мимоходом заработать несколько тысяч. Я о таком наслышан.

– Нет, Ваше Высочество, мы не собираемся перепродавать отель. По крайней мере, до тех пор, пока он нам не наскучит. Одни приобретения наскучивают довольно скоро, другие – нет. Это зависит от… Что такое?

Рэксола отвлекло появление слуги в ливрее. Тот тихо зашел в бюро и с взволнованным видом делал ему загадочные знаки рукой.

– Не соблаговолите ли, сэр, – отчаянно обратился слуга к Теодору Рэксолу.

– Ни в коем случае не хочу вас задерживать, мистер Рэксол, – сказал принц.

И хозяин «Гранд Вавилона», неуклюже поклонившись Его Высочеству, удалился вслед за слугой.

– Могу ли я зайти? – спросил принц у Неллы, как только ее отец ушел.

– Ни в коем случае, Ваше Высочество, – рассмеялась она. – У нас строжайшее правило: гостям в контору входить запрещено.

– А откуда вам известно, что правило строжайшее, если вы владеете отелем только со вчерашнего вечера?

– Известно, Ваше Высочество, потому что это правило сегодня утром установила я сама.

– Шутки в сторону, мисс Рэксол, я хочу с вами поговорить.

– Вы хотите со мной поговорить как принц Ариберт или как друг, как мой прошлогодний парижский знакомый?

– Дорогая сударыня, как друг, если можно так выразиться.

– Быть может, вы все же предпочитаете, чтобы вас проводили в апартаменты?

– Я подожду Диммока. Он наверняка скоро появится.

– В таком случае я распоряжусь, чтобы нам подали чай в папин личный кабинет. В кабинет хозяина, вернее говоря.

– Хорошо, – кивнул принц.

Нелла что-то проговорила в телефон, пару раз нажала на кнопку звонка и в целом держалась так, что любому принцу, да и кому угодно стало бы ясно: у этой девицы точно есть деловая хватка. Затем Нелла вышла из кабинета и в сопровождении двух посыльных повела принца Арибрета в покои, обставленные в духе Луи XV, где ее отец и Феликс Вавилон провели вчерашний вечер за долгой дружеской беседой.

– О чем вы хотите со мной поговорить? – поинтересовалась Нелла, наливая принцу вторую чашку чая.

Принц посмотрел на нее, взял протянутую ему чашку и со всей горячностью молодой пылкой натуры думал лишь о том, как же прелестна сидящая напротив девушка. В тот вечер Нелла была особенно хороша. Ведь даже у самой привлекательной женщины красота изменяется от часа к часу. Нелла прямо-таки сияла. Веселая, энергичная, властная и вместе с тем неописуемо милая, она излучала жизнерадостность и задор.

– Я запамятовал, – признался принц.

– Запамятовали? Напрасно. Вы ясно дали понять, что у вас ко мне ужасно важный разговор. Разумеется, я сразу догадалась, что это невозможно: ведь ни один мужчина, особенно принц, никогда в жизни не станет обсуждать действительно важные вещи с дамой.

– Прошу вас вспомнить, мисс Рэксол, что сегодня вечером, здесь, я не принц.

– Вы граф Штейнбок, верно?

Его Высочество вздрогнул.

– Только для вас, – тихо сказал он. – Мисс Рэксол, очень прошу: никто в отеле не должен узнать, что прошлой весной я был в Париже.

– Дело государственной важности? – улыбнулась она.

– Дело государственной важности, – торжественно повторил он. – Даже Диммок не посвящен. Так странно, что вы и я остановились в том тихом неприметном отеле. Странно и восхитительно. Я никогда не забуду дождливый день, который мы вместе провели в Этнографическом музее Трокадеро. Поговорим об этом.

– О дожде или о музее?

– Я никогда не забуду тот день, – повторил принц, не обратив внимания на шутливый вопрос Неллы.

– Не забуду и я, – ответила она уже серьезно.

– Вам тоже понравилось? – радостно воскликнул принц Ариберт.

– Скульптуры были великолепны, – проговорила Нелла, не решаясь взглянуть ему в глаза.

– О да! Скажите, мисс Рэксол, как вы догадались, кто я?

– Не могу, – ответила она. – Это мой секрет. И не пытайтесь его раскрыть. Кто знает, какие вы обнаружите скелеты в шкафу, если будете слишком настойчивы.

Нелла рассмеялась, однако собеседник не разделял ее веселье. Принц задумчиво молчал, словно его что-то тяготило.

– Я не надеялся увидеть вас снова.

– Отчего?

– Нам не дано снова встретить тех, кого отчаянно жаждем увидеть.

– Лично я была полностью уверена, что мы еще встретимся.

– Почему?

– Потому что я всегда получаю желаемое.

– Выходит, вы хотели снова увидеть меня?

– Ну разумеется! Вы меня ужасно заинтриговали! Я не встречала человека, который столь же увлекательно говорил бы о скульптуре, как граф Штейнбок.

– И вы всегда получаете то, чего хотите, мисс Рэксол?

– Конечно.

– Полагаю, причина в том, что ваш отец так богат?

– О нет, вовсе не в этом! – воскликнула Нелла. – Просто я всегда получаю то, чего хочу. И папа здесь совершенно ни при чем!

– Но мистер Рэксол невероятно богат, не так ли?

– Богат – не то слово, граф. Подходящего слова не существует. Даже представить страшно, как много долларов зарабатывает бедный папочка. И самое ужасное, он ничего не может с собой поделать. Он мне однажды признался, что когда человек заработал десять миллионов, никакая сила на свете не может помешать этому капиталу вырасти до двадцати миллионов. И так далее. Я трачу, сколько могу, – и совершенно не справляюсь. А папочка вообще не умеет тратить.

– И мамы у вас нет?

– Кто вам сказал, что у меня нет мамы? – тихо спросила Нелла.

– Я… кхм… наводил о вас справки, – честно признался принц.

– Несмотря на то, что вы не чаяли встретить меня снова?

– Именно.

– Как мило! – воскликнула девушка и впала в задумчивое молчание.

– У вас, должно быть, чудесная жизнь, – сказал Его Высочество. – Я вам завидую.

– Завидуете? Чему? – удивилась она. – Богатству моего отца?

– Нет, – помотал головой принц. – Вашей свободе и обязанностям.

– У меня нет обязанностей, – отметила Нелла.

– Прошу прощения, но они у вас есть, – возразил он. – И скоро вы их ощутите.

– Я еще так юна… – с неожиданной наивностью пробормотала мисс Рэксол. – Однако у вас, граф, несомненно, имеются обязанности, и премного?

– У меня? – грустно спросил он. – У меня нет обязанностей. Я никто, Его Светлость, который вынужден притворяться очень важной персоной и внимательнейшим образом следить, дабы ни в коем случае не сделать то, чего Его Светлости делать не следует.

– Но если ваш племянник, принц Евгений, вдруг скончается, то вам придется взойти на престол и получить все те обязанности, о которых вы так мечтаете?