— То есть князю мы выгодны, печенегам — как кость в горле, а варягам — как вызов? — уточнил Дронов.

— Именно, — кивнула Анна. — Князь видит в нас ресурс. Печенеги — препятствие, которое нужно сломать, чтобы не потерять лицо. Варяги — вызов, который нужно принять. У каждого своя мотивация. И в этом наше преимущество: они никогда не объединятся против нас. Потому что для этого им пришлось бы договориться между собой, а они друг друга ненавидят сильнее, чем нас.

Максимов хмыкнул, постучал трубкой о край стола.

— Значит, тактика проста: с князем дружить, печенегов бить так, чтобы другим неповадно было, а варягам… варягам дать то, что они ищут. Бой. Чтобы те, кто уцелеет, рассказали остальным, что здесь их ждёт не Вальхалла, а ад.

— Именно. Только ад должен быть таким, чтобы рассказы о нём передавались из поколения в поколение. Тогда, возможно, через десяток лет сюда перестанут соваться вообще.

Когда Анна закончила и села, генерал снова постучал трубкой о край стола.

— Теперь по запасам, Дронов, что у нас с зажигалками?

Майор поднялся, привычным жестом одёрнул китель.

— Зажигалок из современной смеси, товарищ генерал, осталось совсем немного. Последняя атака съела почти всё. Магниевой стружки нет, селитры нет, серы — кот наплакал. Ингредиентов для новых смесей не имеем. Но я думаю, если пошукать по квартирам — может, у кого-то что-то найдётся. У людей могли быть запасы. Кто-то машину ремонтировал, кто-то химией увлекался. Надо просто проверить.

Генерал перевёл взгляд на Петрова. Тот, не дожидаясь вопроса, поднялся.

— Вот тут, товарищ генерал, проблема. Если военные ещё как-то делятся — понимают, для чего это нужно, — то гражданские многие и на порог не пускают. И касается это не только ингредиентов, а вообще всего.

Он перелистнул страницу, сверился с записями.

— Вот, например, семьдесят шестая квартира. Молодая пара. Я точно знаю, что у них есть несколько солнечных панелей. Сам видел, как они их покупали — буквально за день до переноса. Панели у них на балконе, с их помощью они подзаряжают свои гаджеты. Когда я к ним пришёл и попросил сдать для общего пользования — они сказали, что я ошибся, и никаких панелей у них нет. Я настаивал — они дверь захлопнули перед носом. Что прикажете делать? Не силой же к ним вламываться?

Генерал нахмурился, и лицо его стало жёстким.

— А почему не силой? — спросил он негромко. — У нас тут военное положение. Мужик этот занимается чем-нибудь? В смысле, работает на общее благо?

Петров покачал головой.

— Иногда на огороде что-то поделает — так, для виду. И снова к себе. Спускается только за жратвой да в сортир.

— Это не дело, — отрезал Максимов. — Если так вопрос стоит — дверь вышибайте и забирайте всё, что может пригодиться. Солнечные панели нам сейчас нужнее, чем этой парочке. А кренделя этого — на самую тяжёлую работу отправить. И под присмотр.

Он обвёл взглядом собравшихся.

— Что у нас из тяжёлого есть? Куда можно такого лоботряса пристроить?

Петров снова заглянул в планшет.

— Глину копать надо, товарищ генерал. Для кирпичей. Здесь есть неподалёку, западнее склона, мы потихоньку добываем. Но людей не хватает. Работа — не сахар: целый день на солнцепёке, с лопатой и тачкой.

— Вот туда его и отправить, — кивнул генерал. — И бабу его — на стирку поставить. Пусть осознает, что не на курорте. С остальными, кто жирует и не делится, поступать так же. Особо буйных — под замок. Приказ ясен?

Петров вытянулся, едва не щёлкнув каблуками.

— Так точно, товарищ генерал! Разрешите исполнять?

— Исполняйте. Времени у нас нет на уговоры.

Сергей, сидевший у стены, молча крутил в пальцах потухшую сигарету. Он был согласен с генералом. Здесь и сейчас каждый ресурс — на вес золота. И если кто-то этого не понимает — придётся объяснить.

— Следующий пункт — провизия. — Генерал снова обратился к Петрову, и тот, не садясь, перелистнул страницу планшета.

— Докладывайте, что у нас с едой. Что есть, что ещё надо.

Петров откашлялся и начал перечислять — сухо, по-военному, но обстоятельно:

— На данный момент, товарищ генерал, имеем следующие запасы. Зерно: пшеница, ячмень, полба — около семи тонн. Это с учётом последней закупки у греков и того, что привезли сегодня. Мука — примерно полтонны, но её расходуем экономно. Рыба — в избытке, солим и вялим непрерывно, запас хороший уже заложен. Масло оливковое — двадцать амфор. Вино — десять амфор, плюс то, что взяли трофеями. Специи — перец, корица, имбирь — есть, хоть и немного. Соль только покупная, но пока хватает. Овощи с огорода пошли, скоро картошка будет.

Он перелистнул страницу.

— Теперь по живности. Козы — двадцать взрослых, плюс молодняк. Коровы — пока нет, но заказали через послов, обещали привести. Куры есть, яйца понемногу дают. Лошади — четыре штуки. Итого: если грамотно распределять, голод нам не грозит. Более того — с появлением коз и, надеюсь, коров, сможем разнообразить рацион молочными продуктами. Молоко, творог, сыр.

— Сыр — это хорошо, — хмыкнул генерал. — А если нас тут запрут? Осада, например. На сколько жратвы хватит?

Петров заглянул в планшет, помедлил секунду, сверяясь с подсчётами, и ответил уверенно:

— Три месяца протянем, товарищ генерал. Как пить дать.

Максимов хмыкнул, откинулся на стуле.

— А пить, в смысле с водой что? Скважину пробурили?

Сергей навострил уши. Он знал, что мужики прямо в подвале пытаются добыть воду — бурят скважину. Пару раз он видел, как они таскали вниз какие-то трубы и бухты троса, но деталей не знал. Знал только, что бур делали сами, из подручных средств, и получился он не то чтобы сильно удобный — что-то вроде ручного шнека, сваренного из труб и листового железа.

Петров, однако, ответил с осторожным оптимизмом:

— Добрались до первого слоя, товарищ генерал. Вода есть, но сильно грязная, с примесью песка и глины. Для питья пока не годится, только для технических нужд — мытья, стирки, полива. Роем дальше, хотим дойти до чистого водоноса. По расчётам, там метров пять-шесть ещё.

Генерал вдруг улыбнулся — впервые за всё время совещания. Широко, открыто.

— Ну хоть так. Даже грязная, а всё же вода. Отлично! Это, я вам скажу, лучшая новость за сегодня. Своя вода — это жизнь. Молодцы, мужики. Передайте им мою благодарность.

Когда с провизией и водой разобрались, генерал выбил трубку, закурил снова и перешёл к последнему вопросу.

— Теперь — приглашение от князя. После того как послы увидели амулет этого… как его… ну неважно, они уже не зовут нас на помощь, а приглашают в гости. И нам нужно решить: стоит ли принимать приглашение, и если да — каким составом, на сколько, что брать с собой. Анна, вы и ваши учёные коллеги наверняка уже всё обсудили. Давайте свои рекомендации.

Анна встала, взяла со стола несколько исписанных листов — видимо и вправду подготовились заранее, — и заговорила:

— Мы, товарищ генерал, сошлись во мнении: приглашение нужно обязательно принять, и вот почему. Во-первых, это укрепит союз. Князь не просто согласился на наши условия — он теперь хочет видеть нас лично. Это знак доверия. Если мы откажемся, он воспримет это как пренебрежение или, хуже того, как страх. Ни того, ни другого мы допустить не можем. Во-вторых, нам самим полезно увидеть его двор, понять его силу и слабость, оценить, с кем мы имеем дело. Отчёты послов — это хорошо, но увидеть своими глазами лучше.

Она перелистнула страницу.

— Теперь — состав делегации. Он должен быть небольшим, но внушительным. Кроме экипажа корабля, пять-семь человек. Мы — не посольство от слабого князька, мы — равная сила. Поэтому делегация должна выглядеть соответственно. Сергей и его «витязи» — идеальный вариант. Их внешний вид, их экипировка производят впечатление сами по себе, без лишних слов. Плюс я, как переводчик и консультант, — тут Анна чуть заметно улыбнулась, — хоть меня за стол переговоров и не посадят, но в пределах досягаемости я буду. Всего не больше десяти человек.