— Твою мать, — выдохнул он, оглядывая салон. — Все живы?

— Проверяю, — буркнул я.

Прошел по салону, переступая через обломки. Шило — жив, скулит, держится за ребра. Ушиб или перелом? Разберемся. Серый — цел, забился в угол, бледный как полотно, но без видимых повреждений. Живучая крыса. Хороший человек давно бы умер, а этот все живет… Лиса — в порядке, уже склонилась над носилками с Бледным, проверяет состояние раненого.

— Как он? — спросил я.

— Держится, — коротко ответила она. — Пока.

Пока. М-да. Доставили мужика в больничку.

Из-под обломков какого-то ящика выбрался Гэл, встряхнулся и обвел салон настороженным взглядом. Подошел ко мне, ткнулся мордой в ладонь.

— Цел, блохозавр? — спросил я.

Пес коротко и возмущенно гавкнул. Мол, ты меня в эту коробку затащил, вы ее потом уронили вместе со мной, а теперь еще заботу проявляешь, типа? Я усмехнулся. Ну, если возмущается — значит цел.

— Молодец, — я потрепал его по загривку и двинулся дальше. За спиной Рокот уже развивал буйную деятельность.

— Выбираемся, — скомандовал он. — Живо. Не хватало еще, чтоб коптер загорелся.

Он был прав. Из пробоин сочился дым, что-то искрило в поврежденной проводке, и запах топлива становился все сильнее. Оставаться внутри — не лучшая идея.

Я подошел к десантному люку. Заклинило. Толкнул — не поддается. Еще раз, сильнее. Металл заскрежетал, но люк не сдвинулся. Так, а у брони вроде мышечные усилители были, да?

Я напрягся, уперся в люк обеими руками и толкнул.

Металл недовольно застонал, но подался. Что-то затрещало, скрипнуло, а потом крепления лопнули, и люк вылетел наружу с оглушительным лязгом. В салон хлынул воздух — сырой, холодный, пахнущий прелой листвой, землей и чем-то горьковатым. Лесной воздух. Давно я такого не нюхал. Уф. Это вам не Роща…

Я выбрался наружу первым и осмотрелся.

Вокруг был лес. Густой, темный, запущенный. Деревья обступали со всех сторон — высокие, с толстыми стволами и раскидистыми кронами, сквозь которые едва пробивался свет пасмурного неба. Подлесок — молодняк, кусты, папоротники — разросся так, что в двадцати метрах уже ничего не было видно.

Коптер лежал на брюхе посреди просеки, которую сам же и проложил. За ним тянулась борозда — метров сто вспаханной земли, вывороченных корней и сломанных деревьев. Некоторые стволы еще торчали из-под корпуса машины, другие были отброшены в стороны, третьи — просто перемолоты в щепу. Импеллеры — все четыре — превратились в искореженный металлолом, лопасти погнуты, корпуса смяты… Из нескольких пробоин в обшивке сочился дым.

Машина была мертва. Это понятно с первого взгляда. Даже если бы двигатели уцелели, взлететь на этой груде металла уже не получится. Никогда.

Впрочем, если бы двигатели уцелели, нам и садиться так не пришлось бы…

Сверху, в процессе «посадки», я видел силуэты зданий. Там был какой-то населенный пункт. Но до него было несколько километров. Здесь же, вокруг нас — только лес.

Понять бы вообще, где мы находимся…

«Локация не определена», — сообщил Симба. — «Навигационные спутники недоступны. Ориентировочное направление на Санкт-Петербург — северо-восток. Расстояние — не менее сорока километров».

Не менее сорока километров. Пешком. С раненым на носилках…

Прекрасно.

Народ выбирался из коптера — медленно, неуклюже, помогая друг другу. Гром первым оказался снаружи, за ним — Молот, потом Вьюга. Рокот вытащил Шило, передал его Серому. Лиса возилась с носилками Бледного, пытаясь протащить их через покореженный люк.

— Помогите! — крикнула она.

Я подошел, ухватился за край носилок. Вдвоем с Громом вытащили Бледного наружу, уложили на землю в стороне от коптера. Парень был без сознания — или в забытьи, хрен разберешь. Лицо серое, дыхание частое, поверхностное. Плохо выглядит. Очень плохо.

— Как он? — спросил Рокот, подходя.

— Паршиво, — отозвалась Лиса. — Нужен врач. Настоящий врач, операционная, оборудование. Без этого…

Она не договорила. Да и не нужно было.

Ли выбрался последним. Прихрамывал — видимо, при посадке приложился ногой обо что-то, — но держался прямо. Оглядел разбитую машину, покачал головой.

— Красиво сели, — саркастично хмыкнул Молот. — Видно руку мастера…

Китаец бросил на него короткий взгляд, но ничего не сказал, просто отвернулся.

Я еще раз оглядел лес вокруг. Тихо. Слишком тихо. Ни птиц, ни зверей, ни даже ветра в кронах. Только потрескивание остывающего металла за спиной и приглушенные голоса людей.

Стоп.

Голоса людей?

«Внимание».

Голос Симбы изменился — стал жестче, напряженнее. Я знал этот тон. Угроза.

«Фиксирую множественные сигнатуры. Количество — не менее двадцати. Дистанция — сто пятьдесят метров и сокращается. Направления — север, северо-восток, восток».

Окружают.

Твою мать…

— Рокот, — позвал я негромко.

Он обернулся. Увидел мое лицо — и сразу все понял. Профессионал.

— Что? — так же тихо спросил он.

— Гости. Много. Приближаются.

Рокот не стал переспрашивать. Просто кивнул и повернулся к остальным.

— Всем внимание. Оружие к бою. Тихо, без суеты.

Народ среагировал мгновенно — сказывалась выучка. Гром подхватил пулемет, Молот потянулся к своей шестистволке. Вьюга уже держала винтовку наготове — когда успела, я даже не заметил. Рокот снял с плеча автомат, передернул затвор.

Я выдернул из кобуры пистолет. «Питбуль» где-то в обломках коптера — искать некогда. Ладно, обойдусь тем, что есть.

Гэл прижался к моей ноге, шерсть на загривке встала дыбом. Из горла рвалось низкое, утробное рычание. Он тоже чуял.

— Ли! — негромко позвал я. — Что за хрень? Кто это может быть?

Тот лишь пожал плечами, мол, не знаю. Ну, прекрасно…

«Сто метров», — сообщил Симба. — «Движение по дуге. Пытаются охватить с флангов».

— Кто это? — прошептал Шило. Голос дрожал.

— Заткнись, — буркнул Молот.

Я всматривался в лес. Деревья, кусты, подлесок… Ничего. Никакого движения. Но Симба продолжал отсчитывать дистанцию.

«Восемьдесят метров».

Ага, вот оно!

Движение между деревьями. Мелькнула тень — быстро, едва заметно. Потом еще одна, левее. И еще.

Люди. Это были люди. Не мутанты, не механоиды — люди. Силуэты мелькали в просветах между стволами, перебегая от укрытия к укрытию. Грамотно двигались, надо признать. Не толпой, а рассыпным строем, используя рельеф…

— Вижу, — прошептал Рокот. — Слева, между березами.

— И справа, — добавила Вьюга. — Пятеро. Нет, шестеро.

«Шестьдесят метров. Количество целей уточнено — двадцать три единицы».

Двадцать три. Против нас — девять боеспособных, если считать Ли и не считать Бледного. И Шило под вопросом — ребра у него точно не в порядке.

Хреново.

— Кто они? — спросил Рокот.

— Понятия не имею, — честно ответил я. — Просто… люди.

Просто люди. В лесу. Окружают нас. Двадцать три человека.

Какого хрена⁈

Мы только что упали. Буквально пять минут назад. Откуда они взялись так быстро? Следили за нами? Услышали грохот падения и прибежали посмотреть? Или…

Додумать я не успел.

Первая очередь ударила из-за деревьев — хлестко, неожиданно. Пули застучали по корпусу коптера, высекая искры, взметая фонтанчики земли у наших ног.

— К бою! — заорал Рокот.

А гостеприимно у них тут, в ленобласти…

Я нырнул за обломок крыла, срезанный при посадке и валявшийся в нескольких метрах от машины. Рядом грохнулся Гром, вскидывая пулемет. Гэл метнулся следом, распластался рядом со мной, прижимаясь к земле.

Со всех сторон загрохотало. Противник открыл огонь — автоматы, карабины, что-то еще. Стреляли из-за деревьев, из кустов, перемещаясь между укрытиями. Пули свистели над головой, впивались в землю, звенели о металл.

Я высунулся, попытался засечь стрелков. Мелькание теней, вспышки выстрелов… Хрен что разберешь в этом подлеске.

— Симба, подсветка!

«Выполняю».