Я пополз. Медленно, бесшумно. Мокрая трава глушила звуки. Камни под руками холодные, скользкие. Пятнадцать метров… Десять… Семь…

Боец опустил бинокль, потянулся за фляжкой на поясе. Открутил крышку, сделал глоток.

Пять метров.

Я замер, ждал. Боец снова поднял бинокль, посмотрел вдаль. Ничего не увидел. Опустил, вздохнул.

Три метра.

Встал. Два быстрых шага. Рука на рот, клинок в шею — сбоку, под углом. Артерия. Боец дернулся, попытался закричать, но только захрипел. На руки и землю хлынула горячая, темная кровь. Готов.

Я держал бойца, пока он не затих. Опустил между плит, осмотрелся — все тихо.

— Две внешние цели нейтрализованы, — доложил Симба. — Время с момента начала операции: одиннадцать минут. Оставшиеся цели — семь. Четверо на галерее, трое внизу.

Я вытер клинок о куртку мертвеца, втянул обратно. Огляделся. Ангар в пятидесяти метрах. Темно, тихо… Внутри ничего не изменилось. Не заметили.

Хорошо.

— Симба, мне нужен способ попасть на галерею снаружи, — прошептал я. — Пожарная лестница, труба, что угодно.

— Сканирую… — пауза. — Обнаружена пожарная лестница на западной стене ангара. Состояние: ржавая, но функциональная. Ведет на крышу. С крыши есть доступ к галерее через люк.

— Покажи маршрут.

В поле зрения высветился путь — зеленая линия, огибающая ангар. Симба проложил маршрут так, чтобы я не попался на глаза наблюдателям внутри. Придется сделать немаленький крюк, но что тут поделаешь?

Я двинулся, пригнувшись. Дождь хлестал в лицо, ветер пыльник. Я обогнул угол ангара, прижался к стене, огляделся. Ага, вот оно. Лестница — справа, метрах в десяти. Старая, металлическая, проржавевшая. Нижняя секция оторвана, висит на одном болте. До первой ступени два с копейками.

Коротко разбежавшись, я прыгнул и вцепился в ступеньку. Металл скрипнул — громко, слишком громко. Я замер, весь превратившись в слух.

Ничего. Тишина. Фигуры, отмеченный «Скатом» на визоре дополненной реальности даже с места не сдвинулись. Не услышали. Ну, или решили, что ветер.

Я медленно полез вверх. Ступени были холодные и скользкие от дождя. Лестница скрипела, качалась, прогибалась под моим весом. Я замедлился, распределяя вес аккуратнее.

Три метра. Пять. Семь.

Крыша. Плоская, металлическая, покрытая лужами. Я перебрался через край, пригнулся. Огляделся.

— Люк? — мысленно спросил я.

— На два часа, шесть метров, — тут же откликнулся Симба. Я кивнул.

Есть.

Люк представлял собой банальную дыру в крыше. Когда-то давно здесь было стекло, сейчас же — пустая рама. Отлично. Я аккуратно выдернул пару крупных осколков, присел рядом, положив ладони на раму, нагнулся и аккуратно заглянул внутрь.

Несколько секунд я не видел ничего, кроме темноты, потом Симба подстроил зрение и я начал различать детали. Прямо подо мной была галерея: металлический пол, какие-то ящики, контейнеры…

— … сидим здесь вообще? — голос где-то справа, метрах в десяти.

— Сказали сидеть — вот и сидим, — прозвучал ответ оттуда же.

— Да нахрен оно бы надо… Может, никто и не вернется за этой техникой… Могли бы мехов просто отправить…

— Много болтаешь, Хруст. Сказали сидеть — значит, сиди. Достало уже твое нытье.

Я медленно повернул голову, осматривая пространство. Симба услужливо подстветил силуэты бойцов на слое дополненной реальности. Четверо, как и до этого, без сюрпризов. Двое, те, что сейчас разговаривали — в дальнем конце галереи, третий — у перил, метрах в десяти от меня. Стоит, облокотился, смотрит на первый этаж.

А четвертый…

Я прищурился. Метрах в пяти от люка, чуть правее. Сидит на ящиках, прислонившись к контейнеру. Смотрит в небольшое окно. В одном ухе — наушник. Слушает музыку. Автомат лежит рядом на ящике, под рукой. Расслабленный, спокойный.

Отлично.

Ухватившись за края люка, я напряг мышцы и бесшумно опустил тело вниз. Повис на руках, примерился, спрынул. Приземлился на носки, мягок и почти беззвучно. Впрочем, дождь так молотил по металлической крыше ангара, что скрадывал любые звуки. Присев и вжавшись в стену, я медленно двинулся вперед.

Двинулся к нему. Шаг. Еще один. Тихо, как тень.

Три метра.

Боец дернул плечом, что-то пробормотал себе под нос. Песне подпевает, что ли?

Два метра.

Я выпустил клинок из предплечья. Тихий щелчок.

Метр.

Я рванулся вперед. Зажав рот бойцу, я одним точным движением вбил клинок ему в основание черепа. Боец дернулся, попытался вскрикнуть, но вышел только хрип. Я развернул лезвие, под клинком что-то хрустнуло… Боец затих.

Я опустил тело за контейнер, придерживая, чтобы не грохнулось. Потянулся за его оружием…

— Эй, Свист! — послышался голос одного из бойцов. — Вам не пора парней идти менять?

Тишина.

Твою мать. Кажется, Свист — это тот парень, которого я только что зарезал.

Недудобненько вышло…

— Свист, слышишь меня?

Черт.

Прятаться больше смысла нет.

Я выхватил из кобуры «Отбойник» и сжал пистолет двумя руками. Очерченный красным силуэт бойца в дополненной реальности двигался в мою сторону.

Ну что ж, поехали.

Качнувшись маятником, я высунулся из-за контейнера и дважды быстро утопил спуск. Грохнуло так, будто я выстрелил из гаубицы, пистолет лягнулся отдачей, а лицо идущего к мне бойца превратилось в кровавый фарш. Тело еще не успело упасть на пол, а я уже переводил прицел.

Второй боец, тот, что стоял у окна, сриентировался быстрее остальных и уже вскидывал автомат, но я оказался быстрее. «Отбойник» выплюнул новую «двоечку», и на еще одного врага стало меньше. Первая пуля попала бойцу в грудь, раскрошив грудную броню и качнув его назад, вторая расколола шлем и выбила из задней части головы облако кровавой взвеси.

Минус три.

Третий боец успел сориентироваться, и, пока я расправлялся с его коллегами, нырнул за ящики, стоящие на галерее.

— Контакт! У нас контакт! — орал он в рацию. — Нужна поддержка! Срочно!

Внизу раздались крики, заметались бойцы. Так. Надо заканчивать с этим.

Нырнув обратно за контейнер, я сорвал с разгрузки плазменную гранату. Крутанул головку, активировал, высунулся наружу. Симба услужливод подсветил траекторию броска изогнутой красной линией. Погнали!

Размахнувшись, я бросил гранату. Пролетев по параболе, она ударилась о стену и отскочила за ящики — как раз туда, где скрывался боец. Готово!

Взрыв.

Вспышка — ослепительная, белая, режущая глаза. Температура подскочила мгновенно до нескольких тысяч градусов. Воздух вокруг эпицентра задрожал и исказился, металл галереи зашипел и раскалился докрасна, а лужа на полу с шипением превратилась в клубы пара.

Минус четыре.

— Симба, нейроген!

— Активирую.

Я перемехнул через перила и прыгнул вниз.

В замедленном восприятии падение растянулось на долгие секунды. Я видел все в мельчайших подробностях: трое бойцов внизу задирают стволы вверх, пытаясь взять меня на мушку. Двое справа, за багги. Один слева, у броневика. Пальцы на спусках, стволы медленно задираются вверх…

Слишком медленно.

Бетонный пол ударил в подошвы, и я ушел в кувырок, гася инерцию удара. Перекатился, вскочил на ноги, прыгнул вперед, за массивную тушу второго броневика, стелясь над полом…

Загрохотали автоматы, по броне застучали попадания. Искры, вмятины, рикошеты. Я прижался к борту, перевел дыхание.

— Трое противников, — доложил Симба. — Все активны, все вооружены.

— Да ладно? — почти искренне удивился я. — Серьезно? А я и не заметил!

Я пригнулся и перебежал вдоль броневика к переднему колесу. Присел за ним, сжался в комок. Пули продолжали лупить по броне, но меня не доставали.

— «Скат», — коротко приказал я.

Мир окрасился в оттенки синего и красного. Тепловые сигнатуры вспыхнули сквозь препятствия. Три силуэта. Симба тут же очертил их красными линиями.

Один засел за вторым броневиком, метрах в десяти слева. Сидит, прикрывает товарищей огнем. Двое других обходят меня с разных сторон — один справа, вдоль стены, второй слева, между машин. Умные. Берут в клещи.