— Скрутило, говоришь? — Гром с Вороном переглянулись.

— Ну да. Сил нет даже ползти, башка кружится, глюки какие-то… Там я рюкзак и нашел, кстати.

Снова обмен быстрыми взглядами.

— А что за мужик тебя вывел? — внимательно глядя на меня, спросил Гром.

— Да понятия не имею. Странный такой. Как из лесу вышел. Двустволка, патронташ… Отвел к палатке своей, накормил, да потом и вывел, куда мне нужно было. Собака у него еще такая смешная, лохматая…

— Егерь? — прошептал кто-то. Я скосил глаза и успел поймать быстрый взгляд, полный чуть ли не суеверного благоговения.

— Похож, — кивнул Гром. — Интересно… Слышь, Антей. Я у тебя ножики видел такие интересные… Импланты?

— Они самые, — кивнул я, и тут же все, кроме Грома, шарахнулись в стороны. Ворон поднял автомат и нервно проговорил.

— Слышь, Гром, не нравится мне это все. Давай его просто завалим и пойдем, а? Зуб даю — блудняк какой-то. Как бы не от жестянок казачок засланный…

Я повернулся к нему. Глаза сузились, уголки губ дернулись в холодной усмешке.

— Завалим, говоришь? Ну, попробуй.

«Размечаю цели в порядке убывания опасности», — прошелестел в голове Симба, и тут же над каждым из присутствующих в интерфейсе возникла цифра. Что интересно, агрессивного и брутального Ворона Симба определил, как тройку. Единица висела над Громом, а двойка, к моему удивлению, над татуированным.

— Угомонись, Ворон, — буркнул Гром. Повернулся ко мне и прямо спросил:

— Ты — киборг?

Я покачал головой, а потом решил, что терять больше все равно нечего, и ответил.

— Нет, я не киборг. Синтет.

По цеху пробежал шепоток, а Гром задумчиво кивнул.

— Это многое объясняет. Так чего ты хочешь от нас, Антей?

— К людям хочу, — искренне ответил я. — Информации хочу. Задолбался тут в одиночку шарахаться, одни железяки долбанные кругом.

— Да ну нахрен! — вскинулся Ворон. — Гром, ты же не серьезно это все сейчас? Куда его, на фиг? Он же полукиборг, нихрена не ясно, чего от него ожидать!

— Умолкни! — в голосе Грома прозвучала угроза, и Ворон заткнулся, сердито засопев. — Среди наших тоже есть имплантированные. И чего?

— С боевыми имплантами, да? — Ворон ехидно усмехнулся. Гром промолчал, видимо, не зная, что ответить.

— Я не могу тебя взять с собой, Антей, — подумав, проговорил он. — Не имею таких полномочий. И запрашивать их по рации не могу. Ты уж извини…

— А я и не прошу тебя взять меня с собой, — ответил я, изрядно удивив Грома. — Слушай, я вижу, что вы мне не рады, и могу развернуться и уйти, так же, как пришел. Но я предлагаю сделку. Я помогу вам добраться до вашей базы, убежища, или где вы там живете, а вы устроите мне встречу с вашим главным. Тех мутантов, — я кивнул в сторону улицы, — можешь засчитать, как аванс. Мне чертовски нужна информация, Гром. Я ведь вообще ни хрена не понимаю, что вокруг происходит…

Позади послышался ропот. Чьи-то глаза блеснули страхом, чьи-то — недоверием.

— Ты чего, Гром? Какая база? Его брать нельзя!

— Еще синтета нам не хватало… Полужестянка… А может, и полная, кто его проверял?

Гром выслушал все это молча. Его взгляд блуждал по лицам бойцов, потом вернулся ко мне. В глазах стояла усталость и злость — не на меня, на ситуацию.

— А с чего ты взял, что мы без тебя не доберемся? — спросил он, прищурившись.

— С того, что вас здесь семь человек, из которых двое ранено. Остается пять. Четверо будут заняты носилками. А снаружи рыщут гребаные механоиды. Ну и куда вы с такими раскладами дойдете? До ближайшего кладбища?

— Чур тебя, — буркнул Гром, но так, чисто автоматически.

Он сжал челюсти так, что на шее вздулись жилы. Взгляд метнулся в сторону — туда, где лежали раненые. Носогубная складка дрогнула.

— Егерь плохим людям не помогает. Жестянкам — тем более, он их за версту чует и ненавидит лютой ненавистью. Ты нам уже помог. Так что…

— Гром, ты с ума сошел? — взвился Ворон. — Ты реально потащишь хрен пойми кого с собой на базу? Тебе Север голову оторвет!

И вот тут, кажется, Ворон совершил ошибку. Услышав позывной, Гром сверкнул глазами, и рыкнул:

— Пусть Север катится к черту! Если б не этот парень — мы бы сейчас над кострами запекались! — он посмотрел на меня. — Все, решено. Берем его с собой. Под мою ответственность.

В комнате кто-то зло выругался, Ворон отшатнулся, как будто ему вручили взведенную мину. И без того спертый воздух воздух наполнился напряжением и страхом.

Я слегка кивнул, не отводя взгляда от Грома.

— Отлично. Значит, по рукам.

Я протянул руку. Гром секунду смотрел на нее, будто решал, не сломать ли ее мне вместо рукопожатия. Потом стиснул так, что костяшки хрустнули. Я ответил. Некоторое время Гром продолжал давить, потом глянул на меня с уважением, и слегка кивнул.

— Все. Собираемся. Пять минут на сборы, потом выступаем. Пошевеливайтесь.

Комната зашевелилась. Металлический лязг, сухие щелчки затворов, приглушенные стоны. Кто-то торопливо запихивал в рюкзак платы и детали каких-то механизмов, кто-то доснаряжал магазины. У стены лежал боец без сознания, дыхание едва уловимое, рядом возилась девушка, поправляя жгут на его руке. Чуть дальше второй раненый пытался подняться на одной ноге, опираясь на обломок трубы.

Я стоял, привалившись плечом к стене, скрестив руки на груди, и молча наблюдал за этой суетой. Уставшие, грязные, злые, но живые — и это уже было чудо.

Иногда кто-то из бойцов бросал на меня быстрый взгляд. Долгий, изучающий. Одни смотрели с подозрением, другие — с чем-то похожим на страх. Я видел, как взгляд каждого из них задерживался на моем костюме, поблескивающем в тусклом свете фонарей оружии… Ну да, экипирован я был посерьезнее, чем все, кто здесь собрался. Кажется, самая крутая пушка, что я увидел — деструктор у татуированного. Все остальные были вооружены пожиже.

— Они не дойдут, — повернувшись к Грому, озабоченно проговорила девушка с медицинской сумкой.

— Ясен пень не дойдут, — фыркнул Гром. — Носилки готовьте.

Парень, раненый в ногу, попытался было протестовать, мол, он и так ого-го, но потерял равновесие и чудом не рухнул на пол. Гром поглядел на него, как на идиота, и тот угомонился. На свет появились две пары складных тактических носилок, и раненых быстро уложили в них.

— Ворон, Шило — несете Рольфа, — распорядился Гром. — Мэд, Сытый — берете Беса. Антей идет впереди, я замыкаю.

Я усмехнулся. Гром явно хотел дердать меня на виду. Что ж, ничего против не имею. Впереди от меня толку будет больше. Разве что я понятия не имею, куда идти…

— Дорогу я буду показывать, — будто прочитав мои мысли, сказал Гром. — Все, выдвигаемся.

Я кивнул, сбросил винтовку с плеча, сменил магазин, и выскользнул за двери.

Маленькая печальная процессия выбралась наружу. Ночь встретила нас холодом, запахом ржавчины и гари. Развалины завода казались гигантскими костями давно умершего зверя, скрипели балки, где-то вдалеке выл какой-то хищник.

— Секунду, — буркнул я, откинул рукав пыльника и активировал «Скат». Мир в интерфейсе расцвел мягкими призрачными контурами. Тепловые силуэты бойцов позади, старые корпуса зданий, а на самом краю зоны обнаружения — что-то крупное, медленно двигающееся за соседним цехом. Слишком большое и слишком ровное для животного.

«Объект идентифицирован. Рипер. Охотничья модификация», — тут же отреагировал Симба.

Я поднял руку, повернулся к остальным, и тихо сказал:

— Там, за цехом, рипер. Крупный. Патрулирует, или кого ищет — не знаю, но лучше обойти.

Гром скосил на меня взгляд, в котором читался скепсис.

— С чего ты взял?

— Я вижу его, — пожал я плечами.

— Шило, проверь, — скомандовал Гром.

Татуированный положил носилки на землю и, достав из разгрузки какой-то громоздкий прибор, пригнулся, и, двигаясь почти бесшумно, ушел в темноту. Прошло не больше минуты, но время растянулось, будто мы стояли там целый час. Наконец, он вернулся, лицо напряженное: