Винтовка мягко толкнулась в плечо, а звук выстрела эхом заметался среди развалин. Я даже не сразу поверил, что первый же выстрел лег куда надо — башка мутанта разлетелась в клочья, и он рухнул с остова машины, дергая ногами.

— Подтверждаю попадание, — сухо сообщил Симба, будто я сам этого не видел. — Однако стоит отметить, что приоритетная цель — лидеры мутантов, предположительные предводители и офицеры. Данная цель ни тем, ни другим не являлась.Расточительное поведение значительно снижает вероятность успешного завершения операции.

— Ну, прости, железяка, — хмыкнул я. — Не смог сдержаться, уж слишком нагло этот урод себя вел.

— Неоптимальное решение. Потеря лидеров деморализует и напугает мутантов. Убийство рядового исоплнителя лишь демаскировало носителя раньше времени.

— Ладно, ладно, не бухти. Давай, кто там у нас следующий?

Симба подсветил в интерфейсе фигуру «богато» — по мутантским меркам — одетого урода, в углу побежали цифры — вектор прицеливания, упреждение, поправки на ветер и бог знает что еще. Точка в проекционном прицеле сама по себе сдвинулась, наводясь на очерченную красным фигуру мутанта.

— Смещение прицельной точки на 4,7 сантиметра вправо и на 2,3 вверх. Советую задержать дыхание при выстреле.

— Учитель хренов… — буркнул я, задерживая дыхание и медленно ловя точку в прицел. — Поехали!.

Грохнул выстрел, спугнув какую-то птичку, залетевшую в руины полакомиться падалью, а мутант, даже не поняв, что случилось, завалился назад с дырой посреди груди.

— Попадание подтверждаю. Вероятность дезорганизации вражеских сил — восемьдесят шесть процентов, — сообщил Симба, и, клянусь, мне показалось, что в его голосе мелькнула нотка удовлетворения.

— Ну вот, — хмыкнул я. — Видишь? Экономлю боеприпасы и повышаю эффективность.

— Иронический оттенок фразы в данный момент неуместен, — бесстрастно прокомментировал Симба.

Когда второй урод рухнул замертво, мутанты заметались. Кто-то завертел башкой, пытаясь обнаружить, откуда стреляют, кто-то метнулся за ближайшее укрытие, несколько из них просто шлепнулись на землю, пытаясь слиться с мусором. Паника среди дикарей — это всегда приятно.

— Подсвечиваю третью цель. Это еще один лидер. Вероятность полной дезорганизации противника возрастет до девяноста пяти процентов.

— Давай, малыш. Тем веселее будет вырезать оставшуюся стаю.

Я прицелился, выстрелил, и, убедившись, что цель поражена, аккуратно соскользнул с крыши автобуса, на которой лежал. Гравий под подошвами неприятно зашуршал, но паника в стане мутантов заглушила бы сейчас даже шум танкового двигателя. Еще раз активировав «Скат», я «снял» позиции мутантов, и побежал вперед.

Перебегая от укрытия к укрытию, я двигался вдоль ржавых кузовов и бетонных блоков. Пахло гарью, мокрой ржавчиной и отходами мутантской жизнедеятельности — мерзкая смесь, но за последнее время я дышал миазмами и похуже. Каждый шаг я делал, сверяясь с тактической схемой, которую Симба проецировал в нижнем углу визора, подсвечивая подходящие укрытия и наиболее удобные подходы к временному лагерю уродцев.

Где-то впереди, у костров, мутанты продолжали орать, тыча пальцами в темноту. Я видел, как один, видимо самый храбрый или самый тупой, пытался вскарабкаться на старую бочку, размахивая ружьем и командуя остальными. Э, нет, так дело не пойдет. Командиры нам тут не нужны. Симба сказал «дезорганизация», значит дезорганизация. Я поднял винтовку, приник к прицелу и всадил пулю мутанту точно в шею. Он рухнул, как подкошенный, задивая все вокруг фонтаном крови, а я, не задерживаясь, перебежал к следующему укрытию — сломанной стойке под старый рекламный щит.

— Боевая эффективность растет, — отметил Симба. — Рекомендую дальнейшее скрытное продвижение. Две минуты до зоны уверенного поражения мутантов.

— Да? — хмыкнул я. — А я думал им показательное выступление тут устроить, с фаер-шоу и воздушными гимнастами. Ну, спасибо за рекомендацию.

Я скользнул вдоль ржавой трубы, стараясь оставаться в тени. Каждая секунда — подарок, который дарила паника, разращившаяся в стане мутантов. И я собирался использовать эту панику по максимуму, пока не доберусь до той позиции, где скрытность будет уже бесполезна.

Мутантов было довольно много — штук тридцать, наверное… Ну, уже меньше. На помощь людей, засевших в здании, я особенно не рассчитывал: скорее наоборот, мне бы очень не хотелось, чтобы они открывали огонь — слишком высока вероятность, что там и меня зацепят. Но как будут развиваться события, я пока прогнозировать не мог. В общем, как только я максимально сближусь с уродцами, в ход пойдет моя излюбленная тактика — старый добрый «авось» и тотальная импровизация.

Я присел за бетонной плитой. Дальше — пустырь, ярко освещенный кострами. Паника в стане мутантов разрасталась, но, вместо того, чтобы броситься врассыпную, уродцы сгрудились у костров. Очень удобно, отличная цель. Эх, жаль гранат нет…

Сдвинул переключатель винтовки на автоматический режим, я вскинул оружие. Винтовка забилась в руках, выпуская смертоносные заряды, которые словно косой прошлись по толпе. Послышались вопли боли, и сразу несколько уродов рухнули на пыльный асфальт, заливая все вокруг кровью. Заряды «Карателя» раненых не оставляли. Хотя нет — еще пара завыла на разные голоса. Один побежал куда-то в темноту, прижимая к телу практически оторванную руку, второй, скуля, полз прочь, подтягивая за собой ногу, держащуюся на лоскутах кожи.

— Шесть целей — уверенное поражение. Две цели — тяжелые ранения, не боеспособны. Боезапас — минус двадцать. Рекомендую экономить патроны, — сухо отрапортовал Симба.

— Экономлю, — огрызнулся я, забрасывая винтовку за плечо. — Всего один магазин, как и договаривались. Надо же подарить детям праздник!

Сразу несколько уродцев вскинули свое оружие, и я сменил позицию, прыгнув в сторону заранее отмеченного укрытия. За спиной завизжали рикошеты, пули застучали о бетон и железо.

Позади меня вспыхнуло синеватое свечение — отработал фазовый щит костюма. Ты гляди, кто-то из этих несчастных ублюдков еще и стрелять умеет?

— Щит потерял пять процентов мощности. Рекомендую минимизировать попадания', — прозвучал сухой голос Симбы.

— Слушаюсь, чиф! — буркнул я, выпрыгивая из укрытия совсем рядом с одним из костров и активируя импланты.

Клинки с тихим щелчком выдвинулись из предплечий, сияя сталью в пляшущем свете костров. Нейроген хлынул в кровь, мышцы запульсировали огнем, мир замедлился. Шум превратился в вязкий гул, дыхание стало ровным, а каждое движение — точным.

Я рванул вперед, парируя клинком удар одного из мутантов, перерубил его копье и шею одним движением, и врубился в основную массу уродов. Я прошел сквозь них, как сквозь масло, оставляя за собой лишь кровавый след и трупы. В углу интерфейса резво менялись цифры — Симба вел счет. Двое мутантов, один с ржавым топором, второй — с утыканой шипами дубиной, попытались взять меня в клещи, обходя с флангов, но сейчас они были слишком медленными для меня. Кажется, они умерли, даже не успев понять, что произошло.

— Боевая эффективность — девяность пять процентов, — прокомментировал Симба. Время до стабилизации нейрогена — девяносто секунд.

— Более, чем достаточно, — процедил я сквозь зубы и ринулся в новую атаку.

Мутанты оказались совсем тупыми. Вместо того, чтобы бежать, пытаться окружить или атаковать со спины, на меня хлынула вся стая. Ржавые клинки, дубины, самодельные топоры — все это мелькало в хаотичном смерче. Но волна уродливого прилива разбивалась об меня, словно о волнорез, а количество врагов в углу интерфейса неумолимо таяло.

— Фиксирую восемнадцать активных целей, — отрапортовал Симба, чтобы через секунду исправиться: — Шестандцать… Пятнадцать… Четырнадцать…

Правый клинок вошел пучеглазому мутанта под челюсть, левый разрубил запястье другому, вырывая оружие вместе с рукой. Добив урода вторым ударом, я пригнулся, пропуская над собой копье, и двумя руками вспорол брюхо копьеносцу. Сзади грохнуло, щит полыхнул вспышкой, я подхватил падающее копье, и резко развернувшись, метнул его в стрелка. Ржавый наконечник пробил уроду грудь, вышел с обратной стороны и приколол мутанта к останкам деревянного забора, некогда разделявшего двор. Так тебе и надо, ублюдок! Будешь знать, как стрелять в спину…