– Выгнать? Тебя? – изумилась Элина. – А где я возьму тебе замену? А кто мне будет помогать ловить фальшивомонетчиков? Да и вообще, гномы с Железных Гор скоро прибудут сюда, займутся почтой, банком, строительством… С чего мне выгонять тебя? Ты сам видишь, что я против инородцев ничего не имею!

Дроу двусмысленно усмехнулся. «Понятно, он не только телохранитель», – мелькнуло в голове у мастера. Он тут же устыдился таких мыслей. Надо было радоваться, что для него всё складывается благополучно.

И Мюнце принялся наставлять Элину, где именно следует искать мастерскую фальшивомонетчиков.

* * *

Солнце уже перевалило за полдень, когда Элина и её спутники покинули Монетный двор. Провожали их с гораздо большим уважением, чем встретили. Рэйшену даже пришлось растолкать охраников старого Мюнце, которые рвались помочь Элине сесть в седло.

– А ну, отойдите! – дроу пришлось напустить на себя угрожающий вид. – Не прикасайтесь к ней!

Элина плотно сжала губы, чтобы не засмеяться. «В этом мире должно быть что-то неизменное! Ревность Рэйшена, например».

Гесенк и Мюнце стребовали с Элины обещание ещё раз побывать на Монетном дворе. Они хотели показать ей плавильни.

– Ты когда-нибудь видела, как горячее золото течёт рекой? Вот то-то же! Нет ни одной женщины, которая не любит украшений и золота!

Элина лишь посмеивалась. Золото, как и серебро, она предпочитала в виде монет. Не фальшивых, разумеется.

– Эли не любит побрякушек, – проворчал Рэйшен.

И тогда Гесенк совершил ошибку, которая могла стоить ему здоровья.

– Это потому, что ты ей ничего не даришь! – заявил он. – Или от бедности, или от жадности!

Элина видела, как раздулись ноздри у Рэйшена. К счастью, он не счёл нужным отвечать старику. Но, похоже, Гесенк заслужил его искреннюю неприязнь.

В баронском доме уже разнеслись слухи о скорой выдаче жалованья. Солдаты и слуги шушукались в коридорах и во дворе. И солдаты, и слуги то и дело сталкивались между собой в коридорах и во дворе. Всех интересовало, кто и когда будет выдавать деньги.

– Так искпидиторши нашей-то нет! – говорили одни. – Без неё не начнут.

– Не навсегда же она съехала, – отвечали другие. – Вернётся.

Все видели, что в кабинете сидит один из Элининых людей. Потом к нему присоединился молодой дроу с двумя гордыми солдатами из числа людей.

– Видали? Деньги охраняют.

– И правильно! Порядок должен быть!

* * *

По пути домой Элина обдумывала свой визит на Монетный двор. Что-то в рассказе мастеров не давало ей покоя. Недавнее письмо от Квирка приобретало иной смысл. Теперь это был не просто рассказ, как Рэйшен с Мадогом отомстили за Элинин арест. Это было предупреждение. «Не смей возвращаться в столицу», – звучало оно.

Квирк хотел организовать покушение на короля. Не удалось. Он попытался сманить к себе новую спецслужбу короля. Не получилось. Он поддержал бунт в Жадвиле, внёс дополнительную смуту и хаос с поставкой золота. Пока не ясно, что из этого выйдет. Ситуация выглядела опасной. Квирк решил или захватить власть, или разрушить само королевство.

Элину смущало, как кто-то из окружения старого барона связался с Квирком. И имя Мюнце называл странное. Катуш… Куташ…

Элина так резко дёрнула поводья, что чуть не вылетела из седла. Ни Квэддо, ни даже Рэйшен не смогли бы помочь ей, упади она под копыта.

– Эли, что такое?

Сиреневые глаза Рэйшена с тревогой смотрели на неё.

– Я догадалась!

– Ты догадалась, где ловить этого фальшивомонетчика?

Элина немного сконфузилась.

– М-м-м… Не совсем. Я догадалась, кто связывался с Квирком насчёт золота.

Рэйшен поморщился.

– Что нам с этого? Какой-то Шку… Каш… Кошмар.

Элина невесело усмехнулась.

– Вот именно – кошмар! Это Ашкут.

Рэйшен вытаращил глаза, умолкнув на полуслове, а Квэддо, до этого не проронивший ни звука, уточнил:

– А ты уверена?

– Нет, – сухо ответила Элина. – Но я могу у него спросить.

– Ашкут – сложный человек, – Квэддо говорил, осторожно подбирая слова. Наверное, боялся вызвать вспышку гнева неуравновешенного дроу. – Он может тебе и не ответить.

– Мне – может. Но у меня есть те, кому он ответит, даже если не захочет.

* * *

Вернувшись в баронскую усадьбу, Элина была приятно удивлена, как радостно её встретили люди. Они не просто кланялись или желали ясного дня. Ей улыбались, а потом ликующе кричали куда-то в сторону:

– Вернулась! Она вернулась!

Она приветствовала всех, махала рукой, что-то отвечала.

Конюхи выбежали им навстречу из конюшни, толкая друг друга, чтобы взять поводья Элининой лошади.

– С чего они так меня полюбили? – задалась вопросом Элина, входя в дом.

– Понятия не имею, но ведь это хорошо, так? – беспечно ответил Рэйшен.

Настроение им обоим подпортил Квэддо.

– Они ждут жалованья, – кратко пояснил он.

Элина взбежала на второй этаж, в свой кабинет. Снаружи на страже стояли два молодых солдата из сопровождения Мадога. Каждый из парней приложил руку к груди, приветствуя Элину.

– Тоже денег ждёте? – устало спросила она.

– Мы это… Как все, – растерялись они.

Внутри Мадог мерил шагами пространство, а Ингерам сердито следил за ним, сидя на Элинином месте.

– Вы что, поссорились?

– Да с чего бы? – Ингерам в своей ироничной манере закатил глаза к потолку. – Просто Мадог всех пугает. Малена приходила, её одним взглядом к месту приморозил. Теперь мечется тут, словно дикий зверь. У меня уже голова от него кружится.

При упоминании Малены Квэддо насторожился. Дочь стала для него самой большой ценностью.

– Квэддо, проведай Малену, как у неё дела. Заодно объяви, что начинаем раздачу жалованья, – распорядилась Элина. – А ты, Ингерам, иди отдохни, раз у тебя голова кружится. Что-то ты у нас совсем ослаб. Надо бы тебе к Малене обратиться, полечиться чем-нибудь.

Мадог радостно осклабился. Ингерам выбрался из-за стола, скорчил Мадогу гримасу и, уже уходя, заявил:

– Вот уйду от вас в лес, в ночь холодную!

Элина не осталась в долгу:

– Назло всем отморозишь уши!

– И отморожу! Пусть вам будет стыдно!

* * *

Элина выслушала скупой доклад Мадога, одновременно пробегая глазами записи Ингерама.

– Размен денег прошёл успешно. Происшествий не было. Я могу быть свободен?

– Задержись, Мадог. Сейчас я начну выплату жалованья, и вы с Рэйшеном будете следить за порядком. Ко мне пусть заходят по одному, под дверью не шумят, не толкаются. Задача понятна?

Солдаты, которые помогали Мадогу, получили деньги первыми. Элина слышала, как за дверью они важно объясняли товарищам:

– Называешь имя, а потом поставишь подпись – или какую-нибудь закорючку – в бумагах.

Под дверью скопилось уже немало народу, и помощь Рэйшена с Мадогом пришлась весьма кстати.

Под вечер Элина готова была признать, что зря подтрунивала над Ингерамом: у неё тоже голова пошла кругом.

Зато жалованье было выплачено, и люди успокоились.

Элина прекрасно знала, что через теркаду всё повторится, и она опять будет ломать голову, где взять денег. Но сейчас следовало подумать, какие вопросы задать Ашкуту и как объявить об отмене старых налогов… «Эх, если бы у неё было больше времени!»

Дверь отворилась, и в кабинет сунул голову Лоркан.

– Здорово, разбойники! – поздоровался он с обоими дроу, а потом обратился к Элине: – Ты, наверное, уже не будешь слушать мой отчёт по Городской страже?

Элина схватилась за голову.

– Чуть не забыла! Буду, конечно, буду!

Рэйшен собрался возмутиться, но Элина не обратила на это внимания. Под шумок Мадог тоже остался, изображая из себя охранника.

Отчёт Лоркана много времени не занял:

– Начальников Городской стражи следует сменить. Всех, без исключения. Рядовые стражники – в целом неплохие ребята, хотя и несколько безалаберные. Если ими толково руководить, можно навести порядок. Признаюсь честно, я не успел обойти все участки за сегодня, но завтра к обеду – уже точно.