–Объясни-ка мне, что происходит. За что ты отправила его на пол? Он что, буйный, почему ты держишь его на привязи?

– Я объясню, матрона, – Фаирн стала серьёзной. – Это раб, и сидеть с ним за одним столом у нас не принято. Конечно, если ты прикажешь, я подчинюсь…

– Не будем нарушать традиций.

При этих словах Фаирн просияла. Человечка весьма неплоха!

– Тогда я объясню про буйство. Так-то он смирный. И в деле своём искусен, всегда стремится угодить, но… Сегодня ему какая-то вожжа под хвост попала, стал он мне перечить, вот и пришлось поучить его немного…

Видимо, рассечённая скула была следствием этих "поучений".

Зачем Фаирн притащила с собой раба, Элина спрашивать не стала, были вопросы поважнее. Для начала Элина пообещала с утра отправиться к префекту и выбить разрешение на вход для дроу. При слове "выбить" глаза Фаирн сверкнули, а раб съёжился в своём углу.

– Эх, мы могли бы что-то купить-продать! – мечтательно протянула Фаирн. – раньше всё это делалось через Инафай с Тахирджоном, и грабили они нас изрядно.

– За какие деньги вы собираетесь здесь что-то покупать? – изумилась Элина. Она уж грешным делом подумала, что её дроу ограбят каких-нибудь почтенных горожан, не иначе.

Фаирн даже обиделась:

– Ну, многие из нас у вольных гномов подрабатывают, а те, у кого рабы есть, они рабов посылают на заработки… Должны же мы чем-то питаться! Просто в итоге часть денег уплывала в карманы Инафай…

"И так мы подойдём к выплатам налогов в казну. Надо будет уточнить процент", – Элина любила заранее знать цифры.

– Но это потом, как разрешение дадут, – Фаирн ненадолго замялась, а потом продолжила, но уже без прежнего воодушевления. – А ты ведь, дара Элина, не собираешься жить у нас постоянно?

Элина едва удержалась от победоносной усмешки. Фаирн сама заговорила о том, что беспокоило Элину.

– Да, Фаирн, всё так. Я состою на службе короля Атрейи и должна буду вернуться в столицу. Поэтому мне понадобится помощница в клане, а ещё лучше – наместница. Умная, быстрая, понимающая… Достойная моего доверия.

Глаза Фаирн загорелись надеждой. Сейчас она напоминала Элине желтоглазую хищную птицу, готовую сорваться в полёт. Элина умолкла, давая возможность Фаирн сказать своё слово.

– Матрона, у тебя есть женщина, готовая помочь во всём! И ей можно доверять!

– Вот оно как? – Элина нарочно подпустила в голос разочарования. – Жаль, что наши с тобой точки зрения разошлись.

Фаирн ошалело уставилась на Элину.

– Разошлись?! Но почему?!

– Потому что я хотела поставить наместницей тебя. А ты о ком говоришь?

– Я… это… Ну, о том же.

Элина больше не стала сдерживаться и рассмеялась в голос. Фаирн вначале глянула на неё с обидой, потом заулыбалась, а после и вовсе присоединилась к смеху. Усмехнулся даже раб в углу.

– Как мне объявить тебя наместницей? – спросила Элина, отсмеявшись. – Заключим договор на бумаге? Или мне следует появиться в ваших катакомбах, всех собрать и объявить обо всём лично?

– И то, и другое. Давай вначале договор, а потом, как с префектом договоришься, обо всём сама и объявишь.

Эллина вновь усмехнулась. Настоящая политика получается: достигни дипломатического успеха, а после объяви об этом своему народу.

– Фаирн, когда я приду говорить со всеми, я буду настоятельно рекомендовать принять подданство Атрейи.

Воодушевление дроу поугасло:

– Подчиниться человеческому королю? Никто этого не захочет. Что хорошего это сулит нам?

– А ты считаешь, что Гвенедд, посланница клана Подземных Пещер, появилась здесь просто так? Её отец ведёт непрестанные войны с соседями за территории. Ваш клан – лёгкая добыча. Если вдруг отец Гвенедд пришлёт полсотни воинов, вы сможете отбиться?

Фаирн в волнении закусила губу:

­– А если он никого не пришлёт? Наши территории не граничат с его…

– Да, не граничат, но, может, ему нужны рабы. Вы отобьётесь? Молчишь? А если клан перейдёт под руку короля Витерия, король будет обязан вас защитить. Любой из вас сможет обратиться в суд, если его обидят, или найти работу в городе…

– Зачем нам ваш суд? У нас свои законы!

– И как решаются споры?

– Ну, матрона обычно решает, – стушевалась Фаирн. – Или в честной схватке.

– Ага, и матрона наподобие Инафай честного решения не вынесет никогда. А после схватки будут или трупы, или калеки. У нас в клане наблюдается избыток населения?

Фаирн согласилась с доводами Элины, хоть и с неохотой. Что ж, многие гномы были подданными Атрейи. Это не мешало им жить по своим обычаям, вести дела и поддерживать отношения с роднёй из вольных гномов. Были, конечно, и плохие примеры. Инкубы почти полностью ассимилировались с людьми, тролли тоже, но люди их не слишком-то жаловали…

– Сама понимаешь, дроу это не грозит, – усмехнулась Элина. – Вы-то с людьми уж точно не смешаетесь.

– Так подпишем договор, матрона? А в знак признательности я дарю тебе своего раба!

Элина оторопела:

– Слушай, раба не надо. Ну, зачем он мне? У меня даже личной служанки нет, и ничего, обхожусь.

– Вот видишь! Даже служанки нет! Тогда такой раб тебе особенно нужен! Вот, глянь договор. Кстати, его Келе составлял. Он умён и образован, помимо всего прочего.

– Келе? – переспросила Элина, не сообразив, о ком идёт речь.

– Да, так его зовут, – Фаирн мотнула головой в сторону раба.

Элина уже разворачивала плотный желтоватый лист и читала текст. Надо же, эти ребята неплохо подготовились!

– Ну как? – Фаирн пыжилась от гордости. – Хорошо составил?

Элине этот договор напомнил генеральную доверенность из её прошлой жизни. Молодец этот Келе, ничего не скажешь. Может, такой раб ей и вправду нужен? В договор оставалось только вписать имена и поставить подписи, что Элина с Фаирн и сделали.

– А второй экземпляр где? – спохватилась Элина, когда Фаирн упрятала договор за пазуху.

– Да зачем тебе? – искренне изумилась наместница-дроу.

– Чтобы ничего не забыть и не перепутать, – тонко улыбнулась Элина. – Если у тебя Келе такой грамотный, он в нашем присутствии перепишет, а мы заверим.

У гномов-хозяев раздобыли чернила, бумагу и стилос. Фаирн грубо схватила раба за ошейник и дёрнула, но Элина окриком остановила её:

– Ну-ка, лапы прочь от моего имущества! Он же теперь мой, так?

Фаирн с почтительным поклоном отошла в сторону. Элина осторожно расстегнула жёсткий ошейник. Кожа у раба была такая же горячая, как у Рэйшена, и ошейник оставил на ней бледный след.

Пока Келе переписывал договор, Элина заметила, что он старается держаться неестественно прямо, как будто прикосновение рубашки к спине причиняет ему боль. "Надо будет проверить, не располосовала ли Фаирн ему спину", – решила Элина. Видимо, в клане Эльгиниррок любили развлечения с плёткой.

– Готово, – Келе протянул Элине лист, исписанный ровным округлым почерком.

Голос у раба был мягкий, вежливый. Элина глянула в ореховые глаза Келе – тот снова отвёл взгляд.

Фаирн, весёлая и довольная, распрощалась со своей матроной и поспешила вернуться к соплеменникам, чтобы "порадовать" их вестью о своём возвышении. Келе с непонятным отчаянием поглядел вслед прежней хозяйке. Элина удивилась. Неужто он так был к ней привязан?

– Скажи, Келе – это твоё настоящее имя?

Раб наконец решился поглядеть в лицо Элине.

– Моё имя – Келеах, – учтиво ответил он. – Но обычно меня называют Келе. Для краткости.

Элина немного помолчала, чувствуя себя неловко, но потом собралась с духом:

– Келе! Сними рубашку!

– Уже? – с непонятной растерянностью переспросил раб, но тут же спохватился. – Да, хозяйка, как прикажешь.

Он принялся стягивать рубаху, и Элина убедилась в своей правоте: плечи и спина Келеаха были располосованы точно так же, как у Рэйшена.