Наконец Фаирн что-то прошептала Дэвлину прямо в длинное тёмное ухо, и он расплылся в улыбке.

– Если наша любезная хозяйка позволит, – он слегка склонил голову.

В этот момент он так походил на Рэйшена, что Элина потеряла дар речи и даже не сразу сообразила, о чём её спрашивают.

– Матрона, – в голосе Фаирн звучало нетерпение, – позволь мне показать дорогим гостям наши пещеры и катакомбы.

– Это было бы просто замечательно, – пришла в себя Элина и тут же съязвила, – особенно интересно им было бы взглянуть на место упокоения предыдущей матроны.

– Без сомнения. А заодно и послушать историю, как это всё произошло, – прибавил Дэвлин.

– Будьте там поосторожнее, – ухмыльнулся Рэйшен.

На него явно подействовало вино. Эта ухмылка принадлежала прежнему Рэйшену, наглому и удачливому лучшему наёмнику королевства.

Мадог и Меуриг чуть не запрыгали, словно щенки, их обрадовала возможность побывать в новом месте, поглядеть на других дроу. "Опасные щеночки, однако, – думала Элина, провожая гостей, – они от скуки чуть не пришибли Келе. Выкормыши жестокого клана…".

А уж как радовалась Фаирн! Все позабыли о том, среди дроу принята холодность и сдержанность, усмехались и перемигивались. Элина самодовольно решила, что это она на всех дурно влияет. Ну, и вино немного.

– Ты с нами, Рэйшен? – поинтересовался то ли Мадог, то ли Меуриг.

– Нет уж, чего я там не видел, – поморщился Рэйшен. – Мне больше по вкусу тут, на поверхности.

Элина вышла проводить всех своих гостей. Компания, возглавляемая Фаирн, исчезла с глаз долой. Наверняка завтра по городу расползутся слухи о многочисленных воинах неизвестного клана, которые победоносно шествовали через весь город с попустительства префекта. И вообще, куда смотрит король?

Элина зачем-то пошла вслед за Рэйшеном. Тот, правда, не возражал и не скандалил. От Клодии вернулись Руфус, Лоркан и Ингерам. Занятая интересным разговором, эта троица была изрядно навеселе, и даже не обратила внимания на свою начальницу. Зато Элина с Рэйшеном одновременно навострили уши, потому что в разговоре упоминались эльфы.

– Я тебе говорю, своими ушами слышал! – горячился Руфус. – Здешние гномы поддерживают связь с эльфами…

– Да при тебе не стали бы такое говорить, – презрительно отмахивался Лоркан.

– Ты бы поменьше по чужим постелям скакал, тоже чего интересного бы услышал, – в кои-то веки Ингерам вступился за Руфуса.

Лоркан хотел было что-то возразить, но махнул рукой на молодых товарищей.

– Но ты ведь тоже слышал, да? И Полли.

– Полли больше переживает за нравственность Лоркана, – хохотнул Ингерам, – но да, я тоже слышал и очень удивился. На западе эльфы живут обособленно, может, с дроу или нимфами из леса общаются, но нам про это ничего не известно. И гномы тамошние помалкивают.

– Может, они и здесь помалкивали, пока вся эта заваруха с Рэйшеном не началась, и Элина не принялась порядки менять? – глубокомысленно вопросил Руфус.

Лоркан презрительно фыркнул, обдав всех густым запахом пива.

– Да никаких порядков она не меняет! Что вообще может изменить одна баб… ладно, ладно, одна женщина? Да никто в одиночку ничего не поменяет!

– А ты заметил, Лоркан, что она не одна? – негромко спросил Ингерам. – Мы с ней, и нас пятеро… Даже шестеро, если посчитать Келеаха.

– Это откуда ты столько взял-то?

– Вот считай: нас трое, Полли, Рэйшен да ещё Келе… Вот и шестеро. А потом целый клан дроу, забыл, как их правильно называть. Здесь, в Синих горах, язык сломаешь от их названий. Элина-то им понравилась, иначе они не стали бы терпеть её ни минуты, а прирезали… И никто бы ни её, ни нас искать не стал.

– Плевать я хотел на то, что им понравилось, – пробурчал Лоркан, – терпеть не могу этих дроу.

– Если то, что мы слышали, правда, то очень скоро наша жизнь изменится, – веско проговорил Ингерам, – к худшему.

– Не нагоняй тоску! Ну, подслушали вы, что местные гномы потащатся с каким-то вопросом к местным же эльфам, и что? Нам-то что с того?

Ингерам закатил глаза к потолку, поэтому продолжать пришлось Руфусу. Молодой человек за последние теркады обрёл уверенность в себе и разглядел ограниченность Лоркана во всём, что не касалось его прямых обязанностей.

– Лоркан, вопрос у гномов почему-то об Элине. Что такого они заметили, что об этом надо эльфам докладывать, а? Ну, пошевели мозгами, если они у тебя есть!

– Не наглей, парень, – пробурчал Лоркан. Он не видел никакой связи между утренним медосмотром и вопросами гномских лекарей.

– Если ты хоть немного знаешь о дроу и эльфах, то должен понимать, что гномы понесли вопрос, который хоть немного касается дроу и эльфов. И решать его будут эльфы. У себя. Без нас. А знаешь, какие решения они выносят о людях? – Ингерам красноречиво провёл ребром ладони по горлу.

Лоркан взъерошил жидкие волосы.

– Да ладно тебе!

– Любой вопрос, который доходит до них, они воспринимают как угрозу себе. А с угрозами они разбираются быстро и эффективно. Ты, Лоркан, знаешь, что такое разобраться быстро и эффективно?

Лоркан знал.

– Пошли отсюда, на нас уже гномы коситься начинают! – прошипел Руфус и утянул товарищей за собой.

Элина стояла окаменев. Она-то знала, что за вопрос зададут этим треклятым эльфам, Бездна их проглоти! И каким боком это касается эльфов, позвольте узнать? Может, и позволят. Перед смертью.

– Эли, Эли, – Рэйшен тормошил её за плечо, – ты чего застыла? О чём эти дурни болтают? Что тебя так испугало?

Элина немного помолчала, а потом спросила:

– А ты знаешь, как эльфы расправляются с людьми, которые якобы представляют для них угрозу?

– Знаю. Убьют. А ты-то тут при чём?

– Они такие опытные убийцы? Проберутся в человеческий город, подкараулят? Как это вообще происходит?

– Разные эльфы есть… Да что ты заладила об убийствах! Хуже меня, честное слово! С чего им тебя убивать? В человеческих городах эльфы не появляются, им трудно здесь ориентироваться. Чужаков, таких как ты, они убивали сразу, как только те появлялись среди эльфийских поселений. Да объясни же ты, в чём дело!

– Действительно, чего я им могу понадобиться, – криво усмехнулась Элина. – Спокойной ночи, Рэйшен.

После этих слов ни о какой спокойной ночи для Рэйшена не могло быть и речи. Как бы он ни храбрился, что покинет команду экспедиторов, он не представлял, как будет жить дальше один. Какой смысл в таком существовании? Возвращаться к сородичам он не собирался, а среди людей ему одному было скучно. Рядом с Элиной жизнь играла красками… В общем, Рэйшен не собирался ничего в такой жизни менять. И уходить передумал. Просто Элине не соизволил сказать, но это, с его точки зрения, было не очень важно.

Элина поспешно возвращалась в свои комнаты. Хорошо бы гномы побыстрее починили замóк! И надо будет запирать ставни покрепче. И подставить что-нибудь под дверь и окно, что-нибудь шумное… И надо будет расспросить Келе, он много прожил у эльфов. Он, конечно, не любит вспоминать эти времена, весь передёргивается, но если он не хочет, чтобы эти времена вернулись, пусть расскажет об эльфах всё, что знает.

Элина влетела в комнату. Замок ещё не починили. Надо будет подставить стол, подпереть дверь.

– Келе!

Из спальни высунулся Келеах, взъерошенный и лохматый. Элина вспомнила, что снова не успела отвести его к цирюльнику и подровнять криво обкромсанные волосы.

– Давай, поднимайся, ты мне нужен!

Эти слова взбодрили раба. Он пригладил волосы и нежно улыбнулся хозяйке.

– Ставни закрыты? – спросила она.

О, он понимал, что она не любит, когда за ней подглядывают в самые интимные мгновения.

– Сейчас закрою, – ответил Келе.

– Погоди, – отмахнулась она, – вначале помоги мне здесь.

Келеах был готов помогать ей до самого утра, но неожиданно оказалось, что они с Элиной думали о разных вещах. Келе предполагал, что нужно помочь расстегнуть одежду или что-то в этом роде, а Элина указала на стол, за которым только недавно сидела компания дроу, и велела помочь перетащить его к дверям.