– Гвардейцы твоего отца приехали собрать налоги с моей деревни. Во второй раз, – отчеканила девушка. – И убили моего отца. Староста послал в Жадвиль за помощью, и дара Элина смогла вернуть всё, что украли ваши головорезы. И меня тоже.

– И её головорезы тебя, конечно, не тронули?!

– Она им приказала, и они послушались! Они поступали честно! Она спасла меня, когда никто уже не мог!

Глаза Поллианны горели, руки сжались в кулаки. Элина знала, что если дойдёт до драки, то кузнецова дочка так отделает этого аристократишку, что мать родная не узнает.

– Тише, Полли, успокойся. Если ты искалечишь его, то придётся нам тащить его на себе до самого Глорка…

Полли длинно выдохнула и сделала шаг назад. Руфус и сам вздохнул с облегчением.

– Я всё равно буду жаловаться королю, – пробормотал он, – если, конечно, вы меня не убьёте…

– У меня была тысяча возможностей сделать это, – холодно заметила Элина, – но ты почему-то всё ещё жив. Король знает о проделках твоего отца, я собрала целую книгу свидетельств и расчётов. Поэтому я стою здесь и говорю с тобой, а не болтаюсь где-то между землёй и небом Глорка. Сам ты не оправдал ничьих ожиданий, и тебя выставили из замка. Я подобрала тебя, шелудивого пса, отмыла и пристроила к делу. Возможно, зря. А теперь, демоны вас порви, кто будет чистить рыбу?

Рыбой занялся покладистый Меуриг, а Лонваль подобрался к Полли поближе и нерешительно проговорил:

– Извини, я ничего не знал…

– За что тебе извиняться? – резковато ответила девушка. – Вам, чистеньким аристократам, знать о таком и не следует. Мало ли что могло случиться с чумазой деревенщиной… Или глупенькой горожаночкой.

– Полли, я не хотел…

– Не надо, Лонваль. Это здесь мы сидим у одного костра, а в городе всё будет иначе.

Настроение у всех было испорчено. Не подняла его даже рыба, которую Меуриг запекал на палочках, воткнутых в землю у костра. Этот мрачный настрой немного разогнал Лоркан. С аппетитом чавкая рыбой, он заметил:

– Так домой-то мы когда?

Элина потянулась, расправляя плечи. Мундир вызывающе обтянул её грудь, и Лоркан чуть не плюнул с досады.

– Завтра, Лоркан. Поднимемся на рассвете, и в путь.

– А куда идти-то, в какую сторону? Надеюсь, снова под землю не полезем? – все заговорили одновременно, и Элине пришлось переждать, пока шум утихнет.

– Сейчас попью Меуригова отвара и посмотрю, что нам Ингерам нарисовал. Вот и решим, в какую сторону двигать.

И Лоркан, и Рэйшен, и Дэвлин в картах разбирались, но каляки Ингерама оказались выше их понимания.

– Может, у нас по-другому рисуют? – задумчиво изрёк Дэвлин, так и этак покрутив "карту".

– Или это какая-то шифровка Лесной Стражи? – уточнил Лоркан.

– Ну, знаете! – оскорбился Ингерам. – Я старался как мог! Сделайте лучше!

– Ну, я мог бы попробовать. Эли, что скажешь? – Дэвлин вопросительно посмотрел на Элину.

– Времени нет, – вздохнула та. – Так куда идти-то?

– Вот и видно, что ты трактирщица с Пограничья, – огрызнулся Ингерам и махнул рукой в сторону гор. – Идти вон туда! Пройдём вдоль подножья Синих Гор, а там уж и жильё какое-никакое должно появиться, и дороги получше станут. А уж Рудный Стан все должны знать, в здешних краях это самый крупный город.

Элина с сомнением поглядела в ту сторону, куда указал Ингерам. Однако и Дэвлин, и Лоркан согласно кивнули. Элина подождала, пока Рэйшен тоже одобрит, и заключила:

– Что ж, значит, выдвигаемся завтра.

Эта сторона света была не хуже любой другой. Главное – под землю не спускаться.

Ни Руфусу, ни Полли, ни Лонвалю не спалось. Они тяжело вздыхали и ворочались на своих хвойных постелях. Лоркан, дежуривший у костра, неодобрительно поглядывал на молодых людей. Он точно знал, чем обернётся завтра их бессонница: ребятки будут еле волочить ноги и замедлять всех остальных.

Лишь только посветлело небо, Дэвлин без церемоний поднял всю честную компанию. Доели всё, что оставалось со вчерашнего дня, запили ледяной водой из ручья и отправились в путь.

Меуриг немного задержался у потухшего кострища. Он собрал конусы из коры, в которых вчера грели воду, сложил их в свой мешок и поспешил за остальными. Идти по бездорожью оказалось сущим мучением. Дроу, конечно, не испытывали никаких трудностей, но люди… Ох уж эти люди! Все, кроме Ингерама, спотыкались на каждом шагу, цеплялись за корни, выползшие из земли, путались в траве…

Дэвлин, который вёл отряд, обернулся на отчаянный визг, думая, что с Полли или Элиной что-то приключилось, но нет! Эти звуки издавал воспитанный и решительный Лонваль. Он умудрился вляпаться лицом прямо в паутину невероятного размера, а в этой паутине копошилась вся добыча паука за последнюю амаркаду: жирные мухи, крупные трепещущие мотыльки и даже какой-то упитанный жук. Паук не возражал против Лонваля и уже спешил к свежепойманной добыче, но вот сам Лонваль отчаянно сражался за свободу, причём не только руками, но и голосом.

Рэйшен и Мадог бессердечно ржали, к ним присоединились и Лоркан с Ингерамом, очень смешливые, когда дело не касалось их самих. Руфус брезгливо сморщился, и лишь Меуриг с Элиной пришли на помощь парню. Меуриг ловко сбил паука, а Элина помогла выпутаться из паутины.

После этого мелкого происшествия парень совсем пал духом. Он плёлся где-то в конце процессии, и Элина умерила шаг, чтобы оказаться рядом с ним.

– Я опозорился, да? – негромко спросил у неё Лонваль. – Вот надо же, стараешься, делаешь что можешь, даже иногда что-то получается, а потом один раз сделал глупость, пусть мелкую, незначительную, и вот тебе…

– Не переживай так сильно, – Элина дружески положила руку на плечо Лонваля. – Сейчас они смеются и даже не думают о том, что мы идём невесть где, дороги даже не видно, человеческого или гномского жилья тоже… И запасов еды и воды у нас нет. Пусть пока смеются. Скоро они забудут об этой злосчастной паутине и начнут проклинать меня на все голоса.

– Как ты это выдерживаешь?

Элина криво усмехнулась. Её очень поддерживал Рэйшен со своей безоглядной преданностью, но объяснять это молодому аристократу она не стала.

– А если бы я захотел стать королевским экспедитором, – нерешительно заговорил Лонваль, – ты бы не возражала?

– Лонваль, что скажет твой отец? Его мнение важно для меня.

Лонваль совсем загрустил. У его отца были совсем другие планы. Ещё некоторое время Элина шла рядом с Лонвалем, а потом ускорила шаг, чтобы догнать размашисто ступающих дроу.

Когда солнце поднялось достаточно высоко, случилось то, о чём говорила Элина.

– А что, привала не будет? – капризно осведомился Руфус.

Дэвлин и Лоркан обернулись и мрачно посмотрели на молодого человека.

– Что вы так смотрите? Я не о себе беспокоюсь, – заявил он. – Вон Полли еле ноги волочит.

Надо признать, это была чистая правда. Полли готова была провалиться сквозь землю под презрительным взглядом Лоркана. Уж он-то знал, что так и будет! Бабы в отряде – всегда не к добру.

Элина коротко приказала:

– Привал.

– Чувствую, путь в Глорк будет долгим, – насмешливо прошептал ей на ухо Дэвлин.

– Надо же, какой чувствительный! Ты можешь отправиться домой, – в тон ему ответила Элина. – Возможно, этот путь будет короче.

Мадог с Рэйшеном изъявили желание поохотиться. Элина предложила им свой арбалет, и снова получила порцию критики от Дэвлина:

– Баловство это всё. Шли бы они с чем есть…

Охотники несколько увлеклись, потеряли где-то одну из арбалетных стрел, а добыча оказалась так себе – две растерзанные птицы.

– Вы их зубами ловили, что ли? – удивился Ингерам. – Ну чисто цепные псы!

Мадог сгоряча треснул его птичьей тушкой, так что от двух птиц осталось только полторы.

Хорошо, что Меуриг, оказавшийся более общительным и дружелюбным, чем Мадог, снова ухитрился найти птичье гнездо, и не одно, да и грибы в лесу не переводились. Рэйшен ухитрился стянуть из-под рук Меурига гриб и сжевать его сырым. На молчаливый вопрос Элины он лихо ответил: