– А если, – голос женщины был хрипловатым, словно она была простужена, и Элина догадалась, что это от долгого курения чиазовых палочек. Уф, прав был Рэйшен, когда отобрал у Элины эту отраву. – А если я не знаю ответов, что со мной будет?

– Ничего не будет. Скажешь, у кого можно узнать.

– Но лучше бы тебе всё-таки ответить, – недобро проговорил Лоркан и крепко сжал худое запястье женщины.

Несчастная затравленно кивнула. Лоркан так и не отпустил её, видно, считал, что она способна сигануть в окно. Элина начала задавать вопросы. Женщина сперва отвечала неохотно, но понемногу успокоилась и разговорилась.

Местные жители привыкли к тому, что Забара останавливался переночевать у городской стены, а с первыми лучами солнца уезжал. Ему предлагали ночевать в доме за небольшую плату, но Забара всегда отказывался. Иногда с ним в фургоне ночевал его приятель, здоровый такой мужик. И говор у него не здешний. А какой? Да кто ж его знает, чужак, да и всё. Ясное дело, с таким здоровяком Забара ничего не боялся. Нет, никаких конфликтов с местными не было.

– А в то утро муж мой собрался на работу, – вспоминала женщина, – злой такой был…

– Чего он был злой?

– Дождь хлестал целую ночь, прям в окно нам целая лужа натекла, а под окном боты его стояли, промокли, вот он и злился. А тут ещё оказалось, что фургон стоит, оглобли в землю уткнулись, лошади и след простыл, будто смыло…

– Он заглядывал в фургон, муж твой?

Женщина помотала головой.

– Не знаю я. Мож, и заглядывал… Но в стражу не пошёл, а пошёл сосед наш, старик совсем, но такой неугомонный! Видать, и ещё кого с собой прихватил, чтоб в страже, значит, не быть одному. А муж не велел мне ничего говорить… Ох, прибьёт он меня!

– А как выглядел приятель Забары? Ну, тот, который чужак?

Однако мысль о предстоящих побоях повергла женщину в уныние. Слёзы покатились по её щекам, и ни слова больше Элина выудить не смогла.

– Помочь тебе разговорить её? – негромко спросил Лоркан. – Может, она ещё что-то знает? Или мужик её замешан в тёмных делишках?

Элина предостерегающе подняла палец, призывая Лоркана к молчанию, а сама спросила у всхлипывающей женщины:

– А это не муж твой случаем лошадь из фургона выпряг и свёл? А тебе велел помалкивать…

– Нет, нет, – снова залилась слезами женщина, – не брал он чужой лошади! Он всю ночь дома был, клянусь! Да если бы он лошадь свёл и продал, у нас бы какая медная монетка завелась, не голодали бы, не надо было бы на подённую работу наниматься!

– Врёшь, сука, – грозно сказал Лоркан, – если он лошадь украл и продал, то просто деньги бы пропил, тебе ничего бы не оставил!

– Нет, нет, он бы мне хоть… – женщина запнулась и испуганно посмотрела на Элину.

– Ясно, – усмехнулась та, – он бы ей на чиазовые курительные палочки оставил бы, а так ей курить нечего, видишь, какая нервная. Плохая привычка – чиазу курить!

Стражник навострил уши. Чиазовые палочки считались дурманящим средством, хотя и не были запрещены, но городской страже вменяли в обязанности приглядывать за теми, кто злоупотребляет чиазой.

– Ладно, тут всё ясно, – молвила Элина, доставая пару мелких монеток. – Уходим.

У женщины загорелись глаза. Она схватила монетки быстрым движением и ловко спрятала под истрёпанной одеждой. Наверное, её муж не узнает о деньгах, а увидит только обкуренную бабу в доме.

– Зря ты ей деньги дала, – укоризненно сказал стражник, когда они вышли из дома на улицу. – Она же не хлеб купит, а дурь.

– Знаю, – вздохнула Элина. – Но зато хоть пару дней она не будет торговать телом или воровать, а муж не будет её колотить.

– У этих иначе не бывает, всё равно дерутся по поводу и без.

– Ну, значит, хоть часть побоев она не почувствует.

На грязной улице по-прежнему крутились чумазые ребятишки. Они словно невзначай подходили ближе к королевским экспедиторам, старались попасться им на глаза, показывали пальцем на лошадей, а больше всего их интересовал дроу с кожей цвета антрацита и песочными волосами.

– Узнали что-нибудь? – нетерпеливо спросил Рэйшен, которого изрядно утомило детское любопытство.

Элина неопределённо покачала головой, не желая говорить на улице. Руфус и Ингерам помалкивали. Завидев Элину, к компании приблизился чумазый мальчуган. С виду он был помладше Натана, брата Физы из замка.

– А я знаю, зачем вы здесь! – гордо заявил он. – Деда говорил, что рано или поздно обязательно кто-нибудь придёт разбираться!

Мужчины с недоумением переглянулись, а у Элины заблестели глаза от азарта. Вот теперь она была на своём месте! Малолетние осведомители – это по её части!

– Так ты тут самый главный, да? – она присела на корточки.

– Ну, не совсем, – стушевался мальчик и тут же встрепенулся, – но я много знаю, а деда мой вообще всё на свете видел! Он с нашим королём ходил воевать давно, когда король ещё молодой был!

– Ух ты! – восхитилась Элина и достала медную монетку. – А можно и мне поглядеть на твоего дедушку? Вот бы он мне что-нибудь рассказал интересное!

– Так он дома, – сказал мальчик, жадно глядя на монету, – может и рассказать.

– Проведёшь меня? – монета перекочевала из рук в руки.

Мальчуган крепко стиснул монету в кулаке и кивнул.

– Подождёте меня у дверей. Если что – спасайте, – шепнула Элина, зная, что Рэйшен уловит любой еле слышный шёпот.

Дедушка оказался крепким мужчиной немного постарше Лоркана. Он сразу насторожился, увидев, что внук притащил в дом посторонних, но тут же расслабился, оценив Элину. С одной стороны, это хорошо, потому что ей не хотелось бы вопить и звать на помощь, а с другой – даже старик её ничуть не боялся, и это было немного обидно.

Смышленый малыш живо рассказал дедуле, зачем к ним в дом явилась эта странная женщина в форме. Старик обрадовался:

– А я говорил! Я предупреждал, что здесь что-то нечисто! Вот только меня слушать никто не захотел! Ни стража, ни… Да никто! Кругом одни идиоты!

– Наш король – не идиот, – кротко заметила Элина, – он послал меня, чтобы я разобралась.

Старик критически осмотрел Элину с ног до головы.

– Ты уж прости, дара, но тебе одной не справиться. Даже я, уж на что старый, и то могу тебя скрутить. А коли тебе дело придётся иметь с опасными людьми, то…

– Деда, деда, у неё помощники есть! – затараторил мальчик. – Есть такой дядька, глаза как у рыбы, злые, холодные! А ещё двое крепких таких, высоких, а есть – ты не поверишь – дроу! Настоящий дроу! Весь чёрный, только волосы светлые, а глазищами так и зыркает по сторонам! Честно-честно, я сам видел!

Старик насторожился:

– Дроу? Высокий, со светлыми волосами?

– Ну да, он самый, – радостно подтвердил мальчик.

Элина на всякий случай отступила к выходу. Мало ли что у этого старого вояки на уме, возможно, придётся его познакомить с кулаками этого самого дроу. Однако дед заявил:

– Когда я воевал, говорили, что с нами, на стороне короля, воюет настоящий дроу. Ух и злой он был! И людей, говорят, не шибко жаловал.

– Дедушка, – почти ласково сказала Элина, – ты не про дроу, ты про тот случай расскажи. Ну, помнишь, про фургон Забары?

– А как же! – старик переключился на случай с фургоном, однако ничего нового он Элине не рассказал.

Пришлось дать монетку и ему. Элина уже переступала порог, сожалея о потерянном времени, когда старик поволокся за ней:

– Дайте мне хоть на живого дроу поглядеть. Тогда за всю войну так и не сподобился, а любопытно же…

Увидев "живого дроу", старик прищурился и лукаво сказал:

– Вот Забары приятель тоже был такого типа…

– Какого? – навострила уши Элина. – Тоже дроу?

– Да нет, какой же он дроу, человек он, – досадливо махнул рукой старик, – но тоже солдат или что-то вроде того. Здоровый, голова стрижена коротко, кулаки тяжеленные.

Элина догадалась, что общего было у загадочного дружка Забары и Рэйшена. Они оба производили впечатление опасных людей, а внешность была ни при чём. Тот человек вполне мог быть убийцей. По крайней мере, она не зря слушала старческую болтовню.