– Она сумасшедшая? Что она творит? Надо отправить кого-то в этот треклятый Жадвиль, чтоб он провалился!..

Казначей Арлан Колле негромко отвечал:

– Нет, адар, не стоит этого делать... Мы уже посылали туда группу советников, и они не справились...

– И где, где они сейчас? Ни один не вернулся, а эта безумная сделала из них мелких писцов! Из королевских советников!

Казначей сдержанно улыбнулся:

– Они не получали твоего разрешения вернуться. И, правду говоря, их уровень – мелкий городской чиновник. Элина поступила верно. А тебе, адар, стоит похвалить их за добросовестный труд. Попозже, когда связь с Жадвилем восстановится.

Король остановился посреди комнаты.

– Ты думаешь? А как поступить с этой женщиной?

– Она для тебя уже "эта женщина"? Ах, адар, имей терпение, дай ей довести дело до конца!

Витерий доверял казначею – старинному другу своего покойного отца. Доверился и теперь. Слова Арлана звучали успокаивающе, в них хотелось верить. И не хотелось терять богатую провинцию, за которую в своё время пролили столько крови. А ещё не хотелось думать, что "эту женщину" он подвёл и обманул. Обещал ей защиту, а сам позволил швырнуть её в подземелья. Витерий тряхнул головой. В конце концов, он король, может и поменять своё решение! И ничего с ней, с Элиной, не случилось! В подземельях она пробыла недолго... Вроде бы. Суд её оправдал. А потом в знак королевского доверия она получила новое задание...

– Ссылку, – негромко уточнил казначей.

– Я что-то сказал вслух? – смущённо проговорил Витерий, но тут же изменил тон: – В конце концов, я король, и я своём праве. Таково моё решение.

– Разумеется, адар.

– Арлан, ты обещал задобрить дом Андебрингеров и отложить выплаты им...

Казначей вздохнул.

– Это возможно, мой король. Но глава дома желает вести дела в Жадвиле. Он чует поживу, а в таких делах старый Хердер никогда не ошибается.

– Ну, так и вёл бы, этот старый паук! Что его сдерживает?

– Договорённости с "этой женщиной", с Элиной. Он ждёт, когда она даст ему знак, и он пришлёт своих гномов в город. А знака всё нет, и он...

– И здесь она замешана! Да что же это такое! – Витерий не замечал, как смешно выглядит со стороны его возмущение. – Это из-за неё корона вынуждена влезать в долги!

– Не из-за неё, адар.

Под укоризненным взглядом казначея король стушевался. Действительно, не Элина же брала в долг у гномов...

– А где обещанные налоги? Ни одной монеты оттуда так и не поступило!

– Прошло слишком мало времени, мой король. Ты хочешь, чтобы она за пару амаркад разобралась с проблемами, которые накапливались с конца войны? Единственное, что мы можем сейчас сделать, – подтолкнуть Элину, чтобы она начала дела с Андебрингерами. Это отвлечёт внимание и силы Хердера, и мы получим финансовую передышку...

Передышка... Это именно то, что нужно!

– Как?! Как это можно сделать? Может, послать кого-то...

Казначей резко воспротивился. Он упирал на то, что в Жадвиле небезопасно, а королевскому гонцу ни к чему подвергать себя опасности. Арлан Колле подозревал, что этим гонцом станет его сын, и намеревался любой ценой воспрепятствовать этому.

– Ладно, – сдался Витерий. – Я и впрямь не хочу разбрасываться людьми.

Казначей подумал, что ослышался. Не хочет разбрасываться людьми?! Витерий говорит это после того, как выслал Элину с её командой на запад, а генерала Римардо и верных ему людей отправил на восток!

Вдох. Выдох. Это Витерий. Арлан знает его характер с детских лет. Чему он удивляется?

– Надо отправить ей письмо. Сбить с толку. Испугать. Возможно, обмануть. Надо, чтобы ей срочно понадобились услуги гномов... Я знаю, что там уже есть гномы, но нужны именно наши, столичные. Я подумаю, мой король, и составлю такое письмо.

– Она не поверит!

– Подключим Квирка. Он хитёр, он нам поможет. И она поверит, а мы получим отсрочку. А заодно, когда гномы окажутся там, у нас будут горячие сведения из самого сердца Жадвиля. Мы найдём то, что для неё дороже серебра.

Витерий слушал и кивал. Это хорошее предложение. Немного некрасивое, но не хуже отсидки в подземельях. Пусть Элина поработает на корону, постарается. И если всё пройдет гладко, Витерий наградит её по-королевски.

Лонваль Колле неспешно шагал по замковым коридорам. Когда-то в детстве он удирал здесь от старшего брата и его приятеля, принца Алгаса. Не так давно вместе с молодым Руфусом Жадвильским Лонваль этим же коридором нес пару бутылок южного вина, чтобы "приговорить" их в своих покоях. Брат Рори погиб на охоте, Алгас сослан, а Руфуса сгубила любовь к выпивке... По официальной версии. Сам Лонваль был уверен, что его сгубила любовь к доносам.

Отец Лонваля, королевский казначей, приказал ни в коем случае не интересоваться причинами гибели Руфуса.

– Будь здесь Элина, она бы... – начал было Лонваль, но отец строго оборвал его.

– Элины здесь нет! И это к лучшему!

А вот Лонваль ужасно об этом сожалел. Ему страстно хотелось вступить в ряды её экспедиторов, носить чёрную с серебром форму, уметь добыть любые сведения... Не пугала даже возможность королевской опалы. Элину выслали из столицы, но все знали, что на западе, в Жадвиле, она наводит порядок железной рукой.

– Железными руками своих дроу, – язвили при дворе.

А Лонваль знал, что в лицо ей никто не посмел бы это сказать.

До замка доходили самые невероятные слухи: на Жадвиль напали эльфы с побережья, и Элинины экспедиторы отбили нападение. В городе мятеж, Элина ранена, её дроу в бешенстве казнят каждого, кто попадется им под руку. Элина не ранена, а заманила мятежников в ловушку и сожгла... Лонваль диву давался, как такое можно выдумать!

Отец велел ему почаще бывать у гномов, особенно полезны были связи с торговым домом Андебрингера. Вот там можно было раздобыть крупицы правды. Если, конечно, старый Хердер Андебрингер, глава дома, был в настроении. А в настроении он бывал нечасто, потому что корона задолжала гномам огромные деньги, а монархи не любят платить свои долги. Лонваль каждый раз выслушивал это от мастера Хердера и ужасно злился. Ну, при чём тут он, Лонваль?

Как-то раз мастер Хердер обмолвился, что Элина обещала принять его родню в Жадвиле, дать им возможность открыть филиал торгового дома. А приглашения всё нет... Хотя гномы с Железных гор уже вовсю строятся в городе.

"Так вот что тебя беспокоит! – подумал Лонваль. – Отцу наверняка это будет интересно. Такие сведения сама Элина была бы рада добыть".

Старый казначей был очень доволен сыном.

– Прекрасно, прекрасно, – повторял он, потирая сухие ладони. – Нам было бы очень на руку, если часть семьи старого Хердера переберётся в Жадвиль.

– Да? И почему же?

– Это оттянет их внимание и силы на новый проект. Королевские долги отодвинутся в сторону. А тем временем Элина соберёт хоть какую-то часть налогов и пополнит наконец казну.

Лонваль развёл руками:

– Хердер сказал, что приглашения от Элины нет.

– А надо, чтобы оно поступило! Мы должны придумать, как её поторопить!

Лонваль встрепенулся. Ему давно мечталось увидеть прежних знакомых.

– Я могу съездить в Жадвиль! Обещаю, что привезу приглашение для Андебрингеров!

Отец резко воспротивился: после смерти старшего сына он боялся потерять и младшего.

Разумеется, старый казначей сумеет написать нужное письмо, а хитрец Хердер изыщет способ передать его Элине. Предварительно прочитав, само собой. И все, включая Элину, будут танцевать этот танец, старый как мир. Только для одних каждый шаг будет звенеть золотом, а для других – сталью.

Эдрик стоял навытяжку перед своим начальством. Начальство изволило гневаться. А когда оно гневалось, оно кричало, брызгая слюной, и размахивало руками в опасной близости от носа Эдрика. Нет, за свой нос Элрик не боялся. Он боялся не сдержаться и нанести короткий точный удар снизу в начальственную челюсть. Сдержался. Не нанёс.