– А вот странно, – вдруг сказал он, – внутри этого камыша нет следов борьбы и кровищи, ну, как это обычно бывает при драке. Только то, что примяли этот ваш парнишка да я. Ну ведь странно, да?

Тошнота у Элины моментально прошла. Она встрепенулась, почуяв, что это дело точно могут спихнуть на неё и её новую команду.

– А как часто здесь люди ходят? – поинтересовалась она.

– Считай, что не ходят, – усмехнулся стражник. – Этого бедолагу съели бы рыбы и расклевали птицы, и никто бы его не нашёл, если бы твоему мальчику не понадобилось помыться недалеко от отстойника.

То есть если бы Элина не дала разрешения Рэйшену и Лоркану наказать Руфуса, а они не затащили бы парня в пруд с дерьмом, то… Надо же, как интересно получилось! Рэйшен тем временем бестрепетно разглядывал отсеченную голову.

– Эли, – позвал он, – глянь сюда, если можешь. Во, видишь?

– Что именно? – Элина не могла понять, что она должна увидеть необычного.

Лоркана тоже одолело нездоровое любопытство. И он, как человек с богатым опытом такого рода, догадался сразу.

– Башку ему отпилили, а не отрубили. И он уже мёртвый был к тому времени. Потому здесь и крови нет особо.

Рэйшен вгляделся ещё раз в останки:

– Ну, к колдовке не ходи, ему горло перерезали, потом, уже мёртвого, притащили сюда. Голову отпилили, тело запихали в камыш, и всё. Думали, никто не найдёт.

– Да, резали горло, – согласился Лоркан. – Уже не разберёшь, ножом или серпом.

Руфус, вернувшийся с зеленоватым лицом, услышал последние фразы и снова утопал в кусты. Никто не обратил на него внимания. Зато Элину посетила идея:

– А не приёмчиком ли "южная джага" убит наш невезучий незнакомец?

Ингерам ничего не понял, он не знал ничего об этой самой джаге. Зато Рэйшен и Лоркан многозначительно переглянулись.

– Думаешь, он замешан… ну, в тех делах, да? – у Рэйшена достало сообразительности не упоминать при стражнике, человеке постороннем, в тайны двора не посвящённом, попытку отравления короля.

– Похоже, тут клубок запутанней, чем мы думали, – задумчиво ответила Элина. – В любом случае этого беднягу надо опознать и разобраться, где и как его убили. Ну, не тащил же убийца труп на плече через весь город.

– На тачке привёз, – пропыхтел стражник. – Вот и нам она нужна.

– Нет, думаю, не на тачке, – ответила Элина, – неужто никто не обратил бы внимания на торчащие руки-ноги и капающую кровь?

– Ну не в карете же! – менторским тоном заметил стражник.

– Нет, не в карете. Те, кто ездит в каретах, не режут головы возле отстойника. Они за это только платят.

– Телега, повозка, рабочий фургон, – перечислил Лоркан. – А что? Кровь спустили, труп прикрыли рогожей, никто ничего и не заметит. Особенно ночью.

По топкому берегу подъехал фургон. Это явился второй стражник, чтобы перевезти тело.

– Во, – с гордостью сказал он, указывая на свой транспорт, – раздобыл тут недалеко. Нашим же стражникам, только с другого участка, местные подсуетили брошенный фургон. Уж несколько дней стоит без хозяина. Так что я взял на время…

– Провоняем его, потом будут жалобы, – буркнул первый стражник.

Тело затолкали внутрь и прикрыли кокай-то дерюгой. Рэйшен и Лоркан зачем-то заглянули в фургон.

– Смотри, – Лоркан подтолкнул Рэйшена локтем.

– Вижу.

Элина полюбопытствовала, что их так заинтересовало. Оказалось, пол в фургоне был залит чем-то тёмным.

– Это ж кровь, – подоспел Ингерам, – тут не ошибёшься.

– И фургон выглядит знакомым, – призадумался Лоркан. – Где-то я его видел раньше.

Стражники тем временем принялись торопить несчастного Руфуса, чтобы тот или ехал со всеми, или шёл в участок пешком. Он ведь нашёл тело, надо теперь бумаги подписать у Стражи, без этого никак! При мысли о том, что ехать придётся с безголовым трупом, Руфус зеленел лицом. Рэйшену первому надоело ждать, пока молодой человек успокоится, и дроу бестрепетной рукой втащил его за шиворот в фургон. Элине соседство мертвеца тоже не нравилось, но она терпела.

Всю дорогу до участка Лоркан мучительно думал, где он мог видеть эту колымагу. Руфус трижды рассказывал стражникам, при каких обстоятельствах он нашел тело, а они задавали одни и те же вопросы, так что юноша в конце концов обозлился и нахамил им.

Остальные терпеливо ждали его на улице. Рэйшен и Лоркан продолжили азартную игру в ножички, Ингерам влился в коллектив так, будто служил в Страже всю жизнь. "Впрочем, так и есть. Служил, только в Лесной Страже, – подумала Элина. – Может, надо было их всех в Стражу устроить? Вон как им тут хорошо…". Эти размышления у парадного подъезда прервало появление седоусого стражника, который гаркнул на всех:

– А ну отставить азартные игры! Здесь запрещено!

Стражники нехотя стали расходиться, однако Рэйшен с нагловатой ухмылкой ответил:

– Это кем запрещено? Тобой, что ли? Ты тут главный, да?

– Именно, – важно ответил пожилой стражник, поглаживая усы.

– Думаешь, ты уже староват для такой забавы?

Седоусый купился на эту подначку и решил показать "этим желторотикам", как надо играть. Рэйшен вначале явно поддавался, и пожилой усач надувал щёки от гордости:

– Надо было поставить денег, раздел бы я тебя, щенка патлатого, догола!

Ставки посыпались как из рога изобилия. Игра продолжилась. Элина, усмехнувшись, прикрыла глаза. Она знала, что последует дальше: Рэйшен вчистую обыграет старика, тот рассвирепеет, Рэйшен начнёт его высмеивать, ей придётся вмешаться и махать королевской бумагой у седоусого перед носом.

Впрочем, до этого дело не дошло. Руфуса выпустили, взяв с него обещание явиться в участок, если вызовут, так что Рэйшену не удалось доиграть до конца. Банк держал Ингерам, а распределял выигрыш Лоркан. В общем, мафия в деле! Седоусый сердито пыхтел, а Лоркан довольно вежливо сказал ему на прощанье:

– Ты, отец, не волнуйся так, мы, может, ещё придём, тогда и доиграем.

Рэйшен бессовестно заржал, а Руфус, красный и злой после допроса, ничего не понял. На том и отправились в за́мок.

В службе королевского гардероба их уже ждали. Форма, хоть и не вся, была готова, и Элина с удовольствием принялась в неё облачаться. За занавеской натягивали на себя новые одежды и Рэйшен с Лорканом. С оставшихся портные деловито снимали мерки.

– Эх, зараза, хорош! – услыхала Элина голос Лоркана. В нём слышалась явная зависть.

И было чему завидовать. Рэйшен, высокий, статный, был и впрямь хорош в чёрном с серебряным шитьём мундире. Высокий хвост из светлых волос и выбритые виски придавали ему особенно суровый вид. Лоркан рядом с таким воином смотрелся как серая мышь, хотя для своего возраста он тоже был весьма и весьма неплох. А уж Руфус с Ингерамом просто рты разинули.

– Недешёвое удовольствие, – молвил бывший лейтенант Лесной Стражи.

– А ещё будут сапоги, – добавил Рэйшен, самодовольно оглядывая себя. – Король платит. Его спецслужба не должна ходить, словно толпа оборванцев.

– И нам пошьют такую? – уточнил Руфус, которого со всех сторон обмеряли прилежные портные.

Элина вышла к остальным. Её люди умолкли, разглядывая свою командиршу. Портные тоже с некоторой тревогой ждали её оценки.

– Ты довольна, дара? – наконец осмелился спросить один. – Всё ли так, как ты хотела?

– Да. Всё нравится, всё удобно, спасибо вам за труд.

Портные удовлетворённо вздохнули и продолжили свою работу. Рэйшен же с неудовольствием разглядывал Элину и разве что не морщился.

– Чего тебя корчит? Славно получилось, вон ножки какие… – с усмешкой сказал Лоркан.

Ишь, мерзавец, ножки он тут разглядывает! Однако Элина не рассердилась, ей были приятны слова старого солдата: ноги у неё и впрямь были весьма неплохи.

– И чё, теперь все на них пялиться будут? – буркнул недовольный дроу.

– Первое время будут, потом привыкнут, а ещё потом начнут нас уважать и бояться, – ответила Элина. Ревность Рэйшена тоже ей польстила. – Ещё головной убор какой-нибудь нужен… Ну да ладно, это потом.