Неизвестно, что именно помогло, но Элина пришла в себя. Она вздрогнула всем телом и сделала судорожный вдох, как тонущий человек, поднявший голову над водой.

– Эли, успокойся, это я, Рэйшен, – голос дроу стал мурлыкающим, – всё хорошо, мы дома…

Элина дышала часто и неглубоко, обводила настороженным взглядом комнату, словно не узнавала её.

– Рэйшен! – наконец прошептала она, протягивая к нему руки. – Как хорошо, что ты здесь!

Рэйшен изо всех сил старался сохранить строгое выражение лица, но чистая, ничем не замутнённая радость рвалась наружу. Хвала Небесам, что он сейчас не среди соплеменников с их каменными рожами!

– Эли, это опять твои сны?

Элина кивнула:

– И каждый раз хуже предыдущего.

– Тебе нельзя быть одной, мало ли что…

– А разве ты уже уходишь?

– Мне остаться? Это приказ?

– Дурачок! Я ещё в тех проклятых подземельях сказала тебе, чтобы ты остался со мной…

Этот быстрый жаркий шёпот бесцеремонно прервал голос Ингерама:

– Слушайте, вам это клятое вино со специями уже не надо, что ли? Я, между прочим, насилу выпросил его у гномов! И полотенце Полли с большим трудом добыла!

– Давайте всё сюда! – деловито скомандовал Рэйшен. – А сами можете идти! Погоди, Полли, будь другом, сгоняй за моими вещами, там немного!

– Экий ты наглый тип, Рэй! – возмутился Ингерам. – Как не стыдно тебе девушку гонять взад-вперёд среди ночи!

Рэйшен охотно согласился, что он наглый и ему не стыдно. Элина тихонько фыркала, отхлёбывая вино маленькими глоточками. Вкусно. Тепло.

– Ингерам, у меня есть предложение, – вмешалась Полли. Она повеселела и успокоилась, увидев, что Элина пришла в себя и шепчется с Рэйшеном. – Ты поможешь мне перенести мои вещи в комнату Рэйшена, а его вещи – сюда. Рэйшен, ты же не будешь против, если я переночую в твоей комнате? Тебе здесь будет удобнее.

Рэйшен расплылся в самодовольной улыбке. Именно этого он и хотел.

– Имейте в виду, бессовестные рабовладельцы, что я согласился только оттого, что меня Полли попросила, а не оттого, что один ушастый тут раскомандовался! – заявил Ингерам, прикрывая за собой дверь.

Но его, кажется, уже не слышали.

Утром в караван-сарай примчался взъерошенный Лонваль:

– Дара Элина, я нашёл лошадей для наших дроу!.. О, ясного тебе неба, Рэйшен. А где Дэвлин и ребята?

– Вот-вот прибудут, Лонваль. Надеюсь, лошади достаточно крепкие, чтобы выдержать дроу. Ты, я вижу, намерен ехать с нами? А что твои сопровождающие?

Лонваль горячо заверил, что они ему полностью подчиняются и сделают всё, как он велит.

Очень скоро собрались все, кого Элина отпустила на ночь, и, наскоро позавтракав, экспедиторы покинули Рудный Стан. После фантастической поездки гномьими путями Элина чувствовала горячую симпатию к своей лошади. Та, чуя изменения в своей хозяйке, вела себя куда спокойнее и дружелюбнее, чем раньше.

Солдаты, сопровождавшие Лонваля, пристроились в хвост кавалькады. Там они могли беззастенчиво глазеть на дроу и чесать языками. Правда, знай они, что эти ушастые демоны слышат каждое слово, они были бы гораздо воздержаннее в своих речах.

Сами дроу в это время с удивлением разглядывали сложное плетение на голове у Элины.

– Это наше, что ли, обрядовое? – Меуриг проявил неприличный для дроу интерес. – Обрядовое клановое плетение? И у Рэйшена?

– Вроде наше, да не совсем, – ответил Дэвлин. Он, как мог, старался сохранять невозмутимость, подобающую истинному дроу, но – увы! – получалось плохо.

Меуриг не отставал:

– А может, это плетение клана Эльгиниррок?

– Рэйшен ни в жизнь бы такое у себя на голове не заплёл.

Меуриг чуть приподнял уголки рта, чтобы не вызвать неудовольствие Дэвлина. Обрядовое плетение клана Эльгиниррок подошло бы скорее ему.

– Это они сами придумали, – процедил Дэвлин. – Все увидят, что они принадлежат друг другу.

Эта идея привела Меурига в восторг, а вот у Мадога лицо сохраняло бесстрастие, присущее истинным дроу.

* * *

В столице Лонваль и его свита покинули королевских экспедиторов. Лонваля хлопали по плечам, говорили ободряющие слова, а от приятельского тычка Мадога юноша чуть не свалился с коня. Перед Поллианной Лонваль задержался.

– Полли, я… я прошу прощения за своё поведение, – слова давались Лонвалю с трудом. У молодого аристократа не было привычки извиняться перед простолюдинами. – Я вёл себя совершенно неподобающе.

– Принимается, – девушка оборвала поток высокопарных слов и улыбнулась.

Эта улыбка была для Лонваля ярче летнего солнца на сероватом небе Атрейи.

Королевские экспедиторы ехали по Глорку, и на их отряд глазели, показывали пальцами, перешёптывались… Дэвлин только удивлялся, как Рэйшен всё это выдерживает. А тот лишь самодовольно ухмылялся, поглядывая по сторонам.

– Мало ей одного демона огнеглазого! – раздалось шипение сбоку. – Она ещё троих с собой приволокла! Наверное, из самой Бездны вытащила этих убийц!

Элина резко остановила лошадь, грубо дёрнув поводья. Она видела, кто сказал эти слова. Рискуя свалиться, Элина повернулась в седле и опасно свесилась вниз. Дэвлин заметил, как Рэйшен непроизвольно двинул рукой, словно готовясь ухватить Элину за пояс штанов.

– Убийцы, говоришь? И кого же они убили? Говори, мы ведь экспедиторы, разбираться с убийствами – наша работа. Ну?! Чего замолчал?!

Судя по виду, мужичонка уже горько пожалел о сказанном. Его приятели отступили от "огнеглазых демонов" на безопасное расстояние, и спасения ждать было неоткуда.

– Официально уведомляю, – холодно заявила Элина, до ужаса напомнив Дэвлину женщин родного клана, – что эти дроу зачислены на королевскую службу. А ты смеешь оспаривать королевское решение?

– А… Э… – только и смог произнести мужичок, который понял меньше половины из сказанного.

– Я спрашиваю, ставишь ли ты под сомнение мудрость и волю короля?

Окончательно напуганный, мужичок отчаянно замотал головой.

– Тогда советую тебе помалкивать о том, чего не разумеешь!

Пегий мужичок принялся кивать и униженно благодарить. Элина не без помощи Рэйшена вернулась в нормальное положение в седле. Больше никаких происшествий по пути домой с экспедиторами не случилось. Мадог с Меуригом (да что там говорить, и Дэвлин тоже!) глазели по сторонам в полнейшем удивлении. Никогда им не доводилось видеть столько домов и домишек сразу, да ещё под открытым небом, а не под землёй. А уж столько народу, сколько толпилось на улочках, возле домов, таверн и лавок, и вовсе трудно было представить. А на холме над городом высилась каменная громада королевского замка, и на её башнях трепетали на ветру флаги.

Меуриг вертел головой, высокий светлый хвост метался по плечам, а глаза сверкали.

– Правда, здóрово? – между молодыми дроу вклинилась Полли. – Вот когда мы с вами получим жалованье, сходим на рынок…

– Рабов? – уточнил Мадог. – Рынок рабов?

– У нас нет рабства! – возмутилась Полли. – Ведь дара Элина уже говорила тебе. В общем, сходим, купим чего-нибудь вкусного. А можем в таверне посидеть, пива попить…

За этой лёгкой болтовнёй кавалькада свернула в более тихую и респектабельную часть города. На улицах стало меньше людей, а здания отступили в глубину садов, за аккуратные заборы. Оттуда лаяли собаки, но, учуяв дроу, поджимали хвосты и отступали под защиту хозяев. А хозяева, точнее, хозяйки, напротив, глазели на всадников, разинув рты.

– Ты его всё-таки нашла! – раздался звонкий детский голосок.

Элина узнала соседскую малышку, которая рассказала ей когда-то, что видела Рэйшена на рынке. Элина спешилась. После дикой поездки с гномьей почтой совсем не страшно было спрыгнуть с конской спины на землю. Мать девочки попыталась увести ребёнка в дом, но малышка вцепилась в прутья забора и плаксиво скривилась, готовясь зареветь.

– Эй, не плачь! – Элина быстро подошла к забору и опустилась на одно колено, чтобы её лицо оказалось на одном уровне с личиком девочки. – Конечно, я его нашла! С твоей помощью, между прочим!