Рэйшен насупился, как обиженный мальчишка. Он не любил, когда над ним смеются.

– Рад, что развеселил тебя, почтенный Хагерит, – хмуро заметил дроу, – но я иду с Эли.

– Да иди уж, иди. Раз она так тебе доверяет, иди.

И настроение у Рэйшена сразу улучшилось.

Сельбермин был рабочим посёлком, выросшим рядом с серебряным прииском. Здесь добывали руду, а потом отправляли её куда-то вглубь Синих гор, где в печах она плавилась и в виде слитков уезжала в Глорк, на королевский монетный двор. Что с этого имели гномы, Элина понять не могла, а объяснять ей никто не собирался.

Жилые помещения у гномов располагались в глубине гор. Мороз прошёл по спине у Элины, когда она ступила под тёмные каменные своды. Кажется, она сыта по горло пещерами, камнями и темнотой. Однако гномы не просто так славились своими изобретениями. Лишь только под сводами раздались шаги, как в каменных углублениях на стенах зажглись тёплые огни.

– Ого, неужто здесь датчики движения? – вырвалось у Элины.

Дядюшка Хагерит обернулся и загадочно глянул на своих "гостей", но объяснять ничего не стал. Каменный коридор, освещённый этими фонарями, расширился и привёл в довольно просторный зал, в котором стоял добротный деревянный стол и стулья. На столе дожидались своего часа глиняные миски, источающие пар и одуряюще вкусный аромат. А вон в том высоком кувшине, наверное, пиво. Чистым рушником был накрыт пышный каравай. Интересно, кто успел накрыть на стол? В зале не было ни души. В углу располагался очаг, а в нём ровно горел огонь. Тепло от него равномерно распространялось по всему залу, и Элина ощутила сонливость. Нет, не время спать! Надо встряхнуться. И не налегать на пиво.

Дядюшка Хагерит, как радушный хозяин, предложил своим гостям ополоснуть руки в рукомойнике, который скромно притаился неподалёку. Элина и Рэйшен умылись, а Элина втихаря даже сделала несколько глотков воды. Сонливость вмиг улетучилась.

– А где наши спутники? – спросила Элина у хозяина.

– Не волнуйся, почтенная Элина, с ними всё в полном порядке.

– Тогда где же они?

– Ты же не думаешь, что здесь только одно помещение? – лукаво осведомился Хагерит. – С тобой много народу, да и моих ребят тут достаточно, они перекусят в более просторном месте. А мы побеседуем в тишине…

Рэйшен уписывал ужин за обе щеки, прихлёбывая густое тёмное гномское пиво, а Элине кусок не лез в горло. Хагерит внимательно слушал её рассказ, время от времени задавая вопросы. Особенно его интересовали, конечно же, его родичи с запада. И из Глорка. Как там поживает этот старый хрыч Хердер Андебрингер? Всё такой же интриган, надо же, ничуть не изменился. Происхождение Элины и её отношения с законом Атрейи, кажется, волновали Хагерита очень мало. Погибшие или пропавшие люди и дроу не занимали его. Зато ему была очень интересно, как Элине достался арбалет, а также её отношения с кланом Эльгиниррок.

– Нда, слыхал я, что наша молодёжь развлекалась на какой-то пирушке, что устроила Фаирн, но толком ничего об этом не знал, – дядюшка Хагерит выглядел задумчивым, и было неясно, осуждает или одобряет он эти "молодёжные" развлечения.

На всякий случай Элина не стала упоминать о фасах-траве. Вдруг эта трава здесь вне закона!

– Рэйшен, – внезапно Хагерит переключился на дроу, – а почему дара Элина ничего не ест и не пьёт? Она, кажется, слишком переживает за всё случившееся, вон, даже одёжа на ней висит, как с чужого плеча.

Рэйшен чуть не поперхнулся куском и глянул на Элину. Ах ты ж!.. Похоже, почтенный Хагерит прав: чёрная форма истрепалась, местами порвалась и выглядела так, словно Элине пришлось драться за эти обноски. Рэйшен слишком увлёкся охотой, своим выздоровлением и дружбой-соперничеством с Мадогом, и упустил из виду слишком многое. И, конечно, Эли следовало питаться получше, а она не притронулась ни к тарелке, ни к стакану.

– Тебе налить? – заботливо осведомился Рэйшен, хватая кувшин.

Элина отказалась, и тогда Рэйшен, слегка захмелевший, принялся подкладывать ей куски из общей миски. Дядюшка Хагерит лишь посмеивался, глядя на это.

– Мне нравится твоя идея о гномьем банке в Жадвиле, – наконец сказал он. – Можно было бы организовать целый торговый дом… Но ты уже говорила с Андебрингером, экая жалость. И нашим родичам с Железных гор тоже дала обещание.

– Жадвиль – город немаленький, – задумчиво произнесла Элина. – Не столица, конечно, но всё же… Там можно и два банка организовать. И провинция в целом богатая. Торговать есть чем и есть где, только пока некому. Если ты понимаешь, к чему я клоню.

– А к чему ты клонишь? – в голосе Хагерита проскользнуло лукавство. – В Жадвиле до сих пор порядка нет, ты уже давала обещания, но пока слова не сдержала.

– Дядюшка Хагерит, у меня было три задачи. Первая – выжить, чтобы свои же меня не прирезали. Вторая – выжить, чтобы меня не казнил король как смутьянку. И третья – выжить, чтобы навести порядок в Жадвиле. Две задачи выполнены, загвоздка пока только в третьей.

– Дара Элина, учти, что я не желаю становиться под руку твоего короля, твою или чью-либо ещё, – голос гнома-хозяина стал жёстким. – Мы – вольные гномы, а не какие-то вырождающиеся кланы дроу. И пустых обещаний мне не надо.

– Я не собиралась давать тебе никаких обещаний, я только просила отдыха для моих людей. Вдобавок разве у вас нет кого-то вроде верховного правителя, а может, совета гномов или чего-то в этом роде? Предложение о банке можно внести на рассмотрение туда…

Элине пришлось выдержать пристальный взгляд дядюшки Хагерита. Рэйшен на всякий случай отставил стакан.

Немного похмыкав в бороду, Хагерит заявил:

– Что ж, это дело надо обмозговать. Теперь-то я понимаю, как ты короля вашего уломала… Вот если бы он согласился утихомирить Жадвиль, тогда и про банк с торговым домом разговор вести можно.

Элина кусала губы. Рэйшен знал, что она так делает, когда раздумывает над трудным вопросом и готова пойти на риск.

– Мне нужно попасть в Глорк, – наконец сказала Элина, – как можно скорее. Моё отсутствие слишком затянулось. Там я сумею уговорить Витерия, чтобы он отправил меня с поручением в Жадвиль.

Дядюшка Хагерит о чём-то задумался.

– Есть, конечно, прямой путь отсюда в столицу, да только для грузов.

– Мне всё равно надо и в Рудный Стан заехать, там кое-какое наше имущество осталось. А одного из наших мальчиков сопровождающие ждут, перепугаются, его отец не переживёт, если с сыном что-то случится… А ещё моих дроу навестить надо, не то подумают, что я их бросила, безобразничать начнут…

Гном расхохотался:

– Первый раз вижу, чтобы человека заботило, что о нём дроу подумают! Что ж, мне надобно немного времени, чтоб всё прикинуть да рассудить, а вы пока побудете здесь…

– Пленниками? – резко перебила хозяина Элина.

– Ну что ты, нет, конечно! Вы – наши гости. Отдохнёте в Сельбермине пару денёчков, пока я придумаю, как вас быстрее в Рудный Стан доставить. Уж пару дней твой король может потерпеть, да и дровский клан тоже, верно? А теперь ешьте спокойно, а я пока распоряжусь насчёт комнат для всех вас. И не тревожьтесь ни о чём, никто вас не побеспокоит.

С этими словами он поднялся и оставил Элину и Рэйшена одних.

– Такое ощущение, что этот дядька собирается использовать нас в тёмную, – проворчала Элина.

– Может, и так, – согласился Рэйшен. – Я со здешними гномами дела никогда не имел, не знаю, что у них на уме. Одно скажу, что жратва у них тут отменная, да и пиво тоже. И он прав в том, что тебе надо лучше есть.

– Из огня да в полымя, – пробормотала Элина, отламывая кусок хлеба.

Еда и впрямь оказалась вкусной, на них никто не нападал, Рэйшен на глазах становился прежним разбитным наёмником… Что ж, надо использовать эту передышку, чтобы набраться сил.

В общем зале было гораздо веселее. Пиво лилось рекой, гости и хозяева уже успели выпить за здоровье друг друга, перезнакомились и принялись рассказывать друг другу байки о своём житье-бытье. Возле Лоркана уселись два молодых гнома и внимали каждому его слову. Тот разливался соловьём, время от времени чокаясь со своими слушателями. Вдруг Полли сообразила, что это не слушатели, а слушательницы. И они восхищаются этим человеком и его кровожадными историями времён войны за объединение королевства.