– Да и жрать охота, честно говоря, – добавил он. – Правда, я надеюсь, что Витерий нас пригласит на завтрак. Или хоть на обед… Короче, раз не отправил в подземелья и не велел казнить, сдохнуть от голода не даст.

– Наверное, не даст, – задумчиво согласилась Элина, – если не передумал за ночь.

Физа явилась сама, без всякого вызова. Она действительно принесла еду, забрала грязную посуду и пообещала что-то придумать с одеждой. Когда Рэйшен заикнулся о завтраке или обеде в компании короля, служака звонко рассмеялась:

– Ой, не могу! Только члены королевской семьи и самые важные чиновники и советники могут видеть короля каждый день за завтраками и обедами!

Рэйшен надулся, как ребёнок, а Элина, не выдержав, тоже рассмеялась.

– А можно нам одежду поскорее? – спросила она у Физы. – Хотя бы пройтись по коридору, осмотреться, ведь не каждый день в королевском замке бываешь.

Физа вмиг посерьёзнела и даже отвела взгляд.

– Нет, дара, с одеждой никто спешить не будет. Вам обоим нельзя покидать покои без особого разрешения короля. А без одежды вы уж точно никуда не пойдёте…

Элина помрачнела. Значит, всё-таки они здесь не гости.

– А весточку своим близким мы можем послать? Хотя бы дать им знать, что мы живы…

– Не знаю, дара. Но спрошу у кого следует, может быть, весточку послать разрешат.

– А у кого следует спрашивать? – заинтересовалась Элина.

– Ты, дара, всё равно не знаешь этого человека, зачем тебе его имя…

Физа удалилась, забрав всю одежду в чистку и ничего более не объясняя.

Весь день Рэйшен с Элиной провели взаперти. Им исправно приносили еду, но Элина злилась и нервничала, потому что было невыносимо сидеть нагишом в чужих комнатах и знать, что ты не можешь одеться и выйти. Рэйшен вначале лишь посмеивался, но к вечеру тоже забеспокоился, особенно когда ужин принесла не Физа, а какой-то паренёк.

На все расспросы паренёк лишь пугливо смотрел по сторонам, будто боялся, что кто-то невидимый наблюдает за ним. Что Рэйшен ни спрашивал, парнишка только трясся и молчал.

– Тьфу, слабоумный какой-то! – дроу наконец отступился от посыльного, и тот умчался восвояси.

Элине даже есть не хотелось, так невмоготу ей стало сидеть взаперти.

– Ты заметил, что он вёл себя так, будто нас прослушивают?

– Эк удивила! – хмыкнул Рэйшен. – Конечно, прослушивают. Ещё наверняка и подсматривают! Это королевский замок, а не… Какое-нибудь безопасное место.

– Подсматривают?!

Элина немедленно закуталась в одеяло по самую шею. Рэйшен окончательно развеселился и, не утруждая себя закутыванием в полотенце или плед, пошёл вдоль стен, время от времени постукивая по ним костяшками пальцев. Хромота у него полностью прошла, лишь на левом бедре появился новый светлый шрам. Таких шрамов на его тёмном теле было много, но, демоны всё раздери, эти шрамы его совершенно не портили. Лишь теперь Элина мысленно согласилась с утверждением, что шрамы украшают мужчину.

– Рэйшен! – чуть охрипшим голосом позвала она. – Брось эти глупости! У нас тут ужин стынет, и вообще…

– Хочу найти, откуда же за нами подсматривают, – отозвался Рэйшен, не оборачиваясь. – Любопытно же.

– Брось, серьёзно. Ну какая нам разница? Пусть себе смотрят. И завидуют.

Что-то в голосе Элины заставило Рэйшена обернуться. На губах дроу появилась обычная нагловатая усмешка:

– И верно, Эли, пусть завидуют. И ужин придётся нам съесть холодным.

Холодный ужин был уже съеден, когда в дверь постучали.

– Дополнительный паёк? – оживился Рэйшен. – Эй, там, давайте, несите всё, что у вас есть!

Вошла незнакомая служанка, с ней двое парнишек-подростков, худых и сутулых. Они вкатили в покои стойку для одежды. С одеждой, разумеется. Элина присмотрелась, но ни её вещей, ни одежды Рэйшена там не было.

Тем временем девица без всякого стеснения разглядывала Рэйшена, а тот, сидя на краю постели, насмешливо глядел в ответ и разве что не посвистывал. Элине надоело это молчаливое рассматривание.

– Ну, долго в гляделки играть будем? – довольно грубо спросила она.

– Ясного неба вам обоим, почтенные дары, – приторно защебетала служанка, – мы вам принесли одежду, подберём что-нибудь для завтрашней аудиенции…

– Завтрашней чего? – удивилась Элина.

– Вы оба завтракаете с королём, так что выглядеть нужно достойно, – отвечала девица.

От слащавости тона у Элины свело челюсти. Достойно, значит? А так они оба, Элина и Рэйшен, такие недостойные, сидят тут в чём мать родила.

– Что ж, тащи костюм для меня, – скомандовала Элина.

– Для прекрасной дары – только платья, – слово "прекрасной" было сказано так, как будто девица плюнула ядом.

– Ну, так неси их.

Юноши осторожно сняли со стойки два длинных платья и понесли их к постели.

– Изволь подвинуться, любезный дар, – служанка изогнула спину перед Рэйшеном, глазевшим на это добро.

Элина внутренне вскипела. Да что же это такое, право слово! Вот просила же Рэйшена не пялиться и не кокетничать с другими женщинами! Хотя… Можно отплатить ему той же монетой.

– И правда, подвинься, любезный Рэйшен, – приветливо сказала Элина. – А вы, молодые люди, не стесняйтесь, подходите ближе. И эти замечательные платья несите, поможете мне одеться.

С этими словами Элина солнечно улыбнулась худосочным юнцам и переползла – иначе не скажешь! – на край огромной кровати. Юнцы вначале замерли, а потом рванулись вперёд. Явно не каждый день им удавалось полюбоваться обнажённой женской натурой.

– Так, девица, как там тебя, неси платье номер один!

Служанка, растеряв изрядную долю наглости, пролепетала:

– Погоди, под платье ведь сорочка требуется. Мальчики, подайте!

– Какая ещё сорочка! – Элина помнила, как в Жадвиле, отправляясь к стряпчему, под платье она не надевала никакой сорочки.

– Ты должна выглядеть прилично, – самообладание вернулось к девице, и она вновь заговорила снисходительным тоном. – К чему бы ты ни привыкла, у нас в службе королевского гардероба всё строго.

Один из парнишек нерешительно приблизился к Элине и с лёгким поклоном протянул нечто длинное и белое. Элина приветливо улыбнулась и подняла руки, словно сдаваясь победителю:

– Помоги-ка мне натянуть это добро.

Помрачневший Рэйшен моментально спохватился:

– Так, отошёл от неё, щенок! И вообще, вот это – приличное? И это – приличное? А это?

С каждым словом он тыкал пальцем в висящие на вешалке одежды. Девица из службы королевского гардероба кивала головой, мол, да, всё приличное.

– Тогда барахло оставьте, а сами шагайте, откуда пришли! Мы тут сами разберёмся, чего на себя натянуть. Всё поняли?

Юнцы отскочили к самой двери, а наглая служанка с неудовольствием сказала:

– Вот если вы что-то наденете не так…

– То король это переживёт, ты уж мне поверь! – и Рэйшен выразительно указал на выход.

Элина искренне обрадовалась, когда служащие королевского гардероба убрались. Она ухитрилась быстро нырнуть в сорочку и напялить поверх неё какое-то ужасное недоразумение, именуемое здесь платьем. Сорочка выглядывала из-под платья, прикрывая декольте. Осмотрев себя, Элина решила, что если король хочет видеть эту нелепую конструкцию, он её увидит.

Рэйшен и вовсе не стал заморачиваться с примеркой.

– Обычные штаны и рубаха, только ткань подороже. Но какие гады, сапоги мои умыкнули, а вместо них тонкие башмаки выдали. О, чулки! Женские. И туфли вижу. Это, Эли, тебе, можешь радоваться. Но если снова начнёшь кокетничать с посторонними мужиками, я могу забыть, что обещал тебе никого здесь не убивать.

Наблюдатель сегодня был попросту возмущён своими "подопечными". Да что это такое! Никаких серьёзных разговоров, одни постельные утехи, да ещё и непочтительные высказывания в адрес короля! Что это за мятежники такие, не обсуждают никаких идей, не замышляют побега, не планируют переворотов… Зачем он тут сидит, спрашивается?