– Готово, – благоговейно прошептал Гезеле.

Да, корона была готова, скромная, изящная, полная тайных значений.

* * *

Хердер Андебрингер задумчиво смотрел на резную крышку ларца. Этот ларец вручил ему сам король во время последней аудиенции.

– Береги его, – сказал Витерий, – пусть это передадут лично в руки управительнице.

Вначале Хердер решил, что внутри деньги, орден или украшения – что ещё король мог передать в провинцию? Впрочем, вряд ли это деньги. Они куда тяжелее. Да и откуда бы? Хердер не хуже королевского казначея знал положение дел: казна истощалась, и даже торговый дом Андебрингеров не мог ей помочь. Король задолжал и семье мастера Хердера, и строителям замка, и даже придворным ювелирам! В общем, столице нужны были деньги пуще воздуха. Хердер ещё немного поколебался, а потом решительно откинул крышку.

Что это? Безделица тонкой работы. Украшение. Рядом с ним лежал запечатанный свиток. Любопытно. Хердер знал, что предпринять: он достал тонкий нож и нагрел его над лампой. Снять печать было плёвым делом: старый гном начинал свой путь именно с этого. Сбор сведений – самого ценного товара королевства – позволил ему достигнуть нынешнего положения.

Хердер полагал, что его трудно удивить, но королевский свиток он вынужден был прочесть дважды. И только после этого немного пришёл в себя. Новости были... оглушительными. Теперь следовало использовать все возможности и не дать личным обидам взять верх над перспективой и выгодой.

Мастер Хердер аккуратно запечатал свиток и сложил всё обратно в ларец. Предстояло много работы: написать подробные указания своим гномам, письмо королевским экспедиторам, послание родичам с Железных Гор... Королевский подарок изменил расстановку сил. А Хердер Андебрингер любил играть на сильной стороне.

Рэйшену не спалось. Он думал, что так беспокоиться можно только перед боем.

«А если стряпчий не придёт? Или что-нибудь перепутает? Или Лоркан проспит? Или…»

Рэйшен похолодел: вдруг Мадог пронюхает что-то раньше времени и устроит… Он хорошо знал, что может устроить молодой вспыльчивый дроу, который счёл себя обделённым.

«Как Эли с этим справляется?»

Рэйшен затаил дыхание. Она тоже не спит. Притворяется. Он потянулся к ней:

– Всё получится. У тебя всегда получается.

Элина ответила поцелуем, и до рассвета время пролетело незаметно.

Никто ничего не перепутал и не забыл: Лоркан не проспал, Дэвлин хмуро помалкивал, а Донал держал под мышкой книгу записей. Да и стряпчий уже стоял посреди зала, того самого, где проходил званый ужин. На краю одного из столов лежали его бумаги и письменные принадлежности. Лоркан неспешно зажигал свечи. «Эли опять будет жаловаться на их дороговизну!»

– О, вот и вы! Готовы? – спросил мэтр Арминис.

– Разумеется! – Рэйшен не смог удержаться от своей обычной ухмылочки.

Эли молча кивнула в ответ.

Мэтр Арминис дал им обоим по листочку:

– Прошу ознакомиться.

«Опять какие-то бумажки! Как же они надоели! Быстрее бы дали договор, они с Эли подпишут его, и дело с концом! Нет же, надо оттягивать…»

Элина смотрела в бумажку, будто впервые в жизни увидела буквы. Рэйшен встревожился: «Что там такое? А вдруг она передумает? Что ему тогда делать?» Он настороженно заглянул в свою бумагу. Ничего особенного. Что ж, чему быть – того не миновать.

– Начинай, мэтр Арминис, – скомандовал Рэйшен. Кто-то ведь должен командовать.

Тени от свечей трепетали на стенах, заставляя гобелены казаться живыми, будто они тоже молчаливые свидетели этой тайной церемонии.

Стряпчий прокашлялся и торжественно произнёс:

– Итак, мы собрались здесь для заключения брачного союза между дарой Элиной, управительницей Жадвиля, и даром Рэйшеном. Прошу вас, произнесите свои клятвы.

Рэйшен смотрел только на Элину. Она облизала пересохшие губы. «Волнуется».

– Дара управительница, – мягко напомнил Арминис, – прошу.

Неожиданно Элина скомкала и отбросила в сторону бумагу со своей клятвой. Стало так тихо, что можно было услышать, как течёт по свечам оплывающий воск. «Если она откажется…» – Рэйшен не успел додумать, как Элина заговорила.

– Я, Элина, управительница Жадвиля, старший королевский экспедитор, принимаю тебя, Рэйшен из клана Речного Песка, в союзники по жизни. Доверяю тебе свою жизнь, свою честь и своё сердце. Тебе – и больше никому. Клянусь.

Рэйшен слышал, как выдохнул Арминис.

– Дар Рэйшен, – в голос произнёс он, – теперь ты.

Рэйшен тоже хотел бы обойтись без бумажки. Ему вспомнились высокопарные слова, которым его учили в клане, а он благополучно выбросил их из головы. Кажется, сейчас эти слова пригодятся.

– Я, Рэйшен из клана Речного Песка, сын Дэвлина и принцессы Шианнон, принимаю тебя, Элина, в союзники по жизни. Буду стоять с тобой плечом к плечу в бою и в мире. Делить хлеб и соль. Кровью и честью – клянусь.

– Клятвы приняты, – сказал стряпчий. – Теперь следует подписать договор. Мастер Донал, внеси запись о заключении союза в книгу. Дара управительница, твоё завещание по-прежнему в силе? Рэйшен – твой единственный наследник?

Элина кивнула.

– Тогда я ставлю на этом завещании свою подпись и заверяю, что документы составлены и подписаны по всем правилам, в присутствии свидетелей. Прошу приложить к ним печать.

Донал с важным видом стукнул печатью в нужных местах.

Рэйшену было немного жаль, что здесь так мало народу и почти никто не знает, что теперь она – его навсегда. Впрочем, плевать. Оно того стоило.

* * *

Гномий караван неспешно двигался по тракту из столицы в Жадвиль. Скрипели колёса, пощёлкивали хлысты, то и дело ревели мулы и всхрапывали лошади…

– Мастер Ангер! – крикнул кто-то. – До дождя успеем? Как бы не завязнуть!

Молодой гном по имени Ангер вёл этот караван. Он с важным видом глянул на небо и ответил:

– Дождя не будет до завтрашнего вечера. Должны успеть.

На самом деле он чувствовал себя неуверенно. Мастер Хердер говорил с ним лично и дал ему замечательную возможность проявить себя, возглавив отделение торгового дома Андебрингеров в Жадвиле. Упустить этот случай было нельзя, хотя Ангер ужасно волновался. Он уже встречался с тамошней управительницей и её экспедиторами и немного побаивался новой встречи. Не оправдать доверия мастера Хердера он тоже боялся. Однако нельзя было показать свою неуверенность перед остальными: Ангеру предстояло открыть и новый филиал для торговли, и банк, и сеть мастерских… Голова кругом!

Ангер внимательно смотрел по сторонам. Близость города уже чувствовалась: стало больше прохожих и проезжих. Многие с любопытством поглядывали на гномов. Ангер слыхал, что раньше здесь гномов не привечали, однако сейчас никакой враждебности он не чувствовал. Может, новая управительница так на них повлияла? Это было бы очень кстати.

Осенью смеркалось рано, но до наступления темноты караван успел подойти к городским воротам. Ангер присмотрелся, не собираются ли их захлопнуть перед самым гномьим носом?

– Из Глорка едете? – послышался чей-то зычный голос от ворот.

– Оттуда! – Ангер очень старался, чтобы его ответ прозвучал солидно, как и подобает настоящему гному.

Навстречу вышли двое высоких мужчин. Наброшенные на плечи плащи не скрывали военной выправки обоих, и Ангер забеспокоился. К стене были прикреплены два горящих факела, и в их свете Ангер узнал обоих мужчин: он видел их в столице, у Элины. Это были её экспедиторы. Имён их, правда, Ангер тогда не узнал.

– Мы с тобой встречались, почтенный гном, – сказал старший из мужчин. – Я Лоркан, королевский экспедитор, нынче начальник Городской стражи Жадвиля. А это мой товарищ, Ингерам, ты его тоже видел, сейчас он возглавляет Воротную стражу города. Ждём ваш караван с утра.

– Моё имя Ангер, из рода Андебрингеров. Рад видеть вас, почтенные. Где мы можем остановиться?

– Ну… В городе пока нет гномьих постоялых дворов или караван-сараев, – человек, названный Ингерамом, развёл руками.