– Что значит – «не хочешь»?! – возмутился он. – Что значит – «боитесь»?! Я пойду с тобой, даже не сомневайся! Просто считаю это пустой тратой времени!

– Ну, если пойдёшь, тогда и спорить не о чем.

У Рэйшена сложилось стойкое впечатление, что его слегка надурили, но в чём – он так и не понял.

Тикаэла сидела на постели и разглядывала израненные ладони. Эли оказалась права: ладони эльфийки были в кровавых волдырях, которые кое-где полопались, и теперь из них сочилась розоватая жидкость. Челюсть Тикаэла уже не подвязывала. Рэйшен подумал, что она слишком быстро восстанавливается. Мало он ей врезал.

Элина остановилась в двух шагах от эльфийки и тоже принялась разглядывать её руки.

– Ну как? – спросила она. – Нравится?

Тикаэла недобро сверкнула синими глазами, но промолчала. Значит, прав был раб: не осталось у неё магических сил. И взять неоткуда. Очень хорошо. Рэйшен привычно прислонился к двери в расслабленной позе. Пусть поговорят.

– Завтра с утра ты снова пойдёшь в сад, – жёстко продолжила Элина, – возьмёшь лопату или что тебе дадут и примешься за работу. Как видишь, ломать и портить гораздо легче, чем делать что-то хорошее. Теперь ты это запомнишь.

У Тикаэлы раздулись ноздри. Рэйшен напрягся, но, сообразив, что ободранными руками эльфийка ничего не сделает Элине, успокоился, и вновь привалился спиной к двери.

– Где мой раб? – речь Тикаэлы стала более внятной, чем утром, опухоль с лица спала. – Верни мою собственность!

– Зачем тебе? Еду тебе принесли, в кровать ты и сама уляжешься, а лопату утром тебе подаст мой человек.

– Верни моё!

Рэйшен видел только затылок Элины, но мог поклясться – сейчас на её губах играет его усмешка. Та самая, которая выводила из себя даже короля, что уж говорить о полубезумной Тикаэле! «Ох, Эли, будь поосторожнее…»

Выдержав паузу, Элина проговорила:

– Если хорошо постараешься, если исправишь всё, что натворила, я отдам то, что ты больше всего хочешь получить. Подумай об этом. До утра полно времени.

* * *

Наутро травмированная рука почти не болела, и Элина с удовольствием натянула мундир.

– Совсем другое дело, а то хожу, как заправский дуэлянт, в жилете и рубашке, – приговаривала она, застёгивая крючки.

К началу совещания настроение у неё было замечательным. Не только эльфы и дроу быстро восстанавливают силы – ей, обычной женщине, достался кусочек магии, Дар Дриады!

Ох, сколько же теперь народу собирается у неё в кабинете! Явился даже одноглазый Харлен. Он явно счёл, что достоин личного распоряжения от новой управительницы. Дэвлин всё ещё обижался на Элину после вчерашнего: прачек он, конечно, припугнул, но Роза, обрадованная таким успехом, чуть не заболтала его до смерти! Меуриг с Мадогом пересмеивались в углу, как мальчишки, забыв о суровом наставнике.

Элина оглядела кабинет. Все в сборе. А где Томори? Она же велела ему явиться с утра! Испугался? Передумал? Решил вернуться к Тикаэле?

Лишь внимательно приглядевшись, она заметила его, сидящего на полу между её высоким стулом и окном. Элина подумала, что вчерашний раб, который жил в компании старого пса и жестокой хозяйки, просто отвык от других живых существ. Но сейчас время старых привычек прошло.

– Ясного всем неба! – Элина перешагнула порог.

Все оживились, зашумели, приветствуя её и Рэйшена.

Элина решительно прошла к столу. Пока она не выковыряет Томори из его убежища, она не сможет усесться. Поэтому…

Она потянула его за плечо, вынудив подняться. Все взгляды устремились на Томори, и Элина видела, как он ёжится и сутулится. Роза выполнила вчерашнее распоряжение Элины отменно: Томори выглядел скромно, но одежда была чистой, на локтях и коленях не красовались дырки.

– Это Томори, – громко и ясно проговорила Элина. – Он был рабом у Тикаэлы. Со вчерашнего дня Тикаэла наводит порядок в нашем саду, а с сегодняшнего – Томори становится моим помощником.

Такого шума она не ожидала. Всех отчего-то возмутило это назначение, и больше всех – Рэйшена.

– Ты не сказала мне! – выкрикнул он. – Ты вчера не сказала мне ни слова!

Остальные как-то притихли.

– Да, я тебе не сказала. Потому что не собиралась обсуждать ни с кем это назначение. Мне нужен помощник по бумажной работе. И это будет Томори.

* * *

Ох уж эта дровская ревность! Элина знала, что сейчас любое неверное слово вызовет у Рэйшена вспышку ярости. И тогда Элинин авторитет будет подорван навсегда. Ну, и со стульями в кабинете можно будет попрощаться.

– Теперь к делу, – Элина нарочно старалась говорить сухо и без эмоций: – Харлен, ты, как и вчера, выдашь Тикаэле лопату, и пусть работает до вечера. Мадог и Меуриг, у вас задачи прежние, можете приступать. Квэддо – то же самое. Следишь за порядком внутри дома. Если появится мальчик по имени Шурх, сразу ведёшь ко мне. Дэвлин… Отдельная благодарность за вчерашнюю помощь. Ты оказался специалистом не только в военном деле.

Лица смягчались, кое-кто даже заулыбался. Это уже хорошо. Вот только Рэйшен… Его тяжёлый, обжигающий взгляд… Рэйшен в бешенстве.

– Лоркан и Ингерам, что у вас с Городской стражей, пока не спрашиваю. Но вечером жду отчёт.

К Томори Элина обратилась последнему.

– Зайди к королевским советникам, Квэддо покажет тебе их комнаты, попроси бумагу и чернила. Они нам понадобятся.

Томори серьёзно кивнул.

– У меня всё. Можете идти.

И Элина осталась с Рэйшеном вдвоём.

Она не знала, что сказать Рэйшену, и нужно ли оправдываться перед ним. Пока Элина подбирала слова, Рэйшен заговорил первым:

– Помощник, говоришь, тебе нужен, да?

Он с грохотом подтянул к себе стул и уселся прямо перед Элиной, сложив руки на груди. Элина поискала глазами второй стул, но все они стояли далеко, Рэйшен преграждал путь к ним. Поэтому она, недолго думая, уселась на столешницу, чуть не столкнув на пол тяжёлый подсвечник.

– Конечно, нужен! Ты же видишь, сколько бумажной работы! Раньше я могла спихнуть её часть на Ингерама, но теперь у него есть более важное занятие…

– Не заговаривай мне зубы, Эли! Раньше ты давала часть этой работы мне… Я теперь у тебя в опале? За то, что ошибся накануне? Или просто тебе попался очередной парень с зелёными глазами, тебе его жалко и хочется осыпать бедняжку милостями… А я знаю, чем это закончится! Он, как и предыдущий, надумает пролезть в твою постель!..

Пожалуй, хорошо, что он заговорил. Элина соскочила со стола, подошла к Рэйшену вплотную и положила руки ему на плечи. Будь здесь кто-то посторонний, ей бы кричали, чтобы она отошла от опасной разгневанной твари.

Но он – не тварь. Он – её Рэйшен, которого она никому без боя не отдаст. И ему сейчас плохо. Грозный воин, который способен одним ударом убить человека, боится быть отвергнутым, боится проиграть…

Элина ласковым, почти материнским жестом погладила Рэйшена по светлым волосам. Он досадливо дёрнул головой, стряхивая её руку.

– Рэйшен, моя постель уже занята тобой. И я ничего менять не собираюсь.

Рэйшен сердито смотрел на неё, но ярость, бушевавшая в его взгляде, уже утихала. Элина снова провела рукой по его волосам.

– Ну, подумай сам. В ближайшие дни мне нужно будет много ездить по городу. Если я засажу тебя за бумажную работу, с кем я поеду, по-твоему?

Гнев явно уступил место любопытству:

– А куда ты собралась?

Руки Элина, словно случайно, соскользнули с волос на плечи, поглаживая их.

– Хочу навестить парочку горожан, которые приврали Мадогу… Показали меньше имущества, чем следует. Будет весело: вначале гнев, крики, обвинения. Потом слёзы, торг, мольбы. Конфискация, в конце концов. Ты хочешь всё это пропустить?

Рэйшен изо всех сил делал вид, что всё ещё зол.

– Дэвлин тебе выдал четверых солдат в охрану…

– Пф-ф-ф, что там за солдаты!

– Не слишком хорошего мнения ты о них, да?

– Они пока не заслужили ни моего доверия, ни доброго слова. Ладно уж, могу их взять с собой…