– Я же музыкант, у меня пальцы! – проговорил Гри с таким видом, будто это всё объясняло, и ушёл в дом.

– Давай я помогу тебе с дровами, – сказала Элина рассерженному дроу. – Что надо делать?

Рэйшен посмотрел на неё как на безумную:

– Рубить.

– Гри уж точно скорее себе пальцы отрубит, – хмыкнула Элина. – Ладно, ты рубишь, я развожу огонь, идёт?

Вскоре Элина притащила в дом охапку поленьев, споткнулась на пороге и выронила всё, что держала в руках. От грохота все подпрыгнули. Элина отодвинула ногой дрова в сторону, отобрала несколько симпатичных полешек и принялась разжигать огонь в очаге.

– Его надо бы прочистить, – нерешительно сказала Рицпа. – И дымоход тоже.

– Так, может, займёшься? – ядовито осведомилась Элина.

Рицпа покорно замолчала и чинно уселась на хлипкую дощатую лавку. К большому Элининому сожалению баронесса оказалась права. Очаг немилосердно чадил, но потом дым всё-таки вытянулся наружу, по поленьям весело заскакало пламя, даря измученным путникам тепло.

Вернулся Рэйшен, бросил топор у двери и деловито осведомился:

– Ну чё, воды принесли? Жратву варить поставили?

Ответом ему было гробовое молчание.

– Ясно, – припечатал дроу. – Ну-ка, музыкант, марш к ручью за водой. Хоть это-то ты можешь?

Гри и Поллианна сидели в углу, словно двое беспомощных котят. При словах Рэйшена Полли вцепилась в своего кавалера с жалобным писком:

– Не уходи! Мне легче, когда ты рядом!

Элина с Рэйшеном красноречиво возвели глаза к закопчённому потолку. Они оба уже жалели, что взяли с собой эту парочку. А вот Рицпе было жалко этих ребят. Она поднялась и как можно решительнее сказала:

– Я принесу воды! Скажи, где тут ручей.

Дроу объяснил, и Рицпа, прихватив ведро, отправилась в лесные сумерки. Элина посмотрела ей вслед. Баронесса спотыкалась на каждом шагу о корни деревьев и пару раз наступила себе на подол.

– Я поняла, ты решил от неё таким способом избавиться, – негромко сказала Элина Рэйшену. Тот фыркнул. – А нет ли у тебя волшебной мази, чтоб помазать больное место, и оно больше не болело?

– Потёртости на коже есть? – деловито осведомился дроу.

– Нет, только в спину словно кол раскалённый вогнали, да ноги крутит…

Рэйшен вздохнул:

– Тут я ничем тебе не помогу, придётся потерпеть. И почему ты не училась верховой езде, пока в Жадвиле верховодила?

– А зачем мне это было? В городе удобнее пешком в нужное место попасть. Я ведь и запрягать лошадь не умею толком, да и оставить её нужно в таком месте, чтобы не увели… Не, на своих двоих надёжнее.

– Да уж, Квэддо оказался хитрее, чем я думал. Ни верхом ездить не научил, ни с ножом обращаться…

Последние слова Рэйшена заглушил болезненный стон Поллианны.

– Дара Элина, – взмолился испуганный Гри, – ты можешь ей хоть чем-нибудь помочь?

Элина не могла, но признаваться в этом не собиралась. Она подошла к девушке и принялась расспрашивать её о силе и характере боли. Гри, чуть успокоившись, тихо сказал Рэйшену:

– Она выглядит как настоящий лекарь. Надеюсь, поможет.

Рэйшен только усмехнулся в ответ. Элина лекарем не была, да и медикаментов у них с собой почти не было. В конце концов, Полли – деревенская девица, с чего бы ей стонать от боли? Дроу считал, что она притворяется перед Гри, и злился, что это отнимает время и силы у самой Элины.

– Думаю, ничего страшного, – бодро заявила Элина. – К утру отпустит, вот сейчас Рицпа воды принесёт, заварим… Кстати, а где Рицпа? Что-то её давно нет.

Гри и Полли испуганно переглянулись. Рэйшен неохотно поднялся с места:

– Ладно, пойду искать.

– Вместе пойдём, чего уж там, – проворчала Элина.

Больше всего на свете ей хотелось растянуться на кровати, топчане, да что уж там! Она согласна была лечь на замусоренный пол, лишь бы вытянуть усталые ноги и сомкнуть веки. Нет, сегодняшний бесконечно длинный день определённо не самый удачный в её жизни. Надо тащиться куда-то в тёмный сырой лес, в буераки и овраги, искать эту недотёпу Рицпу…

– А если вы оба тоже заблудитесь? – с затаённым страхом спросила Поллианна. – Что нам тогда делать?

– Плакать, и погромче, – сердито бросил Рэйшен, перешагивая порог.

К счастью, Рицпа нашлась не так далеко от охотничьей избушки. Она застыла изваянием меж деревьев, а ведро валялось у её ног. Когда дроу окликнул её, бывшая баронесса подскочила вначале от страха, а после от радости. Она совершенно не ориентировалась в лесу, и Элина искренне не понимала, зачем тогда было вызываться идти за водой.

– Рэйшен! – радостно воскликнула Рицпа. – Как хорошо, что ты меня нашёл! Здесь так страшно…

Элина скривилась: баронесса демонстративно её не замечала и не разговаривала. Ну-ну, долго ли это продлится?

– Где вода? – мрачно спросил Рэйшен. – По-прежнему в ручье, я полагаю?

Баронесса виновато кивнула.

– Давай, Рицпа, иди в избу и не заставляй меня жалеть, что едешь с нами!

– Рэйшен, ты мог бы меня немного проводить, а то вдруг я опять заблужусь?

Элину просто оторопь брала от такой наглости. Похоже, Рицпа решила использовать своё вдовство на полную катушку. Рэйшену тоже не слишком нравились новые манеры старой баронессы.

– Давай-ка, шагай вон туда, на свет. И имей в виду, если ты ещё раз заблудишься, больше никто тебя искать не будет. Мы с Эли тоже не железные, мы устали и хотим лечь…

Баронесса горько усмехнулась и передразнила дроу:

– Мы с Эли… Эта убийца вертит тобой как хочет… Хотя о ней все говорят разное. Кто говорит, что она жестокая, а кто – милосердная, кто – жадная, а кто – щедрая...

Элина обозлилась окончательно и ядовито ответила:

– Эта убийца освободила тебя от “горячо любимого” мужа и может устроить воссоединение с ним. Обещаю, что это будет быстро и милосердно.

Рицпа с неприкрытым ужасом посмотрела на Элину и, подобрав юбки, бросилась на слабый свет из окна домика.

Рэйшен одобрительно хмыкнул:

– Молодец, Эли, это по-нашему!

Элина подобрала ведро:

– Как мне хотелось свернуть этой нахалке шею, ты просто представить себе не можешь!

– Отчего же не могу? Очень даже могу! И почему ты промолчала? Одно твоё слово – и Рицпа останется в лесу навсегда! Очень удобный момент, кстати, был.

– Ты серьёзно?!

Дроу только плечами пожал. Ручей, кстати, оказался, не так уж и близко, и Элина перестала сердиться на Рицпу. Не принесла бы она воды, это точно. Темень сгущалась. Ручей весело журчал в корнях деревьев, а молодая листва взволнованно шелестела, словно испугавшись нежданных гостей. Рэйшен обернулся к Элине, выхватил у неё из рук ведро и отшвырнул его в сторону.

– Ты чего это? – растерялась женщина.

Дроу, не говоря ни слова, прижал её к себе и осыпал жадными, требовательными поцелуями. Элина задохнулась от неожиданности, а потом принялась вырываться:

– Рэйшен, ты же не думаешь заниматься этим в холодном мокром лесу!

Дроу даже не думал выпускать свою добычу.

– Не бойся, – жарко прошептал он. – Ты не вымокнешь и не замёрзнешь. Я не позволю…

И он действительно не позволил. Через некоторое время они, запыхавшиеся, разгорячённые, оторвались друг от друга, поправляя одежду.

– Ты сумасшедший, – с улыбкой сказала Элина, снова закутываясь в шарф.

– Да не больше, чем ты, – с такой же улыбкой отозвался Рэйшен. Немного помедлив, он порывисто сказал. – Давай уедем вдвоём, только ты и я! Зачем нам этот Глорк? Я знаю место, где нас никто не найдёт, это уединённый хутор, что мы, не проживём?

Элина замерла, ошеломлённая такими словами.

– Эли, чего ты молчишь? Как тебе идея?

Ручей журчал, листва шелестела, и в этих звуках Элина пыталась уловить ответ на вопрос Рэйшена.

– Ты говоришь, это какой-то хутор, – медленно начала женщина. – А как именно мы там проживём? Будем пасти гусей, доить коров, кормить кур? Я ничего из этого не умею…