Рэйшен рассмеялся, не отводя взгляда:

– Фрейлины? То есть служанки? Нет уж, спасибо. Я сыт такими по горло.

– Претендуешь на что-то большее? – игриво осведомилась Аделисия. – Возможно, ты действительно этого достоин.

Дроу раздул точёные ноздри, втягивая ночной воздух, напоённый влагой и запахом костра.

– Запахло ложью, – насмешливо ответил он. – И какими-то странными играми.

– Так ты боишься проиграть? – поддела его Аделисия.

– Я не играю ради забавы, – ответил он, отворачиваясь. – Только ради выигрыша.

– Так, может, тебе и достанется главный приз?

Рэйшен лениво улёгся на траву, заложив руки за голову.

– Не вижу приза. В конце концов, я не какой-нибудь король.

Аделисия переменилась в лице от нанесённого оскорбления. Рэйшен по-прежнему усмехался уголками губ. Он понимал, что девушка не станет никому рассказывать о таком разговоре, ведь королевской невесте не подобает предлагать себя наёмнику.

Она ушла, но с тех пор каждый раз, когда взгляды их пересекались, в её глазах вспыхивала злость. Рэйшен не придавал значения её неприязни.

А она целыми днями думала о том, как сломить и унизить его.

Сквозь эти сладостные мечты Аделисия услышала снаружи грубые крики и звон стали. Она выглянула в окно и ужаснулась: на караван налетели лесные бандиты, и теперь её охрана отчаянно рубилась с нападавшими. Без дела не остался ни генерал, ни королевский советник, да и гномы махали топорами без устали.

– Рэйшен, сюда! – отчаянно крикнул кто-то. – Помоги!

Аделисия видела, как дроу с какой невероятной скоростью метнулся на выручку товарищам. Он походил на тень из самой Бездны, и каждый взмах его меча нёс смерть.

Долго любоваться боем Аделисии не пришлось. Чья-то грубая рука ухватила её за волосы.

– Какая прекрасная птичка сидит в этой клетке! – прогнусавил разбойник, рванув девушку на себя. – Мы дадим тебе свободу! Тебе понравится, обещаю!

Аделисия отчаянно сопротивлялась, но бандит был гораздо сильнее. Ему почти удалось вытащить свою добычу наружу. Прежде, чем он закрыл ей рот грязной ладонью, она пронзительно закричала.

Крик не успел замереть, как разбойник дёрнулся, глаза его остекленели, а из раскрытого рта выплеснулась тёмная кровь. Аделисия ощутила, как хватка чужих рук ослабла.

Позади разбойника стоял Рэйшен. Свирепостью он ничуть не уступал нападавшим. Глаза его горели яростью боя. Дроу вырвал свой меч из тела врага, и тот, хрипя и пуская кровавые пузыри, осел на землю. Рэйшен выхватил кинжал и полоснул ему по горлу, завершая начатое.

Аделисия прижалась спиной к карете и с ужасом переводила взгляд с мёртвого разбойника на своего спасителя. Он был перепачкан кровью, и даже светлые волосы кое-где потемнели.

Откуда-то донеслись ликующие крики. Это гномы радовались победе.

– Рэйшен! Эй, Рэйшен! – зычно орал кто-то. – Где ты? Что там у тебя?

Рэйшен вытер меч и кинжал об одежду мертвеца и зычно крикнул в ответ:

– Я здесь! У меня – последний!

Радостные кличи стали громче. Аделисия вздохнула с облегчением.

– Ты цел? – спросила она, робко протянув руку к его волосам, где виднелись бурые пятна. – У тебя кровь…

– Это не моя, – холодно ответил он, отводя её руку.

Аделисия не знала, чего хотела больше: помириться с этим строптивцем или просто втереться в доверие. Но она была ему обязана жизнью и честью. И должна была благодарить, как подобает девушке из хорошей семьи.

– Спасибо за то, что пришёл мне на помощь, – произнесла Аделисия, пытаясь поймать взгляд Рэйшена. – Это было смело и благородно с твоей стороны.

Дроу ухмыльнулся.

– Мне за это платят.

Аделисия сжала зубы. Он не нуждался ни в её симпатии, ни в её благодарности, ни в её признательности. Это раздражало.

К счастью, в посольстве не было потерь. Можно было немного передохнуть и продолжить путь в Глорк.

Аделисия из окна видела, как к Рэйшену подъезжали солдаты, люди и гномы, благодарили его, хлопали по плечам, а после смеялись вместе с ним. И улыбка Рэйшена не была ни дерзкой, ни ехидной. Это задевало её больше всего.

Последними к нему подъехали генерал Римардо и королевский советник. Аделисия с трудом вспомнила его имя – Арлан Колле.

– Если ты будешь так себя вести, то не заслужишь милости и прощения короля, – предупредил генерал.

– “Так” – это как?

Голос дроу вновь был полон яда и насмешки.

– Вызывающе, Рэйшен, – мягко пояснил советник. – Не надо вести себя вызывающе. Ты должен проявить уважение к короне.

– Я не преступник, чтобы ждать прощения, – резко ответил дроу. – И не нищий, чтобы просить милости. Я просто делаю свою работу.

– Тогда делай её так, чтобы тебя не вышвырнули!

– Вот только не надо меня пугать! – Рэйшен издевательски рассмеялся в лицо генералу и советнику.

Аделисия задёрнула шторку на окне, чтобы не видеть этого наглеца.

Глорк ей не понравился. Здесь не было шума океана, который сопровождал её всю жизнь, свежий бриз не приносил прохладу в город, не кричали чайки, не хлопали паруса, не пахло рыбой и просмоленным деревом. Королевский замок высился тёмной громадой на холме, не давая забыть о безграничной королевской силе и власти, от которой не спрятаться. Пыль городских улиц липла к коже, забивалась в ноздри.

Народ ликовал, приветствуя невесту короля. Аделисия высунулась в окно и с улыбкой махала рукой толпе. Чуть позже девушка откинулась на мягкую спинку и брезгливо сморщила нос.

– Чернь! – презрительно проговорила она.

Пожалуй, больше всего её уязвило, что эта чернь приветствовала Рэйшена ничуть не меньше, чем саму Аделисию. В копилку обид добавилась ещё одна.

Чуть позже, стоя перед молодым королём, Аделисия говорила ему:

– Я благодарна за охрану, мой король, и непременно напишу отцу в Меркаль, как наёмник по имени Рэйшен спас меня. Но, хочу отметить, что речи его грубы и непочтительны, он совершенно не умеет вести себя со знатными особами…

Витерий был очарован красотой своей невесты. Доклад своих советников он слушал вполуха, так ему не терпелось поскорее оказаться рядом с Аделисией. И сейчас он решительно сжал её изящную ручку:

– Конечно, моя дорогая, ты совершенно права. Грубиян должен знать своё место, и оно – подальше от нас с тобой. Он этого не заслуживает. Я с этим разберусь.

Всем, кто участвовал в охране посольства, обещали щедрую награду. Арлан Колле по очереди вызывал каждого, и все выходили довольными, с увесистым мешочком серебра в руках.

Рэйшен терпеливо ждал своей очереди, но казначей лишь покачал головой:

– Тебя ожидает король. Там и будет твой расчёт.

Рэйшен помрачнел. Кажется, он дал себя одурачить. Снова.

Когда дроу ушёл, к Арлану Колле вбежала его взволнованная супруга.

– Арлан! Это будет скандал! Перед самой свадьбой! Хоть он и дроу, с ним так нельзя!

– В особенности потому что он дроу, – тихо ответил казначей. – Но я его предупреждал.

И было непонятно, кого он имел в виду, Рэйшена или самого короля.

Замок готовился к королевской свадьбе. Повсюду сновали слуги, мыли и чистили, оттирали и проветривали, желая превратить мрачный каменный замок в средоточие веселья и радости. На страже покоя королевских особ и придворных стояли гвардейцы – лучшие из солдат, отобранные лично генералом Римардо. Они были надёжны, как стены самого замка, и полностью преданы королю.

Рэйшен шёл мимо этих гвардейцев, и они, его вчерашние товарищи, даже не поворачивали головы в его сторону. Впрочем, они же на посту, им нельзя.

Витерий ждал его в том самом кабинете, где когда-то обсуждал с советниками политический брак. Аделисия стояла рядом – не просто невеста, а почти полноправная королева. Её взгляд был холодным, осуждающим.

Чуть поодаль толпились приближённые… Рэйшен назвал бы их прихлебателями, да кто его спрашивал?

– Мой король…

Рэйшен приложил руку к груди и склонил голову. Длинные светлые волосы скользнули по его плечам. Аделисия прикусила губу. Всё-таки дроу был хорош! Но дерзок: он не стал преклонять колено перед королём. Витерий обратил на это внимание, но промолчал. Негоже королю затевать склоку с наёмником.