И Шурх, довольный собой, нырнул в толпу рыночной площади.

* * *

После обеда дело двинулось гораздо быстрее, и Мадог втайне размечтался, как попадёт домой пораньше. Всё-таки ранение ослабило его, а долгое валяние в кровати и вовсе разнежило. От этих мыслей его отвлёк какой-то шум снаружи. Мадог натопорщил уцелевшее ухо – оно улавливало звуки получше, чем пострадавшее. Цокот копыт по брусчатке стал громче, можно было не напрягаться.

– Едут, едут!

– Сама управительница здесь!

Мадог помрачнел. «Явилась-таки. Не доверяет, что ли?»

В распахнутую дверь было видно, что с Элиной приехал Рэйшен и двое из её личной охраны – Мадог не потрудился запомнить их имена. Народ замер. Даже городские стражники глазели на начальство, будто никогда раньше не видели. Рэйшен с непроницаемым лицом направил коня к Палате Мерных Книг, заставив людей расступиться. «Боится. Камень в неё уже прилетал…»

Он смотрел, как Рэйшен снимает Элину с седла. «Интриганка. Чего приехала? Улыбается ещё тут».

Элина и впрямь улыбалась и даже здоровалась с кем-то в толпе.

– Ясного всем неба! – звонко крикнула она, и люди нестройно отозвались в ответном приветствии. – Как дела? Вы тут моих людей не обижаете? Замучили друг друга, наверное?

Раздались неуверенные смешки.

– Их замучаешь! – дерзко ответил кто-то. – Они сами кого угодно…

На него зашикали со всех сторон.

– А чего вы мне рот затыкаете? – продолжил этот человек. – Вон, у Алистера выгребли кожи да меха!

Мадог видел, как улыбка слетела с Элининого лица. Он подумал, что надо выйти, объяснить ей, что и как произошло…

– Этот твой дружок Алистер – старый хитрован! – зашумели вокруг. – Надуть всех хотел, припрятал добро, да ещё часть имущества на малолетнего внука записал! А дар Мадог его раскрыл! Всё по закону! А ты думал, одним – всё, а другим – ничего? Нам обещали по-честному!

– Значит, дар Мадог действовал по закону? – Элина пыталась перекричать толпу.

– По закону! По правде!

– А ты… – Мадог видел, как Элина озирается вокруг в поисках защитника Алистера. – Ты, может, и сам какой-то обманщик и жулик?

Тот ничего не ответил, наверное, поспешил затеряться в толпе.

– Да какой он жулик, дара управительница! Так, крикун и пустобрёх!

Элина снова заулыбалась и помахала рукой людям. «Подумаешь, махнула… Мягкие Ручки! – с неожиданным раздражением подумал Мадог. – Чего они радуются?»

Внутри люди расступились, давая Элине дорогу. «Была бы ты без Рэйшена – ещё кто кому бы дорогу уступал!»

Мадог пытался поймать взгляд Рэйшена, но тот явно корчил из себя образцового телохранителя и смотрел куда угодно, только не в лицо Мадогу.

Элина улыбнулась каждому из тех, кто сидел за тяжёлыми дубовыми столами, а мастеру Гесенку даже протянула руку. Тот неловко пожал её.

– Вам всего хватает для работы? Чернила? Бумага? А ваши книги записей…

Мадог слушал, как его подчинённые рассыпаются в благодарностях, и злился. «Между прочим, книги записей подготовил Томори, а вовсе не она!»

– Я передам ваши добрые слова дару Томори, – сказала Элина, словно подслушав эти мысли. – Это всё его труды.

К Мадогу она подошла в последнюю очередь.

– Всё ли проходит спокойно?

Мадог вздёрнул голову, но тут же пожалел об этом: слева ожила боль.

– Разумеется, дара управительница.

– Дай взглянуть на книги.

Элина властно протянула руку, и Мадог опять вспомнил её прозвище: Мягкие ручки. Ими она жёстко взнуздала целый город. Мадог повернул книгу к ней. Элина пробежала глазами по столбцам записей.

– Ничего себе! Какой ты молодец! Собрали даже больше, чем рассчитывали! Я знала… Я была в тебе уверена! И рада, что не ошиблась!

Мадог недоверчиво заглянул ей в лицо. «Вроде не шутит. Она была уверена в нём?! После того как они сыпали друг другу в лицо угрозами?!»

– Сейчас Лоркан пришлёт пару стражников, с ними приедет Дэвлин, они увезут часть денег. Сегодня у нас начал работу гномий банк! Гномы – ребята верные, там всё под надёжной охраной.

– Банк? – спросил кто-то за Элининой спиной. – А это для всех? Или только для казны?

– Для всех! – громко ответила Элина. – Приходите, вам там будут рады!

Люди зашушукались: новость была важная, такое определённо стоило обсудить, желательно за кружкой доброго пива.

– Устал? – тихо-тихо спросила Элина у Мадога под гул людских голосов.

Мадог мотнул головой. «Не хватало ещё признаваться в слабости!»

– Прошёл только один квартал, – сухо ответил он.

– Соберёшь со второго квартала – и на сегодня хватит. Это приказ.

Мадог смотрел ей в спину. Он не сможет с ней сдружиться. Никогда. Это исключено. Она по-прежнему остаётся интриганкой, которая украла у него Рэйшена. Но всё-таки с ней можно работать. И смириться.

* * *

Теперь Элина смогла вздохнуть свободнее. Сбор налогов шёл своим чередом: время от времени Мадог ловил какого-нибудь хитреца на обмане, штрафовал или конфисковывал добро. Элина иногда наезжала в Палату Мерных Книг, не обращая внимания на недовольство Мадога.

– Порядок и контроль – основа всего, – говорила она.

Мастер Гесенк несколько раз обнаруживал фальшивые монеты. Их изымали из оборота. Каждый раз Элина приезжала, чтобы расспросить человека, который расплатился фальшивкой. И каждый раз ничего не обнаруживала: эти люди ничего не знали. Монеты оказывались у них случайно. Ей так и не удалось найти никаких зацепок, которые ясно указали бы на Квирка или его окружение.

– Оставь это дело, отступись, – советовал Рэйшен. – Ты же сама сказала, что те, кто замешан в этом деле, получат шанс исправиться.

– Про Квирка речи не было!

– Оставь его в покое.

– Ни за что! Он шантажировал меня! Он угрожал тебе!

– Он слишком хитёр. И это тебе не барон Руфус, до него не добраться…

Элина понимала, что Рэйшен прав, но не прекращала бесплодных поисков.

В один из дней к ней в кабинет явился Дэвлин, да не один, а со Сныстом. «Когда это они успели подружиться?» – удивилась Элина.

– Ты помнишь, что поручала мне и Снысту обойти город и осмотреть городские стены? – без предисловий начал Дэвлин.

Элина кивнула. «Было такое. Ещё на званом ужине».

– Ну вот! – победоносно заключил Дэвлин, как будто это всё объясняло.

– Что – «вот»?

– Обошли и осмотрели!

– Помнится, я говорила взять с собой и кого-то из гномов.

Сныст закатил глаза:

– Они такие занятые – тебе не передать! Но мы всё-таки, как люди настойчивые, исполнили твоё пожелание. И пришли к тебе с результатами. Если хочешь, я сразу назову сумму. Только предупреждаю, что она тебе не понравится.

– Тогда не называй, – легко согласилась Элина. – Денег пока не дам. Видишь, ещё налоги не все собраны.

– Ах, налоги, – промурлыкал Сныст. – Как ты с ними хорошо придумала! Денежки текут рекой!

Элине вовсе не понравилось такое панибратство, и она решила охладить пыл Сныста:

– Кстати, чтобы ты не забыл, говорю при свидетелях, что через оборот и ты вольёшь свой ручеёк в эту денежную реку.

Свидетелями Элина сочла Рэйшена, который последние дни не отходил от неё ни на шаг, и верного Томори. Сныст помрачнел. Элина мысленно улыбалась: про них не скажешь, что они не расслышали или не так поняли. Как и про Дэвлина…

– Эли, что там ходить вокруг да около, – Дэвлину не нравились эти пикировки, да и денежных вопросах он разбирался немногим лучше Рэйшена. – Смысла укреплять городские стены нет.

Элина замерла. «Что значит – нет?» Она обернулась к Рэйшену, ища у него поддержки, но он и сам ничего не понимал. Томори тоже пожал плечами.

– Вы плохо договорились со Сныстом, Дэвлин? Что это за шутки?

– Да нет никаких шуток! Тут впору обносить город новыми стенами, потому что возле стен, с наружной стороны, настроена куча домишек! И в них живёт народ, который искренне считает себя горожанами!

– Это значит, что ты должна будешь их защищать, – ехидно пояснил Сныст.