– И куда ты собрался? – раздался голос с порога.

Мадог вздохнул. «Эта женщина здесь. Она уже и в их комнату ворвалась, причём без стука. А к ней так входить запрещается!»

– Пусть разомнётся, – вступился Дэвлин за своего воспитанника. – Он у тебя скоро в крючок превратится.

Элина холодно улыбнулась:

– Что поделать. Сегодня начинаем сбор данных об имуществе, Мадог у нас ключевая фигура.

Мадогу показалось, что наставник начнёт спорить с этой женщиной, но, видимо, вчерашняя угроза обменять их на раба впечатлила его. Дэвлин пререкаться не стал.

– Растёшь, – он похлопал Мадога по плечу и вышел из комнаты.

Мадог с тоской поглядел ему вслед. Сейчас он уже скучал по занятиям с Дэвлином, где всё было просто и ясно. А раньше считал их зверством и издевательством. Оказалось, что настоящее издевательство, – это совсем другое.

– Идём, – нетерпеливо сказала Элина, – я дам людей в твоё полное распоряжение и объясню, что делать. И поторопись: я послала за глашатаем, а этот жмот берёт оплату по времени.

Мадог запер дверь и послушно пошёл за Элиной. По дороге они столкнулись с Лорканом, который, то и дело охая и хватаясь за раненый бок, плёлся по коридору.

«В Элину, наверное, с утра вселился какой-то демон».

– Ты что тут делаешь? Хочешь, чтобы швы разошлись? А ну, быстро в постель!

Лоркан похабно хрюкнул:

– Это тебя Рэйшен не слышит! Он бы не обрадовался, что ты чужого мужика в постель гонишь!

Мадог тоже не удержался от смешка. «Хорошо её Лоркан поддел! А, кстати, где Рэйшен? Почему его нет?» Мадог немедленно представил себе, как Рэйшен свалился с какой-нибудь неведомой хворью. Или… Мадог похолодел: неужто она отдала его эльфийке?

– Рэйшен ушёл в город по делам, но с тобой, Лоркан, я и без него справлюсь.

Мадог выдохнул.

Лоркан снова похихикал, а потом изрёк:

– Этого мальчишку ты отправляешь с советниками?

Элина снисходительно поправила:

– Я отправляю советников с этим молодым дроу. Советники будут у него в полном подчинении. Потом я дам ему в помощь крепких и достойных доверия людей, и это будет служба по сбору налогов и податей. А Мадог её возглавит.

Мадог слушал всё это, раскрыв рот. Он не ожидал, что эта женщина поставит его на такой важный участок! «И ведь она знает про его чувство к Рэйшену. И неприязнь к ней самой».

Масла в огонь подлил Лоркан.

– Что ж, поздравляю с новой должностью, малыш… то есть Мадог. Ты теперь – важная птица. Важнее Дэвлина. И даже Рэйшена. У него-то подчинённых нет.

Эти слова запали в голову Мадогу. Он теперь важнее Рэйшена. «Может, Рэйшен наконец будет больше считаться с ним?»

* * *

Рэйшен отправился к Байлю. Они были давними близкими знакомцами. Поэтому он счёл, что Байль не откажет ему в небольшой просьбе.

Бывший дом стряпчего сейчас походил на большую стройку. Внутри что-то гремело, стучало и даже местами ругалось. Рэйшен улыбнулся. Вот за это он и любил гномов – за вечную деловитость, бодрость и дружелюбный настрой.

Внутри было ещё шумнее. Байль и ещё пару гномов обмеряли оконные проёмы.

– Рамы будешь менять? – полюбопытствовал Рэйшен.

Байль, утирая пот, покачал головой:

– Нет, рамы здесь добротные. А вот решётки на окна понадобятся. Банк всё же, не хухры-мухры.

Рэйшен понимающе кивнул.

– А знакомых кузнецов у тебя тут не имеется? – спросил Байль. – Мы-то можем по кузнечной части, да долго придётся кузню обустраивать. А нам бы поскорее.

– Извини, друг, этого не знаю. Доспеха я не ношу, даже кольчужной рубахи не имею, мечей мне не куют…

Байль хмыкнул, оглядывая мощную фигуру Рэйшена:

– Да уж, кольчужная рубаха твоего размера разорит кого угодно! Столько на неё материала понадобится! А меч… Зачем тебе столько мечей, когда свой имеется?

Рэйшен несколько смутился.

– Я в последнее время больше с кинжалами…

– А меч где?!

Рэйшен припомнил Элинино словцо.

– Профукал, – со вздохом признался он.

Байль укоризненно покачал головой. Он, как и всякий гном, не любил, когда с добротными изделиями небрежно обращались, а уж тем более – когда их теряли. Рэйшен сделал вид, что ему всё нипочём, а уж гномье неодобрение и подавно.

– Жаль, конечно, – неопределённо ответил Байль, и неясно было, к чему это относилось, к кузнице или утраченному мечу. – А сам-то ты зачем пришёл? Не о доспехе и мечах же рассказывать…

– Ах, точно! – спохватился дроу. – Хотел спросить твоего совета.

Байль вытаращился на него во все глаза. «Наверное, не ожидал, что упрямый лесной дроу придёт совета просить. Элина бы так не удивлялась. И не потому, что не знает дровских обычаев…»

– Хочу кое-что поменять внутри баронского дома, – Рэйшен осторожно подбирал слова: не хотел насмешек. – А для этого надо сделать замеры и прикинуть, сколько материалов понадобится. Ну, и стоимость работы оценить…

Тут глаза у Байля и вовсе полезли на лоб.

– В баронском доме? Поменять?! Ремонт решил затеять? А что Элина твоя скажет?

Рэйшен замялся.

– Она пока не знает.

Байль посерьёзнел:

– Ты бы лучше с нею вначале обсудил, Рэй. Женщина она разумная…

– Нет, – отрезал Рэйшен, – это сюрприз. И я уверен, что ей понравится.

– Ладно, – сдался Байль, – как-нибудь вечерком я прихвачу пару парней, придём к вам. Этот дом мы строили, так что нам его и ремонтировать.

– Вот спасибо! Я поспрашиваю про кузнецов, Байль!

– Да ладно тебе, – махнул рукой гном, – сами узнаем. Иди уж, даритель! Надо же, никогда не думал, что увижу тебя таким!

Рэйшен вспомнил себя вчера вечером и задумчиво почесал в затылке.

* * *

– В моё отсутствие вот ваш начальник, – Элина легко прикоснулась к локтю Мадога. – Работать будете до темноты. Вы отчитываетесь ему, а он – мне. В конце каждого дня.

Мадог видел, как советникам не понравились Элинины слова. Однако никто не посмел перечить ей. Все пятеро выбранных «подчинённых» пошли за Элиной и Мадогом.

Они отправились на знакомую Мадогу рыночную площадь. Глашатай уже ждал их возле одной из лавок.

– Ясного всем неба, почтенные дары! – любезно проговорил он. – Дара Элина, очень рад нашей встрече! Я вижу, этот юноша набирается опыта!

Глашатай указал в сторону Мадога, и Элина сдержанно кивнула.

– Прекрасно, прекрасно! Работать этим почтенным людям предстоит здесь? Очень хорошо! Дара Элина, прочти то, что я буду говорить. Тебя это устроит?

Рослый дроу в чёрном мундире привлекал внимание горожан. Мадог видел, как вокруг них собираются зеваки. Он бы предпочёл поскорее уйти в помещение, но Элина, похоже, придерживалась другого мнения. И она, и глашатай говорили нарочито громко, чтобы все слышали.

Глашатай протянул Элине свиток, и она, немного пошуршав плотной жёлтой бумагой, одобрила написанное.

Мадог снова вспомнил слова Лоркана о том, что он теперь – важная птица.

– Дай и мне взглянуть, – Мадог протянул руку, удивляясь собственной дерзости. – Я должен знать, о чём там говорится.

Будь на месте этой женщины Дэвлин, Мадог бы уже валялся в рыночной пыли с разбитым лицом. Но Элина лишь сказала:

– Разумеется! – и протянула свиток ему.

Мадог принялся читать.

«Слушайте, горожане! Слушайте и запоминайте! По повелению прекрасной дары Элины, хранительницы справедливости и покровительницы торговли, в Жадвиле начинается великая перепись имущества! Каждый – от зажиточного купца до скромного ремесленника – должен явиться на рыночную площадь, в Палату Мерных Книг, от восхода до заката, каждый день, пока не истечёт теркада! В Палате вы устно опишете, что вам принадлежит: дома, лавки, склады, повозки, скот, инструменты – всё, что имеет цену и служит вам в труде или в быту. Не страшитесь! Это не для поборов, а для справедливого налога! Каждый уплатит по силам! Так хочет управительница, чтобы бедный не задыхался, а богатый не прятался в тени чужого двора! Кто не явится добровольно – придётся прийти по вызову стражи, а кто солжёт переписчикам – заплатит вдесятеро! Слушайте, запоминайте и передавайте соседу! Порядок и честный расчёт – вот основа процветания Жадвиля!»