«Не доверяет».

Привратник не произнёс ни слова. Он остановился возле драпировки, заменявшей дверь. Из глубины донёсся знакомый приглушённый голос:

– Ага, слышу, что пришли! Надеюсь, у Рэйшена изъяли оружие?

«Сныст. Тоже не доверяет».

– Он без оружия, – откликнулся привратник, не сходя с места.

– Верю, верю, – раздался ехидный смешок. – Тогда можешь отправляться обратно. А моим уважаемым гостям – добро пожаловать! Входите, располагайтесь!

Элина заметила, как Рэйшен чуть заметно качнул головой. «Нужно подождать. Рэйшен подаст ей сигнал».

Привратник ушёл. Когда за ним закрылась дверь, Рэйшен резко отдёрнул драпировку. Внутри оказалось довольно уютно: небольшой столик, два пузатых кувшина, два прозрачных бокала – невероятная роскошь для здешних мест! За столиком лицом ко входу восседал Сныст. Сегодня он выглядел нарядным вельможей: светлая рубаха из тонкой ткани меняла его облик. Рядом сидел тот самый парнишка, который приносил Элине весточку от гномов, а после – подушки от купчихи.

Пока Элина разглядывала своих знакомцев, Рэйшен осмотрел каждый уголок помещения.

– Нашёл что-нибудь? – насмешливо осведомился Сныст. – Может, ещё меня обыщешь?

– Было бы неплохо, – проворчал Рэйшен, окидывая цепким взглядом фигуру короля воров.

Наверное, осмотр его удовлетворил. Рэйшен обернулся к Элине и кивком разрешил ей войти.

* * *

– Мягкие Ручки! – радостно приветствовал Элину мальчишка. – Ты чего снова в мундире? У тебя нет платьев, что ли?

Это был тот редкий случай, когда Рэйшен и Сныст, которые терпеть друг друга не могли, сошлись во мнениях и сердито уставились на парнишку.

– Молчу, молчу! Ладно вам!

– Шурх, я тебе говорил, что твоё присутствие здесь вовсе не обязательно?

Элина удивилась: раньше голос Сныста не полнился сталью. И… «Шурх? Это имя такое?» Как бы то ни было, Элина уселась на поставленный для неё стул. Рэйшен занял позицию рядом с драпировкой. Элина знала, что с этого места он будет видеть каждое движение и слышать каждый шорох.

Сныст откупорил один из кувшинов и налил в бокалы светлого вина. По помещению разлился аромат… Так мог бы пахнуть первый солнечный луч, упавший на переспелые ягоды, так мог пахнуть едва раскрывшийся цветок, дерзко украсивший чьи-то кудри. Так пахло солнцем, ветром и свободой.

– А мне? – с обидой спросил Шурх.

– Мал ещё, – отрезал Сныст и протянул Элине бокал.

Вино подарило лёгкость языку, и Элина решила не ходить вокруг да около.

– Прекрасное вино и гостеприимный хозяин, – с улыбкой сказала она. – Надеюсь, Сныст, ты так же благосклонно выслушаешь меня. Во имя нашего, – она сделала многозначительную паузу, – дальнейшего взаимовыгодного сотрудничества.

– С моей стороны было бы ужасно грубо и недальновидно не выслушать, – Сныст точно так же помолчал, – нынешнюю хозяйку города.

Элина взболтала вино в бокале.

– Когда мы с тобой встречались первый раз, ты говорил, что в городе следует навести порядок. Я правильно помню?

Сныст кивнул.

– И ты знаешь, что я могу это сделать.

Новый кивок.

– Но не в одиночку.

На этот раз Сныст ждал.

– Мне понадобится твоя помощь.

Сныст поднял свой бокал, словно приглашая Элину говорить дальше.

– Во-первых, на днях я начну сбор сведений об имуществе горожан. Мне понадобится ещё один источник сведений. Тайный. Самый точный.

Сныст тонко улыбнулся:

– Чем же я могу быть здесь полезен?

Внутренне Элина вскипела. «Он придуривается, что ли?» Наверное, это как-то отразилось на её лице, потому что Шурх стрельнул глазами в сторону, словно ища путь к бегству. «Надо успокоиться. Я здесь не для ссор».

– Кто, как не ты, имеет глаза и уши в каждом закоулке города? Твои люди принесут мне правильные сведения. Я назначу справедливые налоги.

– А мне-то какой в этом интерес?

– Об этом мы поговорим чуть позже. Я ещё не закончила.

Сныст отпил вина и изобразил интерес.

– Второй вопрос – помоги найти мастерскую фальшивомонетчиков. В ней работает гравер, который ушёл с Монетного двора и украл кое-какое оборудование.

– Будет что-то ещё?

Будь Элинина воля, она бы ничего больше Снысту не говорила. Сейчас он выглядел почти таким же опасным, как… Дэвлин или Мадог. Но ей нужна помощь этого короля воров, демоны его раздери, и она её получит!

– Будет. Последняя просьба.

– Я внимательно слушаю, – Сныст сделал очередной глоток из бокала.

– Пока мы не собираем налоги, придержи своих лиходеев. Это всего лишь на теркаду. Пусть не щиплют горожан. Дай им хоть жирком обрасти.

Сныст прищурил глаза. Элина выдавила улыбку и отсалютовала ему бокалом.

– Почему я должен это делать? Чем, по-твоему, будут кормить себя и свои семьи эти люди? Или, может, ты дашь мне денег на их содержание?

«Как же можно повлиять на решение этого прожжённого негодяя?» Элина лихорадочно думала.

– Я задам тебе один вопрос, Сныст. Этот город ты считаешь своим домом. Ты врос сюда всеми корнями. Ты видел, как город отстраивался после войны. Ты же не хочешь, чтобы стены твоего дома разметало южным ураганом?

Кажется, ей удалось зацепить этого пройдоху.

– Южным ураганом? – переспросил Сныст. – Что именно ты имеешь в виду?

«Думай, думай, – подгоняла себя Элина. – Нужно сказать ему правду, иначе он откажется. Но правда слишком опасна. Даже здесь, в душной комнатке, за занавесками».

– Далеко-далеко от нас, на тёплом и ярком побережье Харнена, всего в достатке: красивых женщин, дерзких мужчин, пряного вина, острого железа. И золота. Южные чайки любят подниматься высоко в небо. Да вот беда – им всегда хочется большего. Больше простора. Больше власти. И тогда в ход пойдёт всё: отравленное вино и золотая река. Ни то, ни другое течь в твоём городе не должно.

– Постой, постой, – поспешно проговорил Сныст, отставляя бокал. – Не будем об этом. Я не чайка, на таких высотах не летаю, мне не положено. Кстати, тебе в столице недавно тоже дали это понять.

Элина опустила глаза. Ей до сих пор трудно было вспоминать время своего заключения в королевских подземельях. Сныст ткнул в рану, которая ещё не зажила.

– Я понимаю тебя, Сныст. У тебя масштаб деятельности не тот. Однако вряд ли ты захочешь, чтобы ветер с юга развалил стены твоего дома. Просто помоги мне, и мы укрепим их вместе.

* * *

Сныст молчал. Он не отрываясь смотрел на Элину. Рэйшен за её спиной даже не шелохнулся. Тишина ощутимо давила на присутствующих. Краем глаза Элина видела, как побледнел Шурх, как лихорадочно он переводит взгляд с одного взрослого лица на другое. Наконец Сныст нарушил молчание.

– Чего не сделаешь ради родного города! Я готов придержать своих людей. Но пятая часть моих, так сказать, работников, останется на улицах. И, Эли, пойми правильно, я не работаю бесплатно, а твои требования очень высоки. Мои риски и убытки должны быть покрыты.

Элина почувствовала, как огромная тяжесть свалилась с её плеч. «Сныст согласен! Это главное! Остальное… Что ж, остальное станет предметом торга. Начнём».

– Да, я требовательна. Но готова платить справедливую цену. Что ты хочешь? Мешок золота?

Сныст рассмеялся.

– Нет, моя прекрасная хозяйка! Я хочу то, чего не купишь за золото.

Теперь была очередь Элины выжидательно молчать. Это она умела.

– Мне нужен хороший дом в респектабельном районе города. Надоело, знаешь ли, ютиться в лачуге.

– Надеюсь, ты не предлагаешь выгнать кого-то из богатых горожан из родного дома?

– Нет-нет! Я уважаю тебя и почитаю закон! – при этих словах Сныст насмешливо улыбнулся. – Есть пустующие дома, ты и сама их видела. Выдели мне один. Можешь возле своего, то есть баронского дома. Так я буду под присмотром. И малец мой тоже.

Элина живо представила, как этот развязный мальчишка каждое утро станет будить её воплем из-под окна: «Мягкие Ручки!». Её передёрнуло.

– Не наглей. Я знаю неплохой участок недалеко от торговой площади.