То, что произошло дальше, я не мог бы описать никакими словами. Просто в один момент на месте владыки Шио появился ОН — само воплощение Хаоса.

— Сквозь рев Ургаша, сквозь яростный крик,

Мы вечность сожмем в искупающий миг!

Это не было живым существом в привычном понимании этого слова. В тот момент перед моими глазами из неоткуда возник извивающийся колосс из живой энтропии, чей облик отрицал само понятие формы. Его чешуя, подобная осколкам обсидиана и запекшейся крови, постоянно пульсировала и рвалась, не в силах выдерживать сдерживаемую изнутри силу. Костяные шипы, растущие и извивающиеся вокруг его хребта, резко сменялись широкими, переломанными в десятках мест искривленными крыльями, чьи перепонки словно были сотканы из первозданного безумия и лихорадочного пламени Шио, а вместо сердца в груди зияла бездонная воронка Хаоса, всасывающая в себя весь окружающий его свет и магию.

Однако больше всего внимания приковывало не это, а многочисленные нечеловеческие глаза, разбросанные по морде в хаотичном порядке, в которых не было разума. Лишь неистовая, ничем не ограниченная ярость демиурга-разрушителя, всем своим существом жаждущего пережевать кости окружающего его мироздания и выплюнуть обратно в бесконечную Пустоту.

Свой лик нам решил явить сам Ургаш, а точнее его Аватар, созданный благодаря слиянию с Кха-Белехом.

— Пусть крылья соратников станут мечом,

Что бездну вскрывает каленым лучом!

К чести моих товарищей, они не стали бежать. Не сделали даже одного шага назад, готовясь достойно встретить собственную смерть.

Вот только…

— Берегитесь!!! — по Связи прокричал я, заметив, как горло этой твари расширяется и он готовил обрушить на нас свое всепожирающее дыхание.

Это был конец. Я понимал — оно сметет все на своем пути. Мы не сможем защититься. Не сможем убежать, особенно в условиях замкнутой пещеры, где нет нормальных укрытий. Особенно — вынуцжденный стоять на месте и ждать своей участи.

Это был конец.

Кха-Белех достал свой козырь, и у нас не оказалось ни одной карты, способной его перекрыть. Оставалась надежда, что дестабилизация моего заклинания приведет к хоть какому-то взрыву. Да, все Хранилище это не разрушит, но и половина была бы неплохим результатом.

«Жаль… Осталось лишь последнее четверостишие», — подумал я, всё равно продолжая читать свою последнюю молитву.

— Порядок в хаосе, свет в пустоте —

Мы в жертву приносим себя чистоте.

— Шух… — Не было ни рыка, ни звука самого дыхания. Просто в момент, когда я заканчивал предпоследние строчки заклинания, всё вокруг заполнило пламя. Пламя чистого Хаоса. Зелёное, красное, синее, холодное, горячее, липкое, острое, вонючее, звенящее… Оно корежило пространство, нарушало причинно-следственные связи, разрушало, восстанавливало и снова разрушало, дабы вновь вспыхнуть с новой силой.

Вечное горение. Вечное изменение. Сама суть Ургаша вырвалась в этот мир.

Однако я… ничего не почувствовал. Остался целым и невредимым, продолжая стоять, не обращая внимания на творящийся вокруг Хаос.

И в этом не было ничего удивительного. Ведь за мгновение до атаки меня своими телами прикрыли товарищи, которые, не совещаясь, не переглядываясь, да практически не думая, встали передо мной и приняли пламя на свои собственные спины.

— Заверши дело, Ворон, — таковы были их последние слова, прежде чем их тела сплавились под действием первородного Хаоса, став той тонкой заслонкой, давшей так необходимые мне мгновения.

Времени думать и рефлексировать не было. Каждая секунда была на кону.

Разве мог я их подвести?

Да ни за что!

— Драконы, смотрите: мы искры в ночи!

Смерть — это ключ! Вспыхни, мир, и молчи!

— Не-е-е-ет!!! — Одновременно со мной проревел обращённый Кха-Белех, запустив в мою сторону новую волну демонического пламени. Но было поздно: мана пришла в действие, магические круги, возникшие за моей спиной, засветились от переполнявшей их силы, а Крылья Ангела обратились в пыль, как и запертые в них души ангелов, разом высвободив огромное количество энергии.

Энергии, направленной и переправленной мной точно в землю, дабы подорвать весь седьмой уровень Дьявольских глубин.

«Саша, Айрис…» — подумал я, даже сквозь прикрытые веки чувствуя охватившее меня сияние. — «Простите меня…»

Мгновение…

Яркая вспышка.

И я исчез, испаренный огромным взрывом светлой маны.

Неизвестное время спустя.

Где-то в Мире Духов.

Пробуждение было внезапным. Вот я стою на раскаленном полу Хранилища Душ, наблюдая, как мне в лицо летит драконье дыхание Аватара Ургаша, а тело разрывается от переполнявшей его мощи, начавшей выплескиваться наружу. А затем я здесь, посреди… чего? Не того пустого пространства, где когда-то оценивали мою душу. Нет. Это место больше напоминало… небеса?

Да, точно. Небеса.

Обычные небеса Асхана, где в вышине парят огромные белоснежные облака, сияет голубая бескрайняя гладь, только без следа звезд или Солнца. А земля представляет собой лишь широкий медный круг, исписанный неизвестными мне знаками.

«Может, это мое посмертие?» — подумал я, пригибаясь и касаясь пальцами холодной металлической поверхности, пахнущей нагретой бронзой и чем-то неуловимо знакомым. Может, ладаном? — «Но это же невозможно… Моя душа после произошедшего должна была разорваться на тысячи кусочков, рассеявшись по Шио».

Вопрос ведь не праздный.

Напомню, душа является одной из самых чувствительных и хрупких материй во всем Асхане. Любое ее повреждение или осквернение может привести не просто к страшной смерти, но и к потере шанса на перерождение или заступничество одного из Изначальных драконов. Не на пустом месте некромантию считают опасным и еретическим искусством даже такие безбожники, как маги, сами любящие ставить эксперименты над собственными душами.

— Раны можно залечить, разрыв сути — нет. — Процитировал я слова Зехира, которого однажды попросил пояснить разницу между Домом Духа, ставшей предтечей Некромантии, и Домом Души, к которому тот сам принадлежал.

Грань оказалась очень тонка. Маги Анимы хоть и взаимодействуют напрямую с душой, но делают это очень аккуратно, не нарушая ее целостности. Их максимум — отколоть кусочек от своей сути, дабы проводить над ним определенные магические манипуляции, например, создание колоссов или могущественных артефактов. Некроманты же напрямую вырывают души из тела, корежа их и изменяя под свои нужды, фактически лишая посмертия.

«В моем случае все должно быть гораздо хуже. Душа была именно разорвана, без шанса на восстановление. Да и кто бы ее проводил? Демоны? Не смешно» — Невольно усмехнулся я, а после решил отложить этот вопрос на потом и осмотреть собственное тело. Сухое, поджарое, с тугими канатами мышц, появившихся в результате сотен часов тренировок и спаррингов, оно было полностью нагим, выставляя все сокровенное на показ. — «Зараза. Даже прикрыться нечем».

Руки рефлекторно дёрнулись, дабы прикрыть пах, но, обдумав всё ещё раз, я решил этого не делать.

— В любом случае, тут один, — сказал я, ещё раз оглядываясь по сторонам и уперев руки в бока. — Итак, это точно не сон. Разум слишком чист. Значит, это реальный мир, и пора задаваться извечным вопросом: что делать и кто во всём этом виноват? Ответ на первый вопрос очевиден — стоять и ждать, пытаясь ощутить свои силы, которые отзываются... с трудом.

Свет всё ещё был со мной, а вот мана... Она была, но не в источнике, а равномерно распределена по всему телу, словно...

— Оно из неё состоит, — прошептал я, ещё раз осматривая свои ладони и со всей силы сжимая кулаки. — Теперь всё понятно. Есть всего одно место, где могут существовать создания из чистой энергии. Мир Духов.