При упоминании имени героя Войны Огненных Слез Иранна ощутимо вздрогнула, показав собственную осведомленность относительно событий тех дней (сомневаюсь, что она их застала, эльфы живут долго, но не больше 4 веков).

— Раньше вы казались мне гораздо любезнее, герцог. — Заметила жрица Малаасы, незаметно перехватив рукоять своего магического посоха.

— Раньше у меня были опасения за свое сюзерена. — Ответил я, а затем показал вперед, где на грани видимости мелькали многочисленные серые плащи. — Он лишь беззащитный ребенок, по моей вине оказавшийся в опасности, а ваши ассасины известны своей безжалостностью, особенно к женщинам и детям.

«Ничего удивительного, учитывая в каком обществе они выросли» — Подумал я, вспоминая некоторые подробности, прочитанные в архивах Инквизиции. — «Какой-то искаженный пример победы радикального феминизма, с матриархатом, кровавыми жертвоприношениями и оргиями. А ведь Туидхану в 6 части описывали как нежную и весьма ранимую натуру… Хотя учитывая, кто ее сын…»

— Вот как… — Выбил меня из размышлений задумчивый голос темной ведьмы. — Значит это и есть ваше истинное лицо? Наглый, самоуверенный солдафон? Я даже немного разочарованна.

— Это лишь одна грань моей личности. — Заметил я. — Как и любого человека у меня есть много сторон, вот только вам, жрица, я показываю ту, которая вам ближе всего.

— Да? — Удивилась Иранна, подойдя поближе и едва не навалившись на меня. — Жестокость и грубость? С чего вы решили, что мне подобное понравиться?

— Все просто. — Ответил я, спокойно уворачиваясь и продолжив спокойно идти вперед. — Вы понимаете лишь один язык. Язык силы. Не знай, что я могу испепелить вас всего одним взмахом копья, то меня бы давно снасильничала каждая из ваших последовательниц на ближайшему камне, а моих людей принесли в жертву, ради того чтобы плоды, зачатые от меня, быстрее росли.

Сказанное не удивило никого из присутствующих — только что мой был описан один из самых стандартных способов размножения среди матриархов темных эльфов, в котором они, как прислужники самой таинственной и жестокой Изначальной драконицы, не видели ничего криминального.

Наоборот — они даже за оскорбление мои слова не воспримут, считая что я просто констатировал факт.

— Вы многое знаете о культуре нашего народа. — Заметила ведьма, все же сумев меня "поймать", вдавив грудь мне в спину. Слава Эльрату, благодаря броне я ничего не почувствовал. — Даже жаль, что наше путешествие так быстро закончилось. Мне бы хотелось провести с вами побольше времени.

Это было правдой — вдалеке, в окружении многочисленного отряда разведчиков-лазутчиков, облаченных в однотипные серые плащи, уже была видна арка двухстороннего портала, построенного из черного, исчерканного извилистыми грубыми рунами камня. Явно творение Безликих.

— Вынужден вас расстроить. — Ответил я, мягко, но настойчиво отстранив от себя хитрую жрицу. — Даже запри меня с вами в одной комнате и напои лучшими картальскими снадобьями, я бы к вам даже не прикоснулся.

И, прежде чем Иранна успела задохнуться от возмущения, наверняка после выкинув какую-нибудь глупость (женщины, уверенные в собственной неотразимости, тяжело реагируют на отказы), я добавил…

— Причина простая. В отличии от вас, вечных гедонистов, я женат.

… и сделал шаг в арку портала, не особо опасаясь ловушки и атаки.

Зная Раилага, если бы он захотел меня убить, то сделал бы это лично.

P.S. Для более удобного прочтения рекомендую прочитать комикс «Сёстры на крови», выпущенный юбиками и переведённый нашими локализаторами.

Арда, 5 день месяца Лазурных приливов, 970 год Седьмого Дракона.

Несколько секунд спустя.

Подземелье, город Матикла, где-то под горным хребтом Вантир, граница между Священной Империей Грифона и Лесным королевством Ироллан, земли королевства Игг-Шайл.

По другую сторону портала нас уже ждали.

Высокий худощавый эльф, облачённый в приталенные красные одежды, с большим количеством золотых украшений, стоял в десяти метрах от арки перехода и с интересом смотрел на нас, кривя губы в гадливой усмешке.

«Как бы сказали мои друзья из детского дома — рожа, так и просящая кирпича», — подумал я, за несколько шагов сокращая дистанцию и, остановившись на расстоянии удара клинка, замер в ожидании.

Новый встречающий оказался весьма… колоритной и неординарной личностью. Хотя бы своей принадлежностью к мужскому полу. Напомню — со времён Туидханы среди тёмных царил махровый матриархат. Это не значило, что среди их лидеров не было мужчин, однако их путь на вверх был на порядок, если не два, сложнее, чем у жриц и им подобных.

Исключением были лишь могущественные колдуны, способные благодаря своему мастерству и запасам маны говорить на равных со служительницами Малассы, но зачастую те просто предпочитали уходить за пределы Игг-Шайла и создавать свои небольшие кланы, с блэкджеком и шлю… кхм… не самое лучшее сравнение, но ближе всех к реальной картине.

Ярким примером такого был Синитал — могущественный чернокнижник и лидер крупнейшего объединения пиратов, обитающих в Море Теней и терроризирующих всё северное побережье Таллана, главного материка Асхана.

Возвращаясь к стоящему напротив эльфу, становилось понятно, что он был из той редкой породы, что смогла пробиться наверх не благодаря магии, а боевым навыкам, на что намекали особое положение ног, как у опытного наездника, развитый плечевой пояс, свойственный только активным пользователям копья, материалы доспехов, до предела напитанные маной, что в обычных условиях усложняет сотворение заклинаний, и наконец, тонкий шрам, проходящий через всё лицо, рассекая правую щеку, верхнюю половину носа и слегка задевая лоб. Как обладатель похожего шрама, я с уверенностью мог сказать — он точно боевой и получен был в ближнем бою, в который любой здравомыслящий маг никогда не сунется.

«За исключением таких монстров, как Годрик или Аграил», — добавил я про себя, уже приблизительно поняв, кто стоял передо мной. Десяток голодных и злых пещерных ящеров это подтверждали.

— Гляжу, ты не спешила, Иранна, — наконец первым нарушил молчание эльф, переведя взгляд мне за плечо и обратившись к вышедшей из портала ведьме, он сказал, — Господин приказал тебе справиться за три дня. Прошло уже четыре.

— Не тебе мне о чём-то напоминать, Соргалл, — холодным голосом ответила ему жрица, быстро взявшая себя в руки и теперь медленно шагающая в нашу сторону. — В отличие от тебя, я полностью поняла и осознала план господина. Он потребовал передать послание, а затем привести сюда человека, не вступая в конфликт ни с зелёными неженками, ни с имперцами.

«То есть попытку нападения она не учитывала?» — с удивлением подумал я, сохраняя спокойное выражение лица.

— Задержка есть задержка, Иранна, — ответил тёмный, чьи уши слегка вздрогнули, отчего массивные золотые серьги-блоки ощутимо звякнули. — Ты должна знать об этом.

— Будто ты мог сделать лучше, — скривилась ведьма, сложив руки под грудью. — Наверняка натравил бы на людей своих зверушек, а потом бы кричал от злости, когда тех порезали на ломтики.

От услышанного эльфа перекосило, а стоящие неподалёку ездовые ящеры резко напряглись и взревели, полностью отражая настроение своего хозяина.

«Теперь я точно уверен. Передо мной Заводчик ящеров», — подумал я, сжимая руку на яблоке меча. — «Не зря я в прошлом за него пару сотен компаний отбегал».

— Ты играешь с огнём, жрица Малассы, — процедил он сквозь зубы, не отрывая глаз от нагло скалящейся ведьмы. — Может, твой клан и могущественен, но я был с Господином с первых дней его возвращения, в отличие от тебя, до последнего сражавшейся за Осколки Тьмы и лишь после поражения признавшей власть законного правителя Игг-Шайла.