— Мне приятно познакомиться, — сказал я, в одно движение спрыгнув с лошади и изящно поцеловал ладошки матери и дочери. И если первая на это лишь улыбнулась и одним взглядом поблагодарила меня за то, что я назвал её леди, то её дочь лишь покраснела как маков цвет и спряталась за спину матери, под видимое недовольство отца.

Оставшийся день, я провел отлеживаясь на выделенной для себя кровати и читая книги, которые мне, в путь дорогу, положил Мельхиор. С завтрашнего дня нужно было начать детальные расспросы Гофрида насчёт грифонов, а также касательно тайных путей, ведущих к алтарям с печатями.

Мальда, 12 день месяца Лунной Матери, 959 год Седьмого Дракона.

Девять дней спустя.

Один из загонов, Грифонья Лощина, горная гряда Дорога Драконов, окраина Герцогства Воронов, Священная империя Грифона.

— Будь мягче, Андре. — приговаривала мне едва ли не на ухо Айрис, сидя по правую руку от меня. — Если вырвешь хоть одно перо, то сделаешь ему очень больно.

— Да знаю я. — раздражённо буркнул я, но всё же прислушался к совету и немного расслабил руку.

— Веди себя с ним как с маленьким ребенком. — назидательно посоветовала девочка, не отрывая глаз с маленького грифончика, лежавшего у меня на руках как котёнок.

— Айрис, — обратился я к ней, серьёзно взглянув в её голубые, как безоблачное небо, глаза. — я не знаю как себя вести с детьми.

— Как?.. — неверующе спросила у меня девочка, которая всю жизнь жила в деревне и не раз присматривала за маленькими детьми, закрыв руками рот. Этот жест и взгляд был тай искренний и непосредственный, что я не смог сказать ничего кроме:

— А вот так.

«И как я докатился до жизни такой?» — подумалось мне, пока я смотрел на маленького грифона в своих руках, мех которого перестали вычесывать и теперь он смотрел на меня со смесью непонимания и детской обиды, ведь приятные почесушки прекратились, от чего мне захотелось побиться головой об ближайшую стену.

Всё началось неделю назад, когда я, отдохнув от тяжелого путешествия по горам и привыкнув к местному, разряженному, воздуху, решил заняться делом. Подойдя к Годфриду, я пользуясь своим положением герцога, а значит и возможностью не наворачивать круги, как у местных бывает принято, спросил — что вам нужно, чтобы выращивать больше грифонов?

Староста от такого вопроса, ненадолго завис.

У тридцатилетнего мужика, который всю свою жизнь только этих магических зверей выращивал, да решал споры и проблемы своих односельчан, просто в голове не укладывалось происходящее. Ведь к нему в деревню, настоящий медвежий угол, куда только раз в год заглядывали специальные караваны, привести всё необходимое и забрать грифонов, с какого-то хрена приехал сам герцог Империи (!), аристократ который по велению левой пятки мог творить с ним и его семьей всё, что заблагорассудится, оказавшийся десятилетним ребёнком (!), что тоже сильно било по его картине мира, ведь культ почитания старших никто не отменял, и он в лоб спрашивает, что ему нужно (!!!).

Ступор, если одним словом. Вот, во что впал не готовый к такому староста.

Пришлось звать своего интенданта, приказывать нести ко мне самый крепкий алкоголь и отпаивать бедного Годфрида, чтобы тот пришел в себя, а после, медленно и в подробностях объяснять, что я от него хочу.

И ответ мне очень сильно не понравился.

***

FLASHBACK.

Шесть дней назад.

Тоже место.

— Сложный вопрос, милорд. — задумчиво произнёс Годфрид, сжимая в руках большую деревянную кружку, на дне которого всё еще плескалось крепленое вино. Была середина дня, так что его жена, Алиса, лишь вынесла мужу легкую закуску, в виде хлопьев горного лука, головки козьего сыра и ломтя свежего хлеба, и, наградив его не самым добрым взглядом, ушла кашеварить, а Айрис с утра убежала помогать в один из загонов. Поэтому сейчас в главной комнате дома, где располагался большой обеденный стол и крупная кирпичная печь, которая не только давала место для сна и отапливала дом, но и позволяла готовить сытнейшую пшенную кашу, были только мы вдвоем. Ну и сидевшие по углам телохранители.

«Или это благодаря умениям хозяйки она такая вкусная?» — промелькнула у меня мысль, пока я невольно бросил взгляд на стоящий недалеко горшок, исходящий паром.

— В чём сложности, Годфрид? — поинтересовался я, вернувшись к разговору. — Я прекрасно понимаю, что выращивание грифонов дело трудное и опасное, но неужели нет способа увеличить их количество?

— Как бы вам сказать, милорд… — опять о чём-то задумавшись, медленно, рубленными фразами начал отвечать староста. — Вы же знаете, что грифонов нельзя растить в неволе?

— Это так, — степенно кивнул я. — мне говорили, что они вырастают маленькими и болезненными, даже не способными к нормальному полету. Именно поэтому все яйца, которые появляются в Империи, отправляют к вам, на выращивание.

— Всё так, милорд. — согласился Годфрид, отпивая глоток из кружки. — Настоящие боевые грифоны рождаются лишь в этих горах, где в воздухе много маны, на склонах можно найти самую разную дичь, а в тенях скрыты враги, сражения с которыми делают их сильнее. Мы лишь ухаживаем за детенышами и лечим молодняк после их битв, получая взамен верность, с которой грифоны служат своим спасителям. Поэтому для выращивания большего числа грифонов нужны в первую очередь новые охотничьи угодья, а не деньги или какие-нибудь магические штучки.

— И с этим, как я понимаю, есть существенные проблемы? — предположил я. — Дорога Дракона почти не освоена. Даже если, каждый год вы будете погружаться в неё на сотню лиг вглубь, то окажетесь на другой стороне лишь через столетие.

— Дело не только в этом, Ваша Светлость, ещё есть обитатели… — на этом моменте староста странно замялся. — Которые слишком опасны, даже для грифонов.

Вот на этом моменте, я по настоящему припух. Дорога Драконов всегда славилась как гиблое место, в котором могли жить либо закаленные жизнью люди, либо слабаки, опиравшиеся на защиту сильных существ. Но, даже среди сильнейших монстров, обитавших в этих краях, грифоны считались вершиной пищевой цепочки. Монстров, которые могли составить им конкуренцию можно было пересчитать по пальцам одной руки.

— Говорите, Годфрид. — велел я, видя его нервозность. — Кто там поселился? Ети? Мантикоры? Дикая нежить? Ветряные драконы?

— Нет. Это орки и водяные змеи, милорд. — ответил он, посмотрев мне в глаза.

— Орки и… водяные змеи?.. — я немного растерялся. — Что племена орков делают так глубоко в горах? И что тут забыли наги?

— Я и сам понятия не имею, милорд. — опасно скрипнул кружкой сжав её Годфрид. — Водяные змеи живут на самых заснеженных вершинах, куда мы просто боимся заходить, а орки слишком жестоки и опасны. Если бы не охотники и егеря, то наша деревня давно была бы разорена.

— А названия этого племени вы не знаете? — уточнил я один важный момент, уже догадываясь о ком говорил мне староста.

— Да, — кивнул он мне. — Мне рассказал отец, который воевал против них, племя поселившихся там орков, называют себя Черным Черепом.

***

«Твою ж мать». — болезненно прострелило у меня тогда в голове, ведь мне было прекрасно знакомо это название.

Орки Черного Черепа, были достаточно известным племенем на просторах Рунаана, а из-за недавнего бума рабов в Империи, и у нас. В отличии от большинства своих сородичей, которые хоть ненавидели людей и магов, обративших их в рабство, но прекрасно помнили для чего они были созданы, эти орки были развращены адептами Хаоса, поддавшись тлетворному влиянию Шио. Они пробудили свои худшие инстинкты, спящие в их демонической крови, постоянно находясь под действие ярости крови, что давало им преимущество в бою, но отвратительно сказывалось на разуме. Из-за этого они были отвергнуты своими же сородичами и признаны ренегатами, уже три столетия скрываясь в горах Драконьей Дороги, нападая на путешественников и караваны.