— По моему такой вариант просто самый наилучший какой только может быть, — ответил я Лернеру.

— Ну и замечательно. Тогда, как всё уладится я непременно сразу же свяжусь с вами.

После звонка Лернера мне оставалось только одно — ждать. Ну и надеяться, что за то время, что осталось до моего с Варварой отъезда в Байкальск с нами ничего плохого не случится.

В один из ноябрьских дней дней (была как раз среда) я решил в очередной раз съездить в спортзал (тем более, что после моей встречи с Коробовым и его урками я так и не сумел выбраться туда). Выглянув в окно я невольно поморщился. Стояла серая, слякотная погода с температурой чуть выше нуля. На улице задувал порывистый ветер и временами начинал идти мокрый снег. Погода как- то не располагала к прогулкам. Тем не менее быстро собравшись я вышел из дома и пошёл по направлению к автобусной остановке.

Я уже почти дошёл до ней, как меня нагнал «Москвич», показавшийся мне смутно знакомым. «Москвич» затормозил возле меня, водительская дверь открылась из из него вылез Медведев. Увидев его я почувствовал, как меня буквально всего передёрнуло. Нет. Ну, что это такое! Сначала Коробов со своими бандитами, а теперь эта чекистская морда! Они, что сговорились, что — ли? Вот сколько я его не видал? И не хотел видеть бы вообще больше никогда и ни где.

Медведев аккуратно закрыл дверцу и подойдя вплотную ко мне, сказал:

— Здравствуйте, Галкин. Мне надо поговорить с вами по срочному вопросу. Садитесь в машину!

Взглянув на него исподлобья я произнёс:

— Вообще то я тороплюсь, на тренировку. У меня режим, товарищ старший лейтенант, — и в подтверждение своих слов я снял со своего плеча, висевшую там спортивную сумку и буквально сунул её ему под нос.

Медведев отпрянул, а я в который раз убедился, что не могу определить цвет его глаз.

В салоне «Москвича» пахло табачным дымом и хорошим одеколоном. Медведев уселся на водительское место и обратившись ко мне произнёс:

— Ну, что поговорим?

Я в ответ пожал плечами.

— Положим, лично я, не испытываю нужды в таком разговоре. И, как уже сказал, тороплюсь в спортзал.

— Ничего, Галкин, если всё сложится хорошо и я буду удовлетворён результатами нашего разговора, то пожалуй подброшу тебя до этого спортзала.

Я тяжело вздохнул.

— От вас, пожалуй не избавишься так просто.

— Хорошо, что ты это понимаешь.

— О чём тереть — то будем. Опять о Варваре? Так я полагал, что вы уже и позабыли её. С вами в ресторане тогда какая — то блондинка была. Или я не прав? Это просто ваш боевой товарищ, с которым вы были на сложном и ответственном задании?

Медведев внимательно посмотрел на меня и усмехнулся.

— Давай, Галкин, условимся. Перво — наперво ты в моём присутствии перестанешь строить из себя идиота. Это- во — первых. А во — вторых, подавись ты этой своей Варварой. Можешь делать с этой стервой всё, что захочешь. Представь, что она давно уже не интересует меня. Есть заботы поважнее.

— Поважнее так поважнее. И то понятно. Чекистские будни они суровые. Небось и не до личной жизни вам? Днём и ночью надо думать о сбережении государства.

— Галкин, — ты, что не понял меня? Прекрати разыгрывать из себя идиота. Я, представь себе, немного разбираюсь в людях. И твой спектакль мне уже порядком надоел. Нет я понимаю конечно, что хотя бы для того, что бы досадить мне Варвара и могла переспать с первым попавшимся пролетарием. Но поскольку ваши отношения явно вышли за рамки единичного траха, да к тому она поселила тебя на даче своего деда — академика, то ты такой же пролетарий, как я китайский богдыхан. Варвара Викторовна дамочка весьма привередливая в отношении мужчин, и спать с каким то там простым работягой, который двух слов связать не может, не будет. Это совершенно исключено. Это противоречит всей её сущности. Так, что не строй из себя этакого пролетария от станка. Ты им нисколько не являешься. Хотя конечно, твоя официальная биография вроде бы говорит об обратном.

— Отлично! А вы, что и мою биографию успели изучить?

— Пришлось. Представь себе.

— А вот на фига⁈ Вам, что на площади Дзержинского делать нечего?

— Узнаешь. Думаю, что очень скоро узнаешь.

Я почувствовал нечто близкое к полному отчаянию. Сначала Коробов. А теперь вот этот клещ. Он теперь наверняка вцепится в меня изо всех сил. Беда ещё заключалась в том, что биография подлинного Андрея Галкина была известна мне, скажем так очень пунктирно. Проще говоря очень плохо известна. И я имел все шансы при подробном расспросе о ней спалится, что называется по полной. Ну вот, что нужно этому извергу? Мало того, что он достал меня в 2013 году, причём достал настолько, что я был вынужден сбежать на тридцать с лишком лет назад в прошлое, так и здесь он мне не даёт никакого покоя. Чёрт дёрнул меня ехать в этот Старо — Таманск! Двинул бы куда — ни будь на Север, работал бы там потихоньку и не отсвечивал! Нет понесла нелёгкая! Спасатель хренов! Идиот! Вот и расхлёбывай теперь последствия этой своей глупости. Может быть вырубить его импульсом и сбежать? Нет — это не выход. Бежать — то мне по сути и некуда. Придётся разговаривать с ним. Ладно узнаем сначала всё, что ему от меня нужно, а потом уже будем действовать по обстановке. Ещё не вечер. Разберёмся.

— Ну, что, Галкин, успокоился? — донёсся до меня голос Медведева.

— А я и не волновался. Представьте себе.

— Ну и хорошо. А теперь слушай меня внимательно, по возможности не перебивай и не пытайся вновь включать дурака.

— Как я уже сказал тебе мне пришлось изучить твою биографию. Вернее её официальную часть, — начал Медведев.

— А,что вы полагаете, что у неё есть ещё и неофициальная часть? Может быть вы думаете, что я шпион? — не выдержал я.

Медведев резко движением повернулся ко мне и увидев его лицо совсем близко, почти в упор, вдруг, к своему удивлению, заметил какое оно осунувшееся и серое. У меня вдруг промелькнула мысль, что мой противник совсем недавно пережил какое — то тяжёлое горе.

— Я же сказал не перебивай меня, — прошипел он.

— Всё молчу, молчу.

— Так вот твоя официальная биография проста, скучна. Родился в Красноярске, родители геологи, когда тебе было одиннадцать лет, они погибли в экспедиции. Утонули в Енисее. Ты остался сиротой. Не совсем полным конечно. У тебя была тётка по материнской линии. Но она не стала усыновлять тебя, хотя своих детей не имела, а сдала тебя в детский дом. Дальше ты пробыл вполне благополучно в детском доме до самого выпуска, учился в этом своём техникуме, служил в армии и так далее.

— Ну и, что? — вновь не выдержал я, — какое такое второе дно можно найти в этой биографии?

— Подожди, я ещё только начал. Кстати вот тебе вопрос. Где ты находился полгода с лишком? Ты действительно работал в Якутске на стройке, но ровно год назад уволился и отбыл к своей тётке в Красноярск. Она даже получила от тебя соответствующее письмо. И всё! Больше о тебе не было ни слуху, ни духу. Пока ты не появился в Старо — Таманске.

— Видеть не хотел эту грымзу, — пробурчал я, — она меня в детский дом сдала, а как я стал заколачивать на Севере приличные деньги, сразу вспомнила. Пошла она к чёрту!

— Допустим. Так, где ты был всё это время с ноября по июль?

— Путешествовал по нашей необъятной стране СССР. Хотел посмотреть её.

— Посмотрел?

— В общих чертах.

— А где всё таки смотрел?

— Много где. В Средней Азии, на Урале. Много, где был.

— И можешь как — то подтвердить это?

— Я,что — то не пойму, к чему вы ведёте этот разговор, товарищ старший лейтенант. Если уж пошло на это я ничего ни кому не должен доказывать. Или вы хотите предъявить мне какое — то обвинение? Интересно какое? Насколько я знаю путешествовать по стране у нас не запрещено. Нет, конечно вы можете обвинить меня в тунеядстве и бродяжничестве, но во- первых, я, что- то не знал о том, что КГБ, в том числе, занимается и такими делами. А во- вторых, это обвинение даже если вы и предъявите его мне, выглядит на мой взгляд несколько надуманным. Что вам надо от меня? Говорите прямо. Хватит пугать меня и ходить вокруг да около. Если вам, что-то и нужно от меня, то вы избрали не самый лучший способ получить желаемое.