— Фройляйн, — он приподнял шляпу и окинул меня цепким взглядом. — Не передумали ехать?

— Нет. Вы купили билет?

— Конечно, позвольте, я провожу вас.

Он протянул мне билет и попытался забрать саквояж, но я не позволила.

— Будет лучше, если мы расстанемся здесь. Провожать вовсе не обязательно.

Я мельком глянула на бумагу, запоминая номер вагона и места. Третий класс. Будет не слишком комфортно, зато и внимания не привлечет.

— Я лишь хотел напомнить вам, что поездка опасна. И вам лучше остаться в столице.

— Ваша Светлость, я слышала достаточно от вас в прошлый раз. И я понимаю все риски, связанные с моей авантюрой, как вы выразились. Но я продолжаю считать ее необходимой. Я поеду.

— Хорошо, — герцог сжал челюсти и кивнул. — Когда я смогу забрать документ?

— Мой поверенный передаст вам его в полдень. Как мы и договаривались.

— В таком случае мне остается пожелать вам удачи и… возвращайтесь домой, фройляйн. Неважно с каким результатом.

— Я постараюсь.

Губы удалось растянуть в вежливой улыбке, а потом кивнуть и направиться к поездам. Нужный мне уже готовился к отправлению, Кениг не соврал. С каждым шагом ноги тяжелели, а сердце билось все глуше и глуше. Если бы Его Светлость знал, насколько мне не хочется уезжать, он нашел бы способ оставить меня в столице, но… Пусть я не актриса, но все-таки внучка знаменитой Элайзы, и играть умею. Смогла убедить его, смогу и других.

Я села на твердую деревянную скамью у окна, пристроив саквояж рядом. Вагон оставался полупустым, и обещал совсем опустеть к концу моего маршрута. Никто не желал ехать навстречу войне, бушевавшей на востоке, где Фреденсберг и Изрилиона объединили силы, чтобы зажать армию Империи в клещи. Там тысячами гибли люди. Туда отправилась Великая герцогиня, чтобы помочь сдерживать тьму. Три месяца назад там пропал Герхард. Все указывало на то, что направление выбрано неверно. Но…

Раздался пронзительный свист гудка, и поезд медленно двинулся с места. Я сжала губы и упрямо стиснула ручку саквояжа. Я справлюсь.

Шум из кабинета Георга разносился по коридору и привлекал внимание. Пройти мимо оказалось невозможно, и Валенсия неспешно подошла к приемной, где скучал герр Хофф.

— Ваше Величество, — при ее появлении мужчина поспешил вскочить на ноги и вытянуться в полный рост.

— Добрый день. Не подскажете, что происходит?

Она взглядом указала на дверь кабинета, которая едва не дрожала от происходящего внутри.

— Признаться, я не совсем в курсе… — секретарь заметно смутился. — У Его Величества герцог Кениг и герр Шенбек, но я так и не понял повода, по которому они потребовали аудиенцию. Его Величество велел пропускать герцога в любое время, я не стал задавать вопросы.

Верное решение, однако шум не утихал, а значит, случилось нечто из ряда вон выходящее. К тому же герр Шенбек… присутствие кузена может указывать на связь с семейными делами, и в таком случае лучше сразу узнать все новости.

— Герр Хофф, будьте добры объявить о моем приходе.

— Ваше Величество, не уверен, что ваше присутствие…

— Разве в кабинете идет военный совет? — поинтересовалась императрица, добавив в голос металл. — Или присутствует кто-то из министров с официальным визитом?

— Нет, Ваше Величество.

— Тогда, будьте любезны. Все недовольство Его Величества я обещаю взять на себя.

Секретарь поклонился и прошел к дверям, коротко постучал, обозначив свое присутствие, после чего потянул за ручку.

— Ее Императорское Величество Анна-Валенсия! — объявил он и посторонился, пропуская ее внутрь.

Мужчины тут же встали со своих мест. Глава Тайной полиции выглядел усталым и невыспавшимся, как и всегда в последнее время. Герр Шенбек сверкал глазами, его волосы пытались встать дыбом, а воздух пропитался ароматом озона. Георг же был невозмутим, как и положено императору. До ее появления…

— Что-то случилось? — супруг, обеспокоено нахмурившись, шагнул навстречу, протягивая руку, которую Валенсия с благодарностью приняла. Все же на седьмом месяце живот стал ощущаться тяжелее, и любая помощь была нелишней.

— Случилось, — она кивнула. — Здесь. И я хотела бы знать, что именно до того, как скандал станет достоянием общественности.

Георг вздохнул, но проводил ее к собственному креслу и помог сесть, после чего кивнул посетителям.

— Повторите то, что сообщили мне. Ее Величество имеет право знать.

Оба мужчины заняли ранее освобожденные места.

— Сегодня утром Сабина покинула особняк и отправилась искать Герхарда, — герр Шенбек сжал ручки кресла. — И пока я вытрясал душу из нашей няни, пытаясь узнать, кто мог ей помочь, а потом бегал по вокзалу в поисках свидетелей ее отъезда, Его Светлость прекрасно знал подробности и выжидал время, чтобы явиться с повинной!

— Юстас! — одним словом Георг осадил родственника и заставил замолчать, хотя тот явно едва сдерживался. Валенсия же нахмурилась, вспоминая известие о пропаже герцога Рейса, пришедшее три месяца назад. Его искали, ждали требования выкупа, но ничего так и не прояснилось.

— Если бы герр Шенбек дал мне возможность закончить или хотя бы начать свой рассказ, я уже изложил бы ситуацию так, как вижу ее я, — скучающим тоном отметил Кениг.

— А что в вашем видении фройляйн Ланге никуда не убегала и осталась дома?! — снова взвился кузен императора. Теперь понятно, кто был источником шума.

— Юстас! — рыкнул Георг. — Сядь! Генрих-Иосиф, расскажите уже, что произошло.

— Фройляйн Ланге обратилась ко мне с просьбой дать ей сопровождающего для перехода границы между Империей и Ференцией. Целью путешествия она указала поиск герцога Рейса.

— Почему вы согласились? — ледяным тоном осведомился император, и мысленно Валенсия к нему присоединилась. Не может же глава Тайной полиции выделять своих людей по каждой просьбе.

— Из-за титула, конечно! — встрял герр Шенбек, но умолк раньше, чем услышал очередной окрик.

— Все так, — спокойно продолжил Кениг, — в обмен на помощь фройляйн обещала подписать полный отказ от всех претензий на титул и земли за себя, свою дочь и дальнейших потомков. Конечно, я не собирался соглашаться так просто. Мы имели весьма продолжительную беседу, и фройляйн очень настаивала. Я понял, что если откажу, она найдет кого-то еще и все равно отправится в свое путешествие. Тогда я согласился, после чего связался с одним своим человеком в Зельце. Как вы знаете граница с Ференцией сейчас довольно условна и дальнейшая дорога опасна…

— Поэтому вы и согласились! Гарантии гарантиями, но смерть среди них — лучшая!

Над головой раздался вздох Георга, его ладонь на плече дернулась, и Валенсия накрыла ее своей. Она понимала всю сложность ситуации, эмоции герра Шенбека и желание императора получить информацию как можно скорее, поэтому улыбнулась герцогу и попросила:

— Пожалуйста, продолжайте, Генрих-Иосиф. Что вы сделали?

Тот покосился на соседа с усталым видом человека, которого постоянно окружают одни идиоты, и пояснил:

— Я приказал своему человеку создать видимость того, что он сможет провести фройляйн через границу, показать несколько местных ужасов, а затем дать ясно понять, что авантюра не осуществима. После чего он должен посадить ее на обратный поезд и отправить в столицу. Не думаю, что это займет больше пары дней.

— Конечно, документ-то вы уже получили! Вы же за ним к поверенному ездили!

Возражать Кениг не стал, значит, получил.

— И вы полагаете, что фройляйн Ланге действительно вернется? — уточнил Георг.

— Мой человек надежен. К тому же у него имеются собственные причины, чтобы довести задание до конца. Зельц сейчас не самое приятное место, а покинуть его без приказа или разрешения он не может.

— Вы что, доверили ее какому-то местному прохиндею? — первый вопрос, который герру Шенбеку удалось задать без крика, однако более приветливым он не стал. Отнюдь. Голубые глаза так и сверкали сдерживаемыми эмоциями.