Подождав, пока Софья отдышится и придет в себя, взял её сумку и мы продолжили путь прогулочным шагом. Времени до занятий хватало.

— Сударь, с чего вы решили устроить себе пробежку с утра пораньше? Выглядите так, будто всю ночь не спали.

— Не спал, — кивнул я. — Не до того.

— М, понимаю, — кивнула она. — Я поспрашивала у знакомых отца и посмотрела в наших источниках… Егор очень талантливый маг. В семнадцать уже достиг средней ступени в магии. Будь он в армии, ему уже предложили бы получить кодекс.

Софья беспокойно заглянула мне в глаза и понизила голос.

— Может, ещё не поздно отказаться, Ярослав Андреевич?

Я усмехнулся ей в ответ.

— Я от своих слов не отказываюсь. Давай лучше о другом поговорим. ты уже выбрала факультет?

— Ага. Кодексы!

— Уверена?

Конечно, я хотел сказать «Кодексы живут за счет альвы, а боярышне с твоим здоровьем это как выстрел в висок». Но обижать девчонку зря не хотелось.

— На сто процентов! Княжич, мне точно дадут собственный кодекс, — она мечтательно сверкнула глазами. — Отец пятнадцать лет служил в армии, прежде чем получил собственный, а у деда его вообще не было. Говорят, только десять процентов всех магов в армии дослуживаются до получения кодекса.

— А вместе с ним получают хорошую доплату и собственные земли, — с намеком добавил я. — Так хочется собственное поместье?

— Я не ради поместья. Это шанс для моей семьи, — она откинула русую челку с глаз. — Так что да, факультет Кодексов. А вы куда пойдете, сударь?

— Экономический, — сухо ответил я.

Многозначительно промычав, она посмотрела на меня.

— Не Кодексы? Я думала, это часть традиции вашего рода.

— Традиции рода едва его не угробили. Я хочу сохранить то, что ещё осталось.

Верно… сейчас важнее спасти Есеню. Никто не должен использовать её для манипуляции мной. Здесь-то мне и поможет Кирсанов.

Софья, явно не обрадованная моим ответом, притихла. Едва мы дошли до дверей главного корпуса, я свернул в сторону. Грудь в том месте, где её коснулась Лили, горела огнём.

— Иди без меня, я сейчас.

Стиснув зубы от боли, я влетел в мужской туалет, благо с утра здесь никого не было. Включил холодную воду, расстегнул китель и принялся яростно плескать водой в лицо.

— Что за напасть…

— Чем ты занимаешься? — раздался сзади полный презрения голос.

Помяни черта… я обернулся. Передо мной, скрестив на груди руки, стояла Лиливайсс. От презрительного взгляда и поджатых губ по телу невольно пошла волнительная дрожь.

— Знаешь что, это не лучшее время и место, чтобы появляться, могла бы предупредить и…

— Замолчи, человек! — она грозно сверкнула глазами. — Какого черта ты делаешь?

— Ты про дуэль?

— А про что же ещё? Ты должен искать книгу, а не тратить время на бесполезные драки!

— Бесполезные?

Я приблизился и, сдерживая злость, посмотрел ей в глаза. Мой палец уперся ей в грудь.

— Эта дуэль — единственный шанс спасти мою сестру, так что не суйся, Лили.

— Сестра? Твое первоочередное дело — вернуть гримуар!

— Здесь я решаю, что — первоочередное.

— Человек, ты!..– начала она, как снаружи послышались голоса. И один из них был очень знакомым.

— Прячься! — прошипел я Лили. Но та даже не среагировала. Ручка двери скрипнула, открываясь.

Я сгреб Лили в охапку и, швырнув сумку в ближайшую кабинку, затащил строптивую девушку следом. Едва щелкнула задвижка, снаружи раздался хлопок двери, и в туалет вошли несколько человек.

— Чт…

— Шш! — прижав к себе кодекс, я зажал ей рот и приложил к пухлым губам указательный палец. Возмущенная до предела, она все же замолчала. А я прислушался к голосам снаружи.

— Ты принес? — голос был незнакомым.

Раздалось шуршание бумаги и тонкий звон стекла.

— Знаешь, чего мне стоило достать это? Если бы не эта идиотская дуэль…

Меня бросило в жар: голос снаружи принадлежал Егору.

— Давай без отговорок, Кирсанов, — добавил второй. Я осторожно повернулся и посмотрел в щель между дверью и стеной. Возле раковин стояли Егор и те трое второкурсников, которых я видел в коридоре.

— Ты же сам хотел в долю. Вот и старайся, — фыркнул старший из них — по видимости, тот самый Орлов. — Докажи свою полезность. Ты же знаешь, как мещане дуреют от этой альва-дряни с фабрик твоего бати. Штука вставляет круче любого зелья. Так что не врубай заднюю на полпути. У нас каждый делает свою часть. Серёга вон тоже рискует, толкая налево альва-кольца из отцовских закромов.

Стоявший рядом крепыш согласно покивал.

Альва-кольца? Уж не те ли, которыми бунтовщики едва не прикончили половину знати во дворце инициации?..

Во имя Всеотца, Кирсанов, во что ты ввязался?

Егор, помедлив, протянул Орлову стянутые резинкой пузырьки с голубоватой жидкостью.

Я уже видел её раньше. Сильнодействующий наркотик на основе альва-эссенции, концентрированный альвитин. Он дарил эйфорию и ощущение всесильности, но подсевшие на него заканчивали в больнице с разжиженными мозгами. Запрещенный наркотик давали только с особого разрешения.

— Это последний раз, Орлов. Я и так сделал достаточно, чтобы вы меня приняли.

— Да брось, Егорка, — усмехнулся тот, убирая пузырьки. — Мы же друзья, верно? А друзьям надо верить. Ты только докажи, что мы в тебе не ошиблись.

— Как?

— Ну, посуди сам. Если ты того козла сегодня не завалишь, о каких делах вообще может идти речь? Никому не нужны лузеры.

Он протянул Егору альва-кольцо.

— Прикончи ублюдка Вайнера.

Повисла тишина. Егор посмотрел на Орлова — и усмехнулся, кивнув на колбочки с запрещёнкой.

— А ты, похоже, и сам эту дрянь употребляешь, раз просишь о таком.

— Что такое, Егорка, ты испугался? — осклабился тот. — Ты, верно, забыл, кто он? Отщепенец из опального рода, за него некому вставать. Он и упадёт-то с одного тычка.

— Точно, — кивнул Серёга. — Сам виноват, раз вызвал на дуэль, не рассчитав силы. Ты вот что, ударь его хорошенько. Зуб даю, он сложится от первого же тычка. Ну а кто ж знал, что между вами такая пропасть в силе? Ну вот он и того…

Трое сообщников ехидно посмеялись. А Кирсанов лишь сильнее нахмурился.

— Может и так. Но не нравится мне эта идея. Рискованно.

— Ой да брось ты, а! — вскипел Орлов. — Боишься, опричники тебя зажмут? Тебя, наследника князя Кирсанова, с его-то властью и связями? Можно подумать, раньше он тебя не отмазывал. В крайнем случае — у нас есть связи с генеральным прокурором. Один раз он уже вытащил меня из переделки покруче этой. Давай, не дрожи, мы своих в обиду не дадим.

Я заметил, как Егор в сомнениях пожевал губу.

— Значит, получается, — наконец, выдал он. — Вайнер не на того напрыгнул — и по дурости разбил себе голову.

— Роковая случайность, — неприятно улыбнулся Орлов. — С кем не бывает. Хорошо, что ты всё понял, Егорка. Давай, думай, а мы пойдём.

Трое ушли, оставив Кирсанова. Из-за двери послышались шум воды и плеск, будто он раз за разом окатывал себе лицо.

Мы с Лили молча смотрели друг на друга, но едва вода стихла, а дверь скрипнула за вышедшим наружу Егором, девушка убрала мою ладонь со рта.

— Похоже, у тебя проблемы, человек.

— Рад, что ты заметила.

— Я могу помочь тебе, — её глаза лукаво блеснули.

Ну да, как же. Чутье подсказывало, что помощь кодекса без контракта будет стоить мне очень дорого.

— Обойдусь. Это дела людей, Лили, не вмешивайся, с Кирсановым я справлюсь сам.

— Уверен? Тот парень довольно силен, да и магия в нём… — она прищурилась. — Впрочем, поступай, как знаешь, человек. Но ты уж постарайся победить, мне пришлась по вкусу твоя альва.

Лили обнажила зубки в ехидной улыбке.

— Не хотелось бы упускать такой шанс. А, и еще одно. Ты же чувствуешь это?

Она провела ладонью по моей груди. Жжение усилилось так, что я заскрежетал зубами.

— Если не найдешь гримуар, стигмата сожжёт тебя в течение двух, максимум трёх дней. Решай свои проблемы быстрее, человек.