Главное — у меня будет весомая причина «обозлиться» на королевскую династию, виня Николаса и всех к нему причастных в гибели моего отца. Я смогу во всеуслышание заявить, как меня бесит нынешний император, не ездить в столицу, не показываясь на глаза Биаре или Аграилу, безнаказанно укреплять герцогство, строя «тайные» планы по свержению нынешней династии и наконец — послать лесом Николаса и его невесту когда начнётся война.

Эгоистично? Да.

Лицемерно? Еще как.

Поступок ли это настоящей мрази, заботившейся лишь о благополучии собственной шкуры? Как ни парадоксально и да, и нет. Ведь я будущий герцог. Тот кто несёт полную ответственность за жизни сотен тысяч людей, живущих на моих землях. Моё благополучие это их благополучие. И наоборот.

Мне просто не выгодно губить в войне с демонами, некромантами, эльфами, орками и остальными людьми, своих подданных, которые в будущем своей грудью закроют меня от других врагов.

Так что такая позиция оставалась для меня самой правильной и верной.

С другой стороны, я мог ошибаться и отец не пойдет в самоубийственную атаку с императором и без проблем вернётся домой. Тогда всё станет гораздо легче, а с другой стороны сложнее. Живой герцог это не только сильный боец, способный в одиночку вести за собой огромные армии. Это истинный символ власти и авторитета в герцогстве, при котором благородные рангом пониже даже пикнуть без спроса боятся, не то, что возразить. Будут ли слушаться его малолетнего наследника, без тени батьки за спиной, совсем другой вопрос.

С живым Владиславом, усиление наших земель и будущие войны пройдут гораздо легче. Но и ввязываться в них придётся по-настоящему. Да, я почти не знаю герцога Ворона, ведь за эти два года, большую часть времени я провёл вместе с матерью или няньками, лишь изредка видя отца на семейном обеде и ужине.

Но я помнил с каким блеском и эмоциями, ему не свойственными, он отреагировал на призыв императора. Как взбудоражился, как быстро собрал армию, как постоянно говорил, что это честь отправиться на войну с отродьями Ургаша со своим сюзереном. Ведь не смотря на свою внешнюю холодность, Владислав Ворон оказался истинным рыцарем империи.

Верным, преданным и чтящим старые связи. Эх, сколько раз я за дни сборов услышал от него, что наша семья ведёт своё начало от Сандора Ворона, старшего сына герцога Вячеслава Грифона. Что именно благодаря этой связи и собственной силе наш предок Андрас смог завоевать расположение Ивана Грифона, первого правителя Священной Империи Грифона, и стать герцогом Вороном.

В общем, отец был предан нынешней династии до такой степени, так что я не удивлюсь, если он первым рванет к порталу в преисподнюю, а даже если выживет, в будущем будет в первых рядах армии, воюющей против Аграила.

И вряд ли я этим мог хоть что-то сделать. Уже сейчас Мельхиор начал читать в моём присутствии молитвы посвященные величию Эльрата и могуществу святого Света, а мой первый мужчина-воспитатель, введённый в свиту всего пару дней назад и обладавший на подозрение развитыми мышцами для простого человека, начал рассказывать о том, как мои предки были преданным династии Грифона.

Не зная о ветре в голове у нынешнего императора и наследника, то подумал бы на какую-нибудь интригу. С детства вбивать в наследника герцога верность к другой семье? Странно, но ладно. В конце концов, в чужой монастырь со своим уставом не ходят.

Но в любом случае, план на ближайшие двадцать лет у меня простой — расти, набираться сил, собирать верную свиту, усиливать герцогство и внимательно наблюдать за происходящим при дворе. Игра игрой, канон каноном, но за одиннадцать основных кампаний и четырнадцать одиночных миссий, нельзя полностью раскрыть всего происходящего в Асхане и даже Империи Грифона. Слишком этот мир огромен.

Что произошло с герцогами Гончей, Волка и Быка, которых ни разу не показали в компании?

Где началось новое демоническое вторжение?

Как прошло регентство Фионы, матери Николаса?

На все эти вопросы, у меня не было ответов и получить их я мог лишь внимательно следя за происходящим в Когте.

Как там говорил Годрик в начале кампании Повелителей Севера — политика это шахматная партия, где играют живыми фигурами. Я прекрасно осознавал, что мордой не вышел чтобы считаться игроком на фоне таких монстров как Тиеру, Маркел, Раилаг, Зехир и Кха-Белех. Так что единственное, что мне оставалось это копить жирок и готовиться.

Ведь, в канун Шестого Затмения, я должен был стать фигурой, которую даже тронуть остальным игрокам будет себе дороже.

Эльда, 7 день месяца Кровавой луны, 951 год Седьмого Дракона.

Резиденция герцогов Воронов, Пик Воронов, Герцогство Воронов, Священная империя Грифона.

Вскоре карета подъехала к воротам резиденции и я, выглянув из окна, в очередной раз поразился красотой и масштабами этого строения.

Сам по себе Пик Воронов являлся столицей герцогства всего век, с того момента когда Иван Грифон победил в Десятилетней войне и заполучил в свои владения земли рода Соколов. Вот только владение двумя провинциями нарушало баланс между остальными герцогами империи, поэтому он отдал старые владения своего рода моему предку, Андрасу, который и основал герцогство Воронов.

Но это не означало, что Пик уступал старой столице герцогства Грифона — древнему городу Исталону. Наоборот, по словам моей няни и кормилицы Алины, которая была родом из тех мест, Вороний Пик ни капельки не уступал, а даже наоборот превосходил старую столицу провинции.

Три кольца высоких десятиметровых каменных стен опоясывали город, который раскинулся между трёх пиков, названных Вороньими Когтями. Пик был построен по строгому плану, где каждая его улица соединялась с другой в определенной последовательности, образуя сложный и запутанный лабиринт, мало понятный человеку впервые здесь оказавшемуся. Но нужда была сильнее удобства — соседство с Ранааром и жившими там племенами диких орков накладывало свой отпечаток и Вороны использовали все доступные средства, дабы усилить оборону своей столицы.

Сквозь сам Пик протекала полноводная горная река, истекающая из Ока Эльрата, священного озера расположенного в центре огромного плато, на котором стояла столица. Над главной водной артерией города были построены десятки больших и малых мостов, на некоторых из которых даже стояли дома простых жителей.

Последние представляли собой одно или двухэтажные домики, покрытые красной черепицей и большими застеклёнными окнами, бывшие символом богатства столицы. Правда, откуда они взялись в магическом средневековье я не знал, ведь было слишком тяжело узнать хоть что-то интересное, когда тебе всего два года, а большую часть времени тебя окружает почти полностью безграмотная прислуга. Нет, их учили читать и писать, но до самостоятельного расширения кругозора им было ещё далеко.

Сам замок-резиденция возвышался над остальным городом на целых пятнадцать метров. Высокие стены, с частыми башнями и бастионами, высоким и узким донжоном, одним своим видом говорили о том, что тяжко придётся штурмующим. А ярко-красная черепица крыш, небольшие зелёные сады, цветущие аллеи и вымощенный жёлтым камнем внутренний двор придавали моему дому какую-то пастельную, умиротворяющую красоту.

Смотря на нашу столицу, я поражался таланту спроектировавшего её архитектора и тому труду, который в неё вложили возводившие её строители.

«А ведь говорят, что Коготь ещё красивее», — припомнил я слова матери, когда листая толстый фолиант какого-то путешественника, который мне дали лишь из-за нарисованных там картинок и зарисовок, наткнулся на иллюстрацию один в один повторявшую полностью отстроенный город Ордена Порядка из пятой части игры.

Это оказался Коготь.

Признаюсь, в детстве, когда я в первый раз играл в пятых героев, меня до глубины души поразил вид города людей. Невероятно высокий донжон, построенный на острове по середине реки, красивые предместья, с бесконечными рядами аккуратных небольших домиков, двумя рядами стен, статуей алтаря Cвета и стоящими на вершине главной «башни» напротив друг друга Капитолий и собор Эльрата, которые игрокам показывали под очень красивую и возвышенную музыку.