Криии!..

Те не заставили себя долго ждать — не успел дождь из обычного ливня перейти в тропический, как со стороны замка раздались крики десятков грифонов, вынырнувших из облаков и стремительными кометами полетевшими вниз, на неожидавших такого защитников.

— Копья!!! — Не знаю, были ли среди предков Глена орки, но его громогласный рев смог перекрыть даже гром, мгновенно привлекая к себе внимание всех обороняющихся. — Стрелки! Бей вверх!

«Не поможет» — С довольной ухмылкой подумал я, своими глазами увидев (спасибо вовремя сверкнувшей молнии), как грифоны своей массой пробив городской щит не атакуют растерянных лучников или жрецов, а выбрасывают им на головы крупные мешки, снабженные простенькими эрзац-парашутами. — «Хотя и без них груз долетел в целостности и сохранности»

В тот момент я не видел, но чувствовал по царящему на поле боя настроению как из десятков приземлившихся и разрезанных еще в полете мешков вываливаються сотни, если не тысячи черных крупных крыс, тут же сориентировавшихся и рванувших прочь от ненавистного им дождя. Прямо в раскрытые проходы и коридоры, ведущие вглубь имперского замка.

«На что я и рассчитывал» — Довольно ухмыльнулся я и отправил очередной, перекачанный силой Небесный огонь в один из бастионов, надеясь воспользоваться воцарившейся паникой и нанести защитникам хоть какой-то урон. Погибнет от него кто-нибудь из защитников или нет не играло никакой роли — свое главной цели я достиг, а значит оставалось лишь ждать и поддерживать почти вошедший в полную силу ливень.

Все что нам оставалось это не дать защитником перегруппироваться и избавится от нежданных гостей. Вода, гравитация и плешивые крысы отловленные со всей имперской провинции сделают всю работу за меня.

Скоро перед защитниками этой крепости встанет тяжелый выбор: либо сдаться, вверяя свои жизни в руки Северного союза, либо остаться верными Изабель и превратить имперский замок в самый большой могильник в истории Асхана.

***

Шальда, 23 день месяца Изумрудной песни, 970 год Седьмого Дракона.

Полтора месяца спустя.

Верхний бастион, Имперский замок, Коготь, имперская провинция, Священная Империя Грифона.

Каждый шаг давался ему тяжело. Ноги, могучие и натренированные, способные доставить своего владельца куда угодно, медленно плелись по ступенькам, в направлении выхода на верхнюю галерею. Руки, привыкшие держать как меч, так и угольный карандаш для расчетов с трудом опирались на стену, помогая своему владельцу идти вверх.

Туда, где его ждало тепло закатного Солцнца и бескрайние зеленые равнины, которыми он ранее часто любовался, слушая тихие песнопения, доносящиеся из центрального собора.

Но не сегодня. Не сейчас.

Не после того, как на его руках погиб от голода первый ребенок, до этого заболевший и слишком ослабнувший. Не после того, как ему своими руками пришлось сжечь целый склад, полный пораженного плесенью зерна. Не после того, как вместо привычных разговоров и нервных шуток о происходящем из уст жителей столицы он услышал лишь плачь и проклятия.

Проклятия не только на голову того, из-за кого все это случилось, но и его лично, за то что допустил подобное.

Не предотвратил. Не предсказал. Не додумался.

В очередной раз оказался хуже своего старшего брата.

«Витторио был прав… Не гожусь я в командиры» — Подумал мужчина, наконец поднявшись на вершину бастиона и замерев на самом краю, откуда открывался вид на разрушенный и сожженный город, а также лагерь тех извергов, кто додумался и осуществил подобное. — «Не хватает мне во мне его твердости. Той самой решительности истязать не только врагов, но и жертвовать своими»

— Однако в первую очередь я рыцарь. Рыцарь Империи. — Прошептал командующий обороной столицы, со всей силы вцепившись ладонью в свой крест и до крови его сжав. — Тот, кто поклялся хранить жизни людей и защищать их до самого конца.

Следующие слова он не произнес.

Процедил, сквозь крепко сцепленные зубы.

— Даже если ради этого придется пройти против собственной клятвы.

Бух…

Последовавшее за этим падение на колени, вдох максимального количества воздуха и усиления горла с помощью маны заняло считанные секунды, а затем над всем городом и его окрестностями разлетелся громкий, раздирающий от переполнявшей его злобы и обиды крик.

— ВО-РО-Н!!! Я СДАЮСЬ!! ГОРОД ТВОЙ!

...

На такой ноте осада столицы и завершилась. Она длилась почти три месяца, унеся за собой почти полторы тысячи воинов с обеих сторон, 89 мирных жителей, погибших от голода и болезней, а также одного ребенка.

Одного невинного годовалого ребенка, умершего на руках не готового к такому мужчины. Мужчины, который впервые в жизни возненавидел кого-то больше всех демонов, некромантов и культистов вместе взятых.

Ашда, 25 день месяца Изумрудной песни, 970 год Седьмого Дракона.

Два дня спустя после взятия столицы.

Башня Густава, Центральные ворота, Внутренняя стена, Коготь, имперская провинция, Священная Империя Грифона.

— Где наш дом? Где наш дом?! — Кричал старый и сильно осунувшийся горожанин, стоя напротив руин трехэтажного особняка, от которых остался лишь каменный остров.

— Мама, я кушать хочу.

— Потерпи, золотце. Скоро мы поедим. Обещаю тебе. — Успокаивала меленькую девочку простая прачка, одетая в потрепанное серое платье и послушно стоя в очереди на полевую кухню, умудрившуюся растянуться почти на милю.

— Варвары. Эти северяне гре***** варвары. Даже хуже орков! Ты посмотри что они сделали с нашим прекрасным городом!

— Верно. Не зря его величество Николас так сильно их не любил. — Ругались двое забулдыг, стоя в одном из переулков и распивая на двоих покатую бутылку, с неизвестно где найденным алкоголем.

— Вор! Вор! Остановите вора!

— Чего вы стоите? Вы стража или кто?! — Кричал мещанин, у которого какой-то оборванец вырвал мешок, судя по легкой белой пыли, поднимающейся от него, доверху наполненный мукой.

— Мы воины милорда Ворона. У нас другие задачи… — Терпеливо отвечали мои люди, которых остановили на половине пути в кузнечный квартал, где назревало очередное столкновение с цеховыми ремесленниками, решившими уже во второй раз отбить свои мастерские, реквизированные для починки снаряжения.

— Да будьте вы прокляты! — Воскликнул мужик, до хруста сжав кулаки. — Пришли, сожгли здесь все, а теперь ничего не делаете! Даже простых воришек поймать не можете! Ничтожества! Трусы!

Вот здесь нервы у одного из моих солдат не выдержали и он со всего размаху дал в зубы слишком осмелевшему горожанину. Брызнула кровь, исхудавшее тело упало на брусчатку, а латник уже хотел открыть рот, дабы высказать что он думает о слишком многом на себя взявших столичных пейзанах, как неожиданно остановился, сплюнул и продолжил путь вместе с остальным отрядом.

«Наверняка получил приказ по Связи» — Подумал я, хмыкнув и перестав подавать в уши ману, обострявшую слух и дававшую слышать все происходящее на сотни метров вокруг. — «Нужно будет узнать, кто у них командир взвода и выдать премию, раз так хорошо контролирует своих людей»

На этом короткая пауза из нейтральных и, отчасти, веселых мыслей, закончилась, вернувшись на былой уровень. Где-то в район Шио… Где спит Ургаш…

Два дня назад мы окончательно взяли столицу…

Нет, не так. Звучит недостаточно пафосно. Лучше по другому:

Два дня назад перед нами отворил ворота самый неприступный и защищенный замок во всей Империи. За весь Асхан говорить не буду, все же здесь существовали такие чудеса как столица Игг-Шайла — Конос, настоящий висячий город, построенный в настолько огромной пещере, что по слухам там раньше располагалось лежбище Малассы, или легендарная Эддория, столица Империи Лотоса, если верить летописям расположенная в самом глубокой впадине Асхана, из-за чего жить там могут только глубинные наги как самые крепкие и сильные представители своего народа.