— Гра-а-а-а-а!!! — взревели и только и ждавшие приказа демоны, в едином порыве бросившись вперёд.

Это была не битва. Это была резня. Резня, где каждая сторона пыталась забрать своего врага с собой.

Я своими глазами видел, как однорукую бестию разрывают на куски мощные челюсти отродья, прежде чем она успевает вонзить кинжал ему в глаз. Видел, как обескровленный мастер-лучник душил своего врага леской от порванного лука, пока его товарищ-друид, обратившись в медведя, удерживал в своём животе пылающий клинок. Видел, как визирь-ракшасса с отсеченными руками метался по всему двору, целясь зубами в шеи ненавистных тварей. Видел, как гном с переломанными ногами до последнего колотил черепушку своего врага, прежде чем его выносливость подошла к концу.

Однако больше всех выделялись орки. Пострадавшие больше всех и почти в полном составе оставшиеся со своим вождём, они сражались до последнего, не жалея ни крови, ни плоти.

— У-р-р-р-р-р!!! — Ревели они свой победный клич, размахивая булавами и клинками.

— За Отче-Небо! За Мать-Землю! — Кричали их шаманки, вскрывая собственные вены и призывая на головы демонов проклятия, которых даже я доселе не видел.

— Бейтесь, братья и сёстры! Бейтесь за свободу Асхана! — А впереди их всех стоял Курак, смело принимая все прилетавшие по нему удары. Прямо на моих глазах одно из отродий ударило его наискосок своим пылающим клинком, стесав часть мышц с рук и груди, но старый вождь даже не пошатнулся. Он лишь ухмыльнулся, довольно рыкнул и нанёс ответный удар, проломив этой образине череп насквозь.

«Они отказываются умирать. Отказываются просто так сдаваться или бежать», — шокировано понял я, в это время отсиживаясь в обороне и принимая атаки Кирилла и Сары на щит. Зану в это время сдерживали целых четверо убийц, однако они были ранены и уже вскоре должны были пасть к ногам восторженной суккубы. — «Они делают всё, дабы дать остальным возможность сбежать».

Не передать, как в тот момент мне было тошно. Хотелось взорваться силой, отбросить опостылевший щит и перейти в атаку. Вместе с Кураком раскроить черепушку предателю Кириллу, вырвать крылья падшему архангелу, а одной наглой суккубе засунуть хлыст туда, куда не светит Солнце.

Но я не мог.

Не мог так рисковать.

Я вождь и вдохновитель этой экспедиции. Без меня они потеряют инициативу и замедлятся, дабы выбрать нового лидера и разработать дальнейший план действий, что в текущих условиях подобно смерти.

Ведь сейчас, когда осада Ур-Хаккала подходит к финальной стадии, на счету каждая минута. Любое промедление равносильно проигрышу, а это значит, что сейчас моя задача проста — стоять здесь, сдерживать демонов и смотреть, как разумные, поставившие на кон собственные жизни ради моей идеи, мучительно погибают.

«Ненавижу», — подумал я, бросив полный злобы взгляд в сторону замершего неподалёку Кирилла. Судя по его лицу старого грифона, эта ситуация даже забавляла, что выводило мою ярость на новый уровень.

Однако рваться в бой было нельзя. Нужно было ждать и терпеть.

Ждать и терпеть…

— Кхар… — выхаркал полный рот крови Курак, оперевшись спиной о мою спину, когда во внутреннем дворе крепости остались только мы вдвоем.

Три минуты сорок семь секунд.

Ровно столько потребовалось пещерным отродьям, дабы перебить лучших воинов Асхана и теперь окружить нас, готовясь к последнему рывку.

— Это конец, — с сипом и кашлем еле произнёс старый вождь, всё ещё крепко сжимая в руках меч.

— Согласен, — кивнул я, чувствуя, что тоже нахожусь на последнем издыхании. Сдерживание врагов уровня Кирилла и Сары нельзя назвать чем-то лёгким.

— Уходи. Не рискуй понапрасну, — еле произнёс Курак, чья жёлтая кожа, почти полностью скрытая под демонической и собственной кровью, побледнела, сравнившись цветом с выцветшим пергаментом.

— Хорошо. — Я не стал с ним спорить, прекрасно понимая, что тот не оценит. Ведь степняки ценили результат, а не красивые жесты, наподобие рыцарей. — Клянусь, я доведу дело до конца.

— Хоть эту клятву ты исполни, — произнёс Курак, прежде чем меня окутало заклинание Малой Телепортации, унеся в сторону маяка, подготовленного в одной из повозок экспедиции, оставив моего друга одного. Умирать.

Да, я всё правильно сказал. Друга…

Ведь сколько бы дерьма между нами ни произошло, сколько бы крови между нами ни было, за последние несколько месяцев он стал для меня сначала боевым товарищем, а потом другом, которому я без раздумий доверил спину.

«Уверен, он хорошенько хлопнет дверью напоследок», — подумал я, появившись во вспышке телепортации и сразу бросая взгляд в сторону туннеля, ведущего к покинутой нами Цитадели, откуда отчётливо полыхнуло маной. Дикой и необузданной маной, прекрасно характеризующей своего владельца. — «Покойся с миром, Курак. Верный друг. Старый враг. Настоящий герой».

Мальда, 21 день месяца Паучьей королевы, 970 год Седьмого Дракона.

Пол часа спустя.

Один из туннелей, каверна, шестой уровень, Дьявольские глубины, центральные регионы Шио.

Настроение было поганым.

Очень поганым.

Просто невероятно поганым.

Настолько, что даже смертельная усталость и сильнейшее манаистощение не давали мне присесть и отдохнуть. Вместо этого все мои силы, умения и опыт были направлены на самые важные и необходимые задачи — побыстрее организовать лагерь, подготовиться к возможному нападению Кирилла, пересчитать и исцелить выживших, а также…

— Это все? — спросил я у стоявшего рядом Соргалла, до сих пор баюкающего ранее оторванную, но теперь регенерированную руку. Для него это был первый подобный опыт, ведь среди жителей Игг-Шайла было достаточно трудно найти высококвалифицированного мага света и такие ранения, зачастую, становились приговором.

— Да, — кивнул он, бросая на меня полный раздражения и ожидания взгляд. — Все, кого мы смогли унести. Ровно триста восемь трупов.

— Хорошо, — кивнул я, окидывая глазами небольшую горку из тел людей, эльфов, гномов и других волшебных созданий, таких как ракшасы или единороги. — На это у меня сил хватит.

«Хоть я и буду делать это в первый раз, — подумал я, готовясь к очередному надругательству над собственным телом и душой, — но это того стоит».

Вдох…

Выдох…

Крылья ангела распахнулись. Знания и все необходимые мантры из Кулона Мастерства мерно потекли в мозг, а над "Верностью" начали медленно появляться белоснежные магические круги, постепенно заполняемые строгой последовательностью сигилов, слегка модифицированные под мои "особенности".

— О великий Эльрат, чей лик разгоняет тени былого! — начал зачитывать я литанию, чувствуя, как голос привычно вплетается в ткань заклинания, усиливая и дополняя его. — К тебе взываю в этот час безмолвия.

Первый круг готов. Приступаем ко второму.

— Пусть искра жизни, затерянная в сумерках, вновь обретёт свой дом.

Третий круг начал формироваться, постепенно исчезая под гравировкой из сигилов.

— Пусть Асха даст шанс своему дитя, чьё время еще не настало.

Четвертый круг, бывший моим пределом даже с энергией веры, воссиял, вступая в резонанс с остальной структурой.

— Разрушь оковы вечного сна, согрей остывшую кровь силой несгораемого Порядка!

Пятый, завершающий круг дался мне тяжело. Тело ныло, перед глазами мелькали черные точки, а голова раскалывалась, будто меня титан огрел кулаком по затылку. Но останавливаться было нельзя. Ведь единственный аббат, владеющий этой магией, лежал среди этих трупов, а через несколько минут истечет максимальный срок поднятия и их души покинут погибшие тела.

«Так что сцепил зубы и за работу!» — рыкнул я на себя, готовясь к финальному рывку.