Не такого ответа я ожидал.

— Отдохни как следует, — я погладил её плечи и ободряюще улыбнулся. — Ты молодец, Лили. Набирайся сил.

— Мне пора, — Карина взглянула на часы. — Похоже, рассчитывать мы можем только на свои силы.

— Я провожу тебя.

Оставив Лили, мы вышли в коридор. Прошли по закрытым переходам к подземной парковке, и уже у выхода я придержал девушку за руку.

— Погоди.

— М? — она обернулась.

Я обнял её и прижался к её губам. Она стиснула мои руки — и, встав на цыпочки, раскрылась поцелую.

Мы стояли обнявшись почти минуту, пока наконец-то не оторвались друг от друга с жарким выдохом.

— Если будешь так делать и дальше, то придётся как-то смириться с мыслью делить тебя с твоим кодексом, — с улыбкой прошептала она и провела ладонью по моей щеке. — Мне правда пора. Скоро увидимся.

Я выпустил хрупкую девушку из объятий и открыл дверь на парковку. При виде её худенькой фигурки, спешащей к машине, в груди болезненно сжалось сердце.

Между нами было всё, от ненависти и презрения до страсти и настоящей любви. Но именно сейчас я ощутил, что могу потерять её навсегда. И всё же не должен был её останавливать.

— Карина, сделай сыворотку как можно скорее и передай мне, — сказал я ей в напутствие. — И храни тебя Всеотец.

Улыбнувшись мне в ответ, она отбросила со лба упрямую лиловую прядку.

— Вот увидишь, твоя красавица жена и будущая императрица сделает всё безупречно, — дерзко улыбнулась она. — А ещё, когда вернусь, давай мы…

Она осеклась на полуслове и, замешкавшись, качнула головой. И всё же я заметил, как покраснели её уши.

— «Давай» что? — тихо спросил я.

— Скажу, когда мы закончим, — улыбнулась она и, стиснув кулачок, поспешила к машине.

Московский Церемониальный Дворец. Четыре дня спустя.

День коронации.

Концентрация альва-частиц 27,6 на миллион.

Дворец был переполнен людьми. Всюду сновали слуги, младшие чины, гвардейцы и персонал, отвечавший за подготовку.

А снаружи доносился гомон тысяч голосов, сливаясь в один сплошной мерный гул. Он долетал даже до Зала Момента, где ожидал начала церемонии будущий император.

В сотый раз проверив роскошный красно-золотой костюм для коронации, Роман обернулся к главе совета родов и Аластеру.

— Люди ждут начала, — он испытующе посмотрел на пожилого мага. — Так почему вы с такой неохотой согласились на церемонию? Разве я не сдержал свое слово?

— Испытание, ваше величество, ещё не завершено, — осторожно ответил старик.

— Разве? — Роман вскинул брови. — Я выполнил все условия, которые в мне ставили. Я покончил с восстанием буквально за неделю. Мы обезглавили бунтовщиков. Лишили их поддержки и окружили, отрезав от снабжения. Мои гвардейцы прямо сейчас добивают остатки их сил.

— Всё так, но… — глава рода покосился на Аластера и задумчиво хмыкнул. — Проблема альва-монстров не ушла. Да, вы подавили восстание, но какой ценой? Несколько городов утонули в крови…

— Зато я спас Империю от развала, — жёстко перебил его Роман, хмуря светлые брови. — Нельзя избежать большой боли, не испытав малой. Именно так меня учил отец, ваша светлость. Именно так я и поступил.

Глубоко посаженные глаза старика встретились с его взглядом. Маг смиренно кивнул и отвел взгляд.

— Вы правы, ваше величество. Ваш отец не стал бы медлить. Но возможно, он использовал бы другие методы.

— Довольно тяжелых разговоров, — молодой правитель улыбнулся и подошел к позолоченным дверям, ведущим из зала. — Сегодня же праздник! Вы слышите, сколько народу собралось снаружи?

— Мой господин, — Аластер приблизился. — Там сейчас огромная толпа, все ждут вашего появления.

— Тогда не будем заставлять их ждать, — он нажал на ручки и толкнул заскрипевшие створки. — Пора начать новую эру Империи!

Под грохот фанфар и взвившиеся в воздух крики ворота раскрылись — и Роман вышел на огромный балкон, нависавший над колоссальных размеров площадью, заполненной людьми.

— Ваше величество, все готово к началу, — встретил его министр Долгорукий. Рядом с ним были главы всех родов, министры, члены всех ветвей огромной царской семьи третьей и четвертой линии. Люди, облеченные властью и силой, расступались перед ним, давая пройти к краю роскошной мраморной балюстрады.

Воздух гремел, отдаваясь вибрацией в груди. Руки подрагивали от волнения. Скосив глаза на грудь, где сверкали медали и гербовые знаки рода, Роман стиснул эфес висящего на поясе меча и пошел вперёд.

Десятки ароматов цветов из сотен ваз и букетов переплелись в воздухе и обрушились на него, щекоча ноздри.

Так пах триумф. Его триумф, наконец-то.

— Жители Империи! — прогремели динамики голосом министра. — Церемония коронации начинается!

— Всё в порядке? — Роман подошел к краю балкона, где вместе с остальными стоял глава опричнины Пожарский. Тот с улыбкой кивнул ему в ответ.

— Всё под контролем, ваше величество.

Роман посмотрел вниз, на ликующую толпу, и помахал им рукой.

Он не заметил, как цепкий взгляд опричника вычленял из толпы оперативников и повстанцев, замаскированных под простых людей.

— Разумеется, под контролем, — с улыбкой ответил Роман и шепотом добавил. — А если что-то пойдет не так, мне есть, чем ответить.

Москва, площадь перед Дворцом Коронации.

Концентрация альва-частиц 25,5 на миллион.

Автозак, в кузове которого мы разместились, стоял на самом краю переполненной площади. Снаружи доносилось гудение толпы, больше похожее на громадный пчелиный улей.

Напротив меня сидела Руи и глубоко дышала, прикрыв веки. Сжав кулаки, она беззвучно шевелила губами, словно считала про себя.

Я поймал взгляд сидевшей рядом с ней Лили. Накачанная энергией настолько, что её светящиеся в полутьме глаза поблескивали, как два самоцвета. Ауру альвы моего кодекса едва сдерживали комбинезон и проведенные нами накануне ритуалы.

Даже сквозь костюм я ощущал мощь Владыки Пустоты, оказавшейся посреди столицы. Любой маг бы её заметил, окажись он поблизости. Но мешанина аур сотен магов размывала её след.

И хоть на небе не было ни облачка, душный и промасленный воздух пах надвигающейся грозой.

Голоса снаружи внезапно притихли, сменившись волнительным гомоном.

— Вот-вот начнется, — я машинально коснулся кнопки на запястье. — Все на местах?

— Брат с госпожой Аксеньевой уже на позиции возле ворот, — кивнула Руи, открыв глаза и моментально переключаясь. — Опричники тоже держат свои точки.

— От Поли есть весточка? — сощурился я.

— Ни слова, — мотнула головой Руи. — Но опричники сказали, что в толпе очень много простолюдинов с алыми повязками. И с каждым часом их становится больше.

— Значит, привела друзей на коронацию.

Я кивнул, подмечая про себя — всё идёт как надо.

— Лили, как у тебя?

— По прежнему, — девушка расслабленно улыбнулась, но я подметил её напряженные скулы. — Решение мы узнаем только когда всё начнётся. При любом раскладе, я с тобой, Слава.

Я улыбнулся ей и посмотрел на часы. Оставались считанные минуты до начала церемонии.

День, который войдёт в историю Империи, независимо от его результата.

— Надеюсь, у Карины тоже всё получилось, — я посмотрел на альвафон. — До сих пор ни весточки. Чёрт, вот знает ведь, что от неё сейчас буквально зависит всё.

Мы с Руи переглянулись. Однажды лекарство Карины уже переломило тяжелейшую битву с Владыкой. И сейчас ключ к победе над Романом был в руках Карины. И то, удастся ей в кратчайшие сроки разработать новую версию своей вакцины, или нет, решит куда больше, чем любая битва.

— Пигалица любит нагнать важности, ты же знаешь, — фыркнула Лили. — Нашла время…

— Тихо, слышите? — Руи подняла палец.

Снаружи донесся голос Романа, усиленный сотнями динамиков.

— Ребята! — отдернув шторку на переднем сиденье, к нам обернулась Есеня. — Церемония начинается!