«Нет, меньше, если он уже расшифровал и освоил знания Сар-Илама», — подумал я, в очередной раз порадовавшись, что он на нашей стороне. Да, Кха-Белех тоже не подарок, но он заперт в Шио, а это значит, что напрямую его клинок до моей шеи не доберется.

— Пора начинать собрание, — прошептал я, заметив, как за окном Солнце почти взошло в зенит, а значит, до полудня осталось максимум полчаса. — Следуйте за мной, сир Годрик.

— Конечно, сир Андрей, — ответил третий представитель людей на этом Соборе, послушно последовав за мной.

Его присутствие — очередное свидетельство того, что Дункан сумел сделать не меньше меня за прошедшие. Так, неделю назад, заключив союзный договор с Алароном, он повел объединенную ироландско-имперскую армию на штурм Миллфилда, крепости, в стенах которой держались остатки армии герцогства Единорога, а также ангелы, не сумевшие спастись после поражения Метатрона. Защищала город одна из двух последних генералов, оставшихся верных Изабель, и не предавшая ее даже после Хикама.

Сражение вышло тяжелым.

Мало того, что Миллфилд, бывший главной имперской житницей, был прекрасно защищен, так еще и враг Дункану попался очень неудачный.

Эллайна была уникумом наравне с Айрис. Однако если моя жена от природы обладала особой связью с грифонами и невероятным талантом к освоению магии, то дар уроженки земель Гончей был более прост, но не менее чудовищен.

Невероятно выносливое и мощное тело.

Да, да, глядя на эту худую и изящную женщину с горчичными кудряшками, мало кто догадывался, что она способна любого мужика без труда скрутить в бараний рог. Но сама по себе эта особенность не была чем-то невероятным. Ведь это Асхан — мир, где обитают йети, гидры, ракшассы, драконы и прочие мифические чудовища, чья физическая сила многократно превосходит людскую.

Родись Эллайна в Лиге и Вольных городах, то ничем бы не выделялась, но в Империи, где до предела усовершенствовали заклинание Усиления, превзойдя даже чародеев из Академии… Заняв оборону у ворот и активировав максимальное ангельское усиление, которое даже меня убьет после минуты использования, воительница начала своим молотом крушить любого неудачника, подошедшего на расстояние удара ее молотом.

Люди, эльфы, энты, единороги, полноценные рыцарские копья… Никто не смог прорваться сквозь эту хрупкую женщину, решившую посвятить свою жизнь служению фальшивой императрице.

Остановить Эллайну смогла лишь совместная атака леди Анвен и сира Акселя, первого меча Быков. К тому времени ворота крепости больше напоминали сплошную стену из тел, на вершине которой стояла раненая и окровавленная, но не сломленная женщина.

«Не знаю, смог бы я так же», — подумал я в тот момент, когда до меня дошли подробности той битвы, по результатам которой Союз безвозвратно лишился 489 людей и эльфов, половина из которых пришлась на молот Эллайны.

Но своей цели Дункан достиг: Годрик и его армия были освобождены, а к Союзу присоединились пятнадцать тысяч свежих воинов.

— Вы точно в этом уверены, сир? Что бы ни говорили остальные, но вы лучше всех подходите, дабы представлять Империю, — спросил я в последний раз у Годрика, на что получил лишь добрый и насмешливый взгляд.

«Как же он постарел», — подумал я, рассматривая полностью белую шевелюру и глубокие морщинки, залегли в уголках голубых глаз. Да, сильнейший воин империи не потерял своих статей, выглядя как настоящее воплощение войны.

Богатый латный доспех, тяжелый синий плащ, золотая вышивка. Однако если знать, на что смотреть… Никакой родовой символики, никакой почетной стражи, никаких родовых артефактов, служащих показателем статуса, и самое главное — бронзовый терновый венок, символ раскаяния и покаяния. Обычно его носили провинившиеся рыцари, решившие отказаться от мирского и уйти искупать свои грехи в ордена паладинов.

Учитывая, куда он идет в таком виде, думаю, скоро у герцогства Единорога появится новый правитель, а у одного из орденов паладинов — новый магистр.

— Нет, сир Андрей, — ответил он, скрестив руки на рукояти меча. — Я потерял это право, когда допустил начало войны. Вы, молодежь, смогли исправить мои ошибки. Я не имею права забирать вашу славу.

— Хорошо. Как скажете, — кивнул я, а затем выпустил небольшой импульс маны, привлекший внимание каждого из присутствующих. — Господа и дамы, попрошу вашего внимания! Время почти пришло! Пора начать Собор. Его цель проста — разгромить пустоманта Маркела и положить конец интригам демонов и их повелителя Кха-Белеха.

Арда, 12 день месяца Лазурных приливов, 970 год Седьмого Дракона.

То же время.

Зал собраний Великого Собора, Капитолий, императорский замок, Коготь, имперская провинция, Священная Империя Грифона.

— Господа и дамы, попрошу вашего внимания! Время почти пришло! Пора начать Собор, объединивший под своими стенами пять великих наций. Его цель проста — разгромить пустоманта Маркела и положить конец интригам демонов и их повелителя Кха-Белеха, — возвестил я, вставая, поднимая руки и выпуская наружу ману, привлекая к себе внимание каждого из присутствующих. — Прошу вас занять свои места. Сейчас всё начнётся.

Возражений не последовало. Маги, орки и один рыжий гном послушно сев на свои места, а я и Годрик разместились подле Дункана, занявшего место во главе стола. Он, как лидер союза роялистов (что признавали даже бывшие сторонники Изабель) и будущий регент при малолетнем Андрасе, был неофициальным главой Собора, что бы по этому поводу ни говорили эльфы и маги. Ведь именно Империя оставалась сильнейшим членом альянса, а то, что война будет идти на принадлежащей ей территории, ещё сильнее усиливало наши позиции.

— Не буду затягивать, — сказал Дункан, встав и обведя присутствующих сосредоточенным, хмурым взглядом. — Наша цель проста — совместная война против нежити и демонов. Первыми мы разберёмся с выкормышами Маркела, а затем добьем шавок Кха-Белеха. Только изгнав их обратно в Шио, мы сможем вернуть мир на эти земли и обезопасить себя до следующего Затмения.

Услышав это, на лицах орков и Вульфстена появились довольные улыбки, а эльфы остались безучастными. Маги же нахмурились, и их лидер, Зехир, встал, оперевшись руками на столешницу.

— Мир? Как самонадеянно, — хмыкнул он, скривившись. — До мира нам ещё очень далеко. Напомню, что именно Империя нарушила старые договорённости и начала войну, вторгнувшись в Лигу и позволив Маркелу возвыситься. За это вы должны будете заплатить.

"О Эльрат, как же не вовремя..." — устало подумал я, вставая и собираясь по полной отыграть заранее отведённую мне роль.

— Напомню, что именно маги первыми нарушили соглашение, отказав в помощи во время недавнего Вторжения, — ответил я, с напускным раздражением буравя взглядом Зехира. Почему напускным?

Повторюсь — потому что это была моя роль, заблаговременно обговорённая и утверждённая вместе с Дунканом, тоже участвующим в грядущем представлении.

Плохой и добрый имперец.

Надеюсь, не нужно объяснять, кто кого играл?

— И не просто нарушили, — продолжил я говорить, играя для многочисленных вельмож и соглядатаев, наблюдающих за происходящим благодаря многочисленным комнатам и балконам, примыкающим к залу собраний. — Его императорское величество Николас, да осветит Эльрат его душу, соблюл все приличия и полностью уважил Лигу, отправив в качестве посла сира Годрика, герцога Единорога, второго человека в государстве и старого друга Первого в Круге. Сир Годрик, что вы получили в ответ, когда прибыли ко двору Сайруса?

— Лишь смех и упрёки в собственной глупости, — ответил старый рыцарь, с глубокой печалью опустив глаза.

— То же самое касается и эльфов, — сказал я, повернув голову в сторону Файдаэна. — Да, аббатиса Беатрис, исполнявшая роль посла, оказалась хорошо замаскированным демоном и не передала послание, но факт остаётся фактом. Вы не пришли на помощь союзнику, хотя знали о состоявшемся вторжении. Не исполнили свой долг.