Это позволило не только усыпить мешавших мне гвардейцев, но и тет-а-тет поговорить с Аграилом.

«Надеюсь, когда все вскроется, то он поймет зачем я это сделал» — Подумал я, продолжая выслушивать утешительные речи от старого воина, в глубине глаз которого так и осталось незамеченные мной подозрения, зародившиеся в сердце Хранителя Гробницы.

Силада, 3 день месяца Белой девы, 969 год Седьмого Дракона.

Два дня спустя.

Подвал резиденции Воронов, Пик Ворона, герцогство Ворона, Священная Империя Грифона.

— Андрей, ты же понимаешь, что я не могу откладывать новое собрание вечно? — Спросил у меня нахмуренный и бледный Дункан. — Изабель рвет и мечет, месчтая усадить свой зад на трон, а Годрик ее активно в этом поддерживает. Они уже заручились поддержкой половины столичных аристократов и если ничего не сделать, то весь Коготь попадет под их контроль.

— Я все понимаю, Дункан. — Сказал я, устало протерев глаза и добрым словом помянув одну гиперактивную парочку. — Но прошу тебя, дай мне еще несколько дней привести дела в порядок. Ты не лучше меня должен понимать, что в худшем случае нам понадобятся все силы, чтобы не дать им узурпировать трон.

— Знаю, знаю. — Утомленно ответил Дункан, запрокинув голову на верх. — Я сам отдал приказ не только не распускать действующую армию, но и начать тренировать новое ополчение. Но в любом случае нужно решить дело миром. Еще одной войны империя не переживет.

«Знал бы ты, мой друг, как ты ошибаешься» — Подумал я, вспомнив каноничную историю, где Изабель в союзе с Маркелом смогла в пух и прах разгромить сначала Серебряную Лигу, а затем разбить Ироллан. Да, в последнем случае очень помог прорыв Аграила на запад, оставивший в обороне эльфийского королевства знатную пробоину, да и в компании Файдаэна приходилось сражаться в основном с нежитью, а не людьми.

Но это ни капельки не принижало самого факта — Изабель, используя ресурсы разоренной и не полностью поддерживающей ее страны (сомневаюсь что Дункан и дедушка встали бы на ее сторону), смогла разгромить союз сильнейших магических городов. Говорило ли это о силе империи или о слабости и разобщенности Лиги, но одно можно сказать точно — недооценивать державу Грифонов было глупо.

— Как на них сработал мой подарочек? — Спросил я после небольшой паузы, имея в виду отданного день назад в аббатство Скарена Вайера. Уже оттуда его должны были переправить в замок Святой Розы, главную крепость Инквизиции, где им занялись бы лучшие из дознавателей бывших на службе у Эльрата.

— Только благодаря ему мне удалось перенести собрание еще на неделю. — Ответил мне Дункан, улыбнувшись самым краешком рта. — Ровно столько попросили инквизиторы, чтобы расколоть демона. Как ты вообще узнал, что он собирался напасть на Королевскую гробницу?

— В отличие от остальных, я изначально не доверял Годрику. — Солгал я, глядя своему другу прямо в лицо. Да, неприятно, но другого выхода не было. — Поэтому послал за Аграилом, тем демоном который убил императора, несколько своих егерей. Они смогли проследить за ним достаточно долго, чтобы узнать его новую цель, но после этого связь с ними прервалась.

— Сочувствую твоей потере. — Нахмурившись сказал Олень, положив руку на сердце. — Пусть Эльрат помилует их души.

— Пусть Эльрат помилует их души. — Повторил я за ним, чувствуя себя в этот момент настоящей скотиной. Да, эта ложь была во благо, но это не значило что мне было приятно обманывать собственного друга.

— Мне пора на встречу с несколькими имперскими лордами, так что я вынужден с тобой попрощаться. — Сказал на прощание он, начав чертить в воздухе знак, разрывавший связь между артефактами. — Увидимся через неделю, в Когте. До встречи, Андрей.

— До встречи, Дункан. — Кивнул я ему и, тоже разорвав связь, сказал в пустоту подвала. — И проси за тот обман, который тебе пришлось выслушать.

***

Возвращение в Пик Ворона прошло без особых приключений. Спасибо благодарной Инквизиции и многочисленным городским маякам, расставленным по всей империи. Благодаря этому я быстро добрался до дома, хоть и пришлось оставить две сотни рыцарей добираться самостоятельно, своим ходом. Взять их с собой у меня просто не хватило бы ни сил, ни маны.

А дома, тем временем, дел было по горло. И первым на очереди было не точный подсчет потерь в прошедше войне или встреча с моими вассалами, а посещение главного городского собора, где меня ждали Мельхиор, архангел Люциаэль и Айрис. Нужно было решить важнейший не только для меня, но и для всего герцогства вопрос.

— Милорд. — Поклонился Мельхиор как только я вошел в главный зал церкви, с которым после прибытия мне так и не довелось увидеться. Все же прибыл в Пик я вчера вечером, а с утра был занят разрешением самых неотложных дел и разговором с Дунканом. — Рад вас видеть.

— Я тебя тоже, старый друг. — Сказал я, быстро сделав несколько широких шагов вперед и крепко обняв не ожидавшего такого мужчину.

— Эм… милорд… — Неуверенно сказал он, не зная куда деть руки.

— Не вырывайся. — Сказал я, до хруста сжав своего личного священника, который хоть в войне не участвовал, но выглядел так, будто не вылезал с поля боя. Ведь по факту так и было. Да, Мельхиор не принимал участия в боях как Рэнделл или Аларик, сражавшийся в войске Ласло и Витторио, однако он исполнял другую, не менее важную роль.

Координировал логистику и своевременное исцеление раненых. Именно благодаря ему мои армейские священники могли не тратить ману на лечение товарищей и отдавать всех себя на наложение благословений и поливание демонов магическим огнем. Именно благодаря ему мое войско смогло так быстро собраться и прийти на помощь Николасу, вынудив Аграила спешно отступать от Когтя. Да, позже это оказалось ловушкой, но само достижение это не отменяло.

Целых два месяца, пока шла война, Мельхиор в одиночку заменял главу логистической и медицинской службы, сделав все для того, чтобы вернувшиеся с войны воины остались со своими руками и ногами, отделавшись только шрамами и безвредными ожогами, которыми перед девками в тавернах будут хвастаться.

Выглядел он соответственно — бледный, с темными кругами под глазами, с полопавшимися капиллярами в покрасневших глазах и похудевший, как после долгой голодовки, но продолжал твердо стоять на ногах и решительно смотреть вперед, в будущее, как и полагается настоящему священнику Эльрата.

— Как ты? Не перенапрягся? Выгорания маны не случилось? — Спросил я, отпустив его и внимательно его осмотрев. После травмы Василия я стал гораздо серьезней относиться к таким вещам, боясь потерять еще кого-нибудь из своих близких.

— Все хорошо, милорд. — Со своей вечной доброй улыбкой ответит мне архиепископ, аккуратно убрав мои руки со свих плеч. — Я полностью здоров. Еще пара недель и буду в норме.

— Рад это слышать. — Тоже улыбнулся я и, повернув голову к Люциаэлю, поздоровался уже с ним. — Архангел. Рад вас видеть.

— Я тоже, герцог Андрей. — Ответил он, скрестив руки на могучей груди. — Не могли бы вы рассказать зачем позвали меня сюда. Альбанора улетает все дальше на север, поэтому времени у меня все меньше.

— Конечно. — Сказал я, положив на кафедру собора длинный деревянный тубус и, подойдя к Айрис и мягко поцеловав ее в щеку, спросив. — Дорогая, ты принесла ее?

— Да, Андре. — Кивнула она и достала из-за пазухи небольшую золотую шкатулку, сделанную в очень необычном для Империи стиле. Похожий на нагский орнамент и двое сидящих сверху сфинксов явно говорили, что перед нами творение древней, закончившейся почти тысячу лет назад эпохи.

— Что это? — Сразу насторожился Люциаэль. Ангелы вообще осторожно относились к реликтам объединенной эпохи, особенно те кто были постарше и сами застали единую империю.