«Правда армии других герцогов от меня если и отстают, то незначительно». — подумал я, выходя с Айрис из зала и чувствуя как сзади нас привычно пристраиваются два паладина охраны. — «Главное это рыцари, в которых у меня значительный отрыв».

В отличии от игры, главной ударной силой имперских командиров были не ангелы, а рыцари. Причина проста — ангелы были самостоятельной расой, лишь заключившей договор с Империей и не подчиняющейся никому, кроме императора. Поэтому, когда случится Шестое Затмение и начнётся очередная война, я не знаю сколько Альбанора и Маларост, второй их город парящий над герцогством, пришлют ангелов и архангелов для усиления. Это может быть как пара сотен архангелов, так и десяток простых ангелов.

Поэтому, главной боевой силой имперского герцога были: рыцари и паладины. Закованные в зачарованную сталь, в пару сантиметров толщиной, на монструозных боевых конях, выведенных веками селекции и стоящие как десятилетняя прибыль от работы крупной ремесленной мастерской, с невероятно толстыми копьями и под максимально отточенным Усилением на тренированных телах, они были настоящими королями поля боя. В купе, с умением исцелять себя и союзников, рыцари и паладины становились настоящими машинами смерти, почти не имевших слабостей.

Где-то в прошлой жизни, вроде бы на уроках истории, я слышал что в земном средневековье тяжелый всадник мог пробить три-четыре шеренги пехоты, а потом его стаскивали с коня и забивали клевцами. Здесь же, из-за магии и тысячелетия селекции лошадей, рыцари могли пробить и пять, и десять, и пятнадцать шеренг, почти не потеряв импульса. Вот только, врагами у них были не крестьяне с вилами, ополченцы или их коллеги с Земли, а трёхметровые ракшассы, древние энты, настоящие воплощения смерти — умертвия, и величайшие представители народа гномов — таны. Так что, шанс погибнуть у них гораздо выше, чем у их средневековых коллег, которых хотя бы в плен брали.

Поэтому, тысяча двести опытных рыцарей, сотня из которых были «новичками», прибывших из земель Волка и, из которых был сформирован новый, 12-й по счёту, герцогский орден, были моим важнейшим активом, которым я гордился и старался всеми силами беречь.

«И если всё пройдет нормально, то к началу войны, моя вотчина сможет выставить порядка тридцати пяти тысяч воинов, пятнадцать из которых, будут служить лично мне» — эти мысли заставили меня улыбнуться, на мгновение остановившись перед большими дубовыми дверями, чтобы облегчённо выдохнуть, я вошёл вовнутрь, вслед за Айрис.

***

Четыре часа спустя.

Большой зал, Резиденции герцогов Воронов, Пик Воронов, Герцогство Воронов, Священная империя Грифона.

— Те места находятся недалеко от Листмура, поэтому могут возникнуть проблемы с безопасностью, — вёл я беседу со старым алхимиком, касаемо новых месторождений ртути, медленно цедя сладкий смородиновый компот, бывший заменой вину.

— Я понимаю, милорд. Но, разве у нас не заключен мир с этим Вольным Городом? — спросил у меня Лист, держа в руках кубок с каким-то отваром. С его работой, где была важна твёрдость рук, алкоголь пили только дураки, неспособные подняться выше подмастерья.

— К сожалению нет, — грустный вздох вырвался сам собой. — мир был заключен после прибытия посланников из Когтя. Из-за этого, Листмур не успел усвоить урок и продолжает нападки на наши рубежи.

— Маркел? — вопрос был риторическим. Имя главного интригана, уже давно стало в благородных кругах нашей необъятной Родины нарицательным.

— Ургашев Маркел. — согласился я и поднял бокал, предлагая небольшой тост. — Чтоб он песок жрал в Серебряной Пустыне до конца времён.

— Поддерживаю, милорд. — повторил за мной Лука, как и все стоявшие недалеко лорды, слышавшие наш разговор.

Вот только, стоило мне сделать пару глотков, как в зал быстрым и решительным шагом вошёл один из моих оруженосцев, вроде бы Георгий, неся в руке крупное письмо, с синей восковой печатью, которая могла использоваться только членами императорского дома.

«Вспомнишь лучик, вот и солнышко» — подумал я раздражённо фыркнув, пока парень, старше меня на пять лет и которого в следующем году нужно было посвящать в рыцари, подходил ко мне и вставал на колено.

— Милорд, срочное послание из столицы, — доложил он, протянув мне руки с лежащим на них пухлым конвертом. — доставили королевским грифоном.

«Королевским?» — удивлению не было предела, я аж по новому взглянул на пакет, с которого в одно движение сорвал восковую печать. — «И вправду, срочное. На моей памяти так, только известие о Пятом Затмении доставляли».

Королевскими грифонами называли лучших из лучших, прошедших особую подготовку и способных впадать в настоящее контролируемое бешенство, раздирая своих врагов в клочки. Выращивались они исключительно для императорской семьи и служили не только устрашающим военным юнитом, но и показателем избранности Грифонов, одним из их многочисленных символов.

— Так, что у нас тут, — вынув из конверта письмо, я начал внимательно читать его вслух. — Герцогу Андрею Ворону, первому своего имени, владыке Пика Ворона, защитнику Эстанора и Серого Камня, стене Востока… от Его Императорского Величества императора Николаса Грифона, первого своего имени, избранника Дракона Света, владыки Когтя, Святой Розы… гранд магистра Инквизиции… и так далее… и тому подобное… хочу сообщить вам прискорбную весть. Моя достопочтенная мать и регент императрица Фиона… скончалась?

Последнее слово прозвучало как гром среди ясного неба. Если до этого меня слушали краем уха, то теперь в зале воцарилась абсолютная тишина. Все обратились во слух.

— В связи с этим и наступлением моего совершеннолетия было принято решение о начале самостоятельного правления. — продолжил я читать со все сильнее округляющимися глазами. — Первым решением было объявлено изгнание имперского астролога Маркела в Серебряные Города, с запретом возвращаться в Священную Империю Грифона. — не знаю каких сил мне стоило продолжить читать и шокировано не покоситься на Луку. Тост, сказанный пару минут назад, каким-то образом оказался пророческим. — Он обвиняется в практике тёмного искусства некромантии, с помощью которого он пленил и похитил душу матери-императрицы. — с каждым словом меня всё сильнее окружали такие же шокированные лорды, для которых каждое прочитанное слово было подобно удару молотом. — В связи с этим и началом расследования действия некрокульта на территории Империи, мы извещаем о созыве Великого Собора в седьмой день месяца Цветения Солнца…

Дальше шли многочисленные темы, которые должны были быть подняты на собрании, начиная от присяги, которая так и не была проведена после коронации Николаса, заканчивая окончательным решением проблемы герцогств Волка и Гончей. Но все это было неважно.

Ведь, по сути, произошла смена власти. Маркел, правивший империей от имени императрицы-регента последние восемь лет, оказался свергнут и изгнан. Теперь на трон Когтя полноценно сядет законный правитель — Николас Грифон.

А новые правитель — это новые порядки.

А новые порядки — это новые проблемы.

А новые проблемы — это еще больше работы.

«А ведь, день мог так хорошо закончиться» — досадливо промелькнула мысль, пока волна лордов захлестывала меня, желая вызнать, что дальше, в этом письме.

Ашда, 3 день месяца Цветения солнца, 962 год Седьмого Дракона.

Три недели спустя.

Недалеко от внешней стены, Коготь, Имперская провинция, Священная империя Грифона.

— Красиво. — с нескрываемым восторгом на миловидном лице сказала Айрис, ехавшая на лошади рядом со мной.

— Что правда, то правда. — согласился я, внимательно рассматривая стремящиеся ввысь шпили столицы.