Утро вторника началось с того, что магистр Рейн построил нас в шеренгу и объявил соревнование. — Боевая магия, — произнёс он, прохаживаясь вдоль строя и сверкая своим шрамом, — это не только защита и нападение. Это ещё и умение работать в команде. Сегодня вы будете соревноваться. Факультет против факультета. Огонь против Природы. Защита против Иллюзий. Задача проста: захватить флаг противника, не потеряв свой. Всё по-честному. Феи участвуют. Травмы лечит целитель. Зал загудел. Студенты переглядывались, перешёптывались, предвкушая битву. Я стояла рядом с Лианной и чувствовала, как внутри закипает азарт — горячий, искристый, как родниковая вода. — Слушай, — прошептала Лианна, наклоняясь ко мне, — а у тебя есть план? — Есть, — так же тихо ответила я. — Ты прикрываешь меня ветвями сверху. Я вызываю изгородь и путаю их под ногами. Ларс держит щит у флага. Двое наших пробиваются к флагу Огня. Просто и ясно. — Просто и ясно, — повторила она и вдруг улыбнулась своей тихой лесной улыбкой. — Мне нравится. Наш факультет Природы выставили против Огня. Это означало, что мне предстоит снова встретиться лицом к лицу с Корой. Она стояла на противоположном конце зала, поправляя манжету, и её фея Искра азартно сыпала искрами. — Верба! — крикнула Кора через весь зал. — Никаких поддавков! — Никаких, — согласилась я. — И никаких подземных вод! — добавила она, и несколько огневиков рядом с ней засмеялись.— Воды не обещаю! — честно ответила я. Рейн взмахнул рукой, и битва началась. Кора ударила первой — длинный язык пламени сорвался с её ладони и понёсся прямо на меня. Жар опалил лицо, но я уже была готова. Я прижала ладони к каменному полу, и плитка треснула, выпуская ростки. Они взметнулись вверх, переплелись, образовали стену высотой мне по грудь. Огонь ударил в неё, рассыпался искрами, и я почувствовала, как листья сохнут и скручиваются от жара, но стена выстояла. — Лианна, давай! Дриада вскинула руки, и с балок под потолком свесились длинные плети плюща — она, оказывается, ещё до начала соревнования договорилась с растениями в зале, и те ждали её команды. Плющ обвил одного из огневиков, парня по имени Торн, и тот, взмахнув руками, выронил огненный шар. Шар безвредно рассыпался по каменным плитам. Искра, фея Коры, метнулась к плющу и попыталась поджечь его, но Бриония уже была тут как тут — она вцепилась Искре в крыло и оттащила в сторону. Две феи закружились в воздухе, осыпая друг друга искрами и листьями. — Не трогай мои лианы! — крикнула Бриония. — А ты не трогай мою хозяйку! — взвизгнула Искра. Я не стала ждать, чем кончится их спор. Кора перезаряжалась — на это у неё уходило несколько секунд, — и я бросилась вперёд. Земля под моими ногами сама подбрасывала меня, делая каждый шаг длиннее и быстрее. Я обогнула стену огня, поднырнула под чью-то атаку, увернулась от ещё одной вспышки и метнулась к оранжевому флагу. Мои пальцы сомкнулись на древке как раз в тот момент, когда Кора поняла, что произошло. — Победа за Природой! — объявил Рейн, и в его голосе мне послышалось что-то похожее на гордость. Команда Огня застонала. Кора, тяжело дыша, подошла ко мне и с размаху хлопнула меня по плечу. — Ты специально под землёй поднырнула, — проворчала она беззлобно. — Это нечестно. — Честно, — возразила я, потирая плечо. — Я просто использовала то, что умею.— В следующий раз я тебя сожгу, — пообещала она. — Попробуй, — усмехнулась я. — И подпалю твою изгородь. — Она отрастёт. — И твою фею тоже подпалю! — А вот это уже объявление войны, — раздался голос Брионии с моего плеча. Она всё ещё тяжело дышала после схватки с Искрой, но вид имела победоносный. — Попробуй только, красная. Искра показала ей язык, но ничего не ответила. После боевой магии наши пути разошлись. Огневики отправились на свою бытовую магию — у них она проходила в кузнечном корпусе, где они учились ковать металл, управлять жаром и создавать магические лампы. Кора потом рассказывала, что они весь час били молотами по раскалённым заготовкам, а Искра помогала держать температуру. Природники же пошли в мастерскую к магистру Ильде. Мастерская встретила нас запахом влажной земли и свежей листвы. На длинных столах стояли горшки с семенами, лежали маленькие лейки с водой. Я вдохнула этот запах и почувствовала, как напряжение боевой магии наконец отпускает. — Сегодня, — сказала Ильда, обводя нас взглядом, — вы будете выращивать стулья. Не просто ростки, не просто изгородь. Настоящие стулья, на которых можно сидеть. Ваша задача — заставить лианы принять нужную форму, закрепить её и проверить на прочность. — А проверять как? — спросил кто-то из щитовиков, которые тоже были на этом занятии, потому что у них бытовая магия совпадала с нашей. — Сядете, — просто ответила Ильда. — Если стул выдержит ваш вес — зачёт. Если развалится — переделываете. Вопросы? Вопросов не было. Все разошлись по местам.Я взяла горшок с семенами и закрыла глаза. Дар отозвался сразу — тепло в солнечном сплетении, покалывание в кончиках пальцев. Я представила стул. Не просто табурет, а настоящий стул — с высокой спинкой, с подлокотниками, с изогнутыми ножками. Лианы в горшке дрогнули и начали расти. Медленно, неохотно — я никогда раньше не задавала им такую сложную форму. Они переплетались, утолщались, деревенели на глазах. Спинка выгнулась дугой, сиденье стало плоским и плотным, ножки вросли в землю, как корни. Лианна сидела рядом и выращивала свой стул — у неё получалось что-то похожее на кресло из веток, с высокой спинкой и даже с чем-то вроде резных узоров. — Красиво, — сказала я. — Это яблоня, — тихо ответила она. — Она любит, когда её гладят. — Ты гладила семечко? — Конечно. А ты нет? Я усмехнулась и снова занялась своим стулом. Через час передо мной стояло нечто. Кривоватое, с одним подлокотником выше другого, с ножками разной толщины — но это был стул. Живой, зелёный, пахнущий свежей листвой. Ильда подошла, осмотрела мою работу и кивнула. — Выглядит крепким. Проверяйте. Я осторожно села. Стул скрипнул, но выдержал. Я поёрзала, проверяя крепость ножек, — держался. — Ну как? — спросила Лианна, которая уже сидела на своём яблоневом кресле с таким видом, будто это был трон. — Сижу, — ответила я. — А долго сидеть будешь?— Могу и пересесть, — я встала и пересела на её кресло, прижавшись плечом к её плечу. Кресло держало нас обеих. — Смотри, какое крепкое. Твоя яблоня — молодец. — Это она тебя любит, — серьёзно сказала Лианна. — Я ей про тебя рассказывала. Я не нашлась что ответить и просто обняла её за плечи. К концу занятия почти все вырастили по стулу. У кого-то они развалились при первой же попытке сесть, у кого-то были слишком хлипкими, но Ильда никого не ругала. Она ходила между рядами, поправляла, советовала, и к концу пары мы все получили зачёт. После обеда я отправилась на рынок. Со мной пошли Элдрик, Лианна и Кора — последняя сказала, что хочет посмотреть на «южные диковины» и развеяться после кузнечного цеха. — Там жарко, как в печке, — пожаловалась она, пока мы шли. — И грохот такой, что уши закладывает. А Искре нравится. Она в кузнице как рыба в воде. — Я — огонь! — гордо подтвердила Искра с плеча Коры. — Мне нужен жар! — А мне нужен покой, — отрезала Кора. — И тишина. И кофе. Рынок встретил нас шумом и запахами: пряности, жареное мясо, свежий хлеб, кофе. Мы прошли мимо рядов с тканями и посудой, мимо лавок с артефактами и амулетами, и углубились в южные ряды. Здесь пахло иначе — чужими, незнакомыми фруктами, сушёными травами, воском и кожей. Купцы в ярких одеждах зазывали покупателей, расхваливая свой товар. Я остановилась у лотка, где были разложены семена. Их было много: в мешочках, в горшочках, в плетёных корзиночках. Я брала каждое семечко в руки, рассматривала, нюхала, прислушивалась к дару. — Вот это, — сказала я, беря тёмно-коричневую косточку. — Это авокадо. Точно. — Откуда ты знаешь? — спросила Кора. — Чувствую.Я взяла ещё несколько косточек и семена киви — их я узнала сразу, по мелким чёрным точкам и знакомому теплу в пальцах. Купец, пожилой южанин с серьгой в ухе, посмотрел на меня с интересом. — Ты друидка? — спросил он. — Да. — Тогда бери ещё манго, — он протянул мне горшочек с мелкими косточками. — Это сладкий фрукт, растёт на дереве. У нас его любят. — Манго, — повторила я, пробуя слово на вкус. — Спасибо. Я купила косточки авокадо, семена киви и горшочек с манго. Заплатила два медяка — купец, кажется, сделал скидку, потому что ему было интересно, вырастет ли что-то в северном климате. Я пообещала принести ему первый плод. Вечером того же дня, сидя в гостиной с чашкой кофе, я села писать письмо домой. Галка, которая прилетела ещё на прошлой неделе и осталась зимовать в академическом саду, сидела на подоконнике и ждала. Я разложила на столе лист бумаги, окунула перо в чернильницу и начала: «Дорогие мои, у меня всё хорошо. Учёба идёт, дар растёт. Ректор дал мне отдельную теплицу под южные фрукты. Если у вас есть отростки апельсинов, бананов или киви — пришлите, пожалуйста. Здесь они будут в цене. Я начала бизнес: выращиваю фрукты на продажу. Если получится — заработаю отцу на лечение. В Академии уже были соревнования по боевой магии, наша команда выиграла. А на бытовой я вырастила стул. Кривой, но сидеть можно. Скучаю по вам всем. Как там петух? Орёт ли в шесть? Пишите. Верба». Я запечатала письмо воском и протянула галке. Та взяла его в клюв, кивнула и вылетела в окно. — Она вернётся? — спросила Лианна.— Вернётся, — ответила я. — Галки — надёжные почтальоны. Особенно если их кормить. — Ты попросила отростки, — заметила Эйлир, отрываясь от книги. — Думаешь, они пришлют? — Обязательно, — сказала я. — У нас вся деревня этими фруктами засажена. Им не жалко. На следующий день мы собрались в теплице. Ректор сдержал слово и выделил мне небольшое помещение в дальнем крыле, у южной стены, где солнце бывало весь день. Внутри было тепло и влажно, пахло землёй и свежей листвой. Вдоль стен стояли кадки и горшки, на полках — мешочки с семенами и удобрениями. — Итак, — сказала я, закатывая рукава, — начинаем. Друзья помогали мне до самого вечера. Элдрик таскал мешки с землёй, которую я попросила смешать с перегноем и золой. Лианна рассаживала косточки авокадо по горшкам, тихо напевая им что-то — кажется, это помогало растениям быстрее пускать корни. Кора, которая в садоводстве ничего не понимала, стояла у двери и командовала, куда что ставить. — Этот горшок — налево. Нет, налево! Ты что, лево от право не отличаешь? — Это право, — спокойно ответил Элдрик, переставляя горшок. — Ну, значит, направо. Какая разница? — Большая, — пробормотала его серебристая фея. Искра то и дело вспыхивала от любопытства и чуть не подпалила занавеску. — Кора! — в третий раз одёрнула я. — Я случайно! — она задула искры и спрятала фею за плечо. — Но ты видела? Они прямо на глазах растут! Я обернулась. Косточка авокадо, которую я только что посадила в горшок, уже дала крошечный росток. Я опустилась на колени и положила ладони на землю. Дар тёк из меня, как вода из родника, — спокойно, ровно, без усилий. Росток тянулся вверх, разворачивал листья, креп. Я чувствовала его жизнь, его силу, его желание расти. — Через месяц у тебя будут первые плоды, — тихо сказала Лианна. — Я чувствую. — Через месяц — это слишком долго, — отозвалась я. — Но я могу ускорить. Я закрыла глаза и влила в землю ещё немного силы. Росток вытянулся на глазах, окреп, покрылся крошечными листочками. Кора ахнула. Элдрик замер на пороге с мешком земли в руках.— Ничего себе, — выдохнул он. — Это только начало, — сказала я, поднимаясь и отряхивая ладони. — К зиме у нас будут киви, авокадо и манго. А когда Рута пришлёт отростки из Ольховки — ещё и апельсины с бананами. И тогда мы начнём продавать. — И зарабатывать, — добавила Бриония, которая сидела на полке с горшками и наблюдала за процессом. — Много зарабатывать. — Сто пятьдесят золотых, — тихо произнесла я, оглядывая свою теплицу. — Мы справимся. Кора подошла и встала рядом. — Конечно, справимся, — сказала она. — У тебя тут целая армия. Я — огневая поддержка. Лианна — главная по растениям. Элдрик — связи с аристократами. А ты — мозг. — А я? — возмутилась Бриония. — А ты — генерал, — успокоила её Кора. — Главнокомандующий феями. — То-то же, — удовлетворённо произнесла Бриония. Я засмеялась и обвела взглядом свою маленькую команду. Они стояли среди горшков и кадок, перемазанные землёй, уставшие, но довольные. Мои друзья. Моя армия. И с ними я была готова к любым испытаниям.