События пролетали передо мной калейдоскопом. Как один день перед глазами пролетели месяцы жестких тренировок и новых битв. Кодексы сплачивались вместе, становясь сильнее. Но даже так, я замечал, что Лили почти всегда сражалась одна, стараясь не подвергать риску других.

Она стала невероятно сильна. И беспрекословно исполняла каждое слово хозяина.

Но чем дальше, тем яростнее становилась война. Счет уничтоженным городам и деревням неудержимо рос, а армия Владыки Инферно приближалась к столице. Уже несколько раз кодексы переезжали дальше от надвигающейся линии фронта, но и эта возможность была практически исчерпана.

Я ощущал — история близится к развязке. И следующее воспоминание подтвердило догадку.

Кодексов, которых теперь было пятьдесят, перевезли в очередной раз. Теперь им отдали небольшой замок в городке у реки, всего в десятке километров от столицы. Армия Владыки буквально стояла у ворот.

И, пока кодексы тренировались во дворе, Шварцфельд и Карл принимали посланника короля в небольшому саду на другом конце замка.

— Довольно ваших тренировок! Мы в отчаянном положении, — без лишних церемоний начал тот. — Вы понимаете, что люди проигрывают эту войну? Мы отступаем с чудовищными потерями, а в соседних государствах ситуация еще хуже. Апостол опустошил их земли и спалил дотла уже две столицы. Чудовища лезут сквозь прорывы, и у нас просто нет сил, чтобы залатать все дыры в обороне. Мы уже дважды переносили ваш отряд вглубь страны!

Выпалив это, раскрасневшийся посланник вперил в них горящий взгляд. Было заметно, он и сам на грани отчаяния.

— Я понимаю, король требует действий, — сощурился Рихард. — Мы знаем.

— Ну так вступите в бой, как требует его Величество! Используйте этих ведьм, немедленно!

— Они и так сражаются без устали, — вклинился Карл. — Нам тоже нужен отдых.

— Пока вы отдыхаете, Апостол теснит наши войска! — выпалил тот. — Скоро вся страна будет захвачена его ордами! У нас больше нет времени.

Гонец протянул ему свиток с гербовой печатью королевского двора.

— Вам приказано нанести решающий удар по Апостолу Пламени. Обезглавьте армию чудовищ, пока они не убили нас всех!

— Что ж, прекрасно, — на лице Шварцфельда возникла ледяная улыбка. — Мы готовы дать последний бой Апостолу.

Оба посмотрели на него с удивлением.

— Мы готовы? — переспросил Карл.

— Конечно. Передай королю, едва апостол подойдет к столице, мы убьём эту тварь.

Получив ответ, посланник покинул их. И Карл, нервно покусывая губу, снова спросил его.

— Так что ты задумал, Рихард? Бой с Апостолом — самоубийство, до нас это пробовали десятки раз, с лучшими войсками нескольких стран. Наши силы в разы меньше!

— Наша сила не в числе, Карл, — усмехнулся он. — Ты же видел Джоанну в последнем бою? Она невероятно сильна, а её атрибут развивается с каждым днём. Вместе со мной у неё хватит сил одолеть Апостола, а остальные должны будут ранить и ослабить его. Если понадобится, ценой своих жизней.

— Я понимаю, но всё равно, это чистое безумие, — Карл вытер взмокший от напряжения лоб. — Девчонка умна и понимает это. У неё не хватит решимости!

— Хватит, — Шварцфельд сверкнул глазами. — Я уже знаю, как поступить, чтобы подстегнуть её и дать мотивацию. За мной.

Он коротким жестом велел Карлу следовать за ним. Они прошли через весь двор, пока не вышли к тренировочной площадке, где занимались кодексы, освещая двор магическими вспышками. Я без труда нашел Лили, которая занималась с Лестат.

— Посмотри на неё, — кивнул Рихард. — Нам повезло с ней. Её тело не отторгает альву, как у многих остальных. Она немного неуклюжа, но учится быстрее всех остальных. А ещё — умеет концентрироваться на задаче. Ей нужно совсем немного. Указать цель, и дать весомую причину.

— Разве защита людей — не весомая причина? — спросил он. — Она ведь не фанатик… она всего лишь защищает свою сестру.

Шварцфельд посмотрел на него, и его глаза сузились в две ледяных щели.

— Именно. В этом ее сила, и её же слабость, — кивнул он. — В ней кипит ярость такой силы, что она способна спалить дотла даже самого апостола. Нужно только отнять у неё причину сдерживаться.

Его слова повисли в воздухе. Карл посмотрел на него с непониманием. Но, вскоре его лицо озарилось догадкой, а затем скривилось от смеси отвращения и ужаса.

— Рихард, ты же не… собираешься… Фрею?..

Он посмотрел на мужчину и, хлопнув его по плечу, как ни в чем ни бывало, зашагал к площадке, где как раз закончились занятия.

— Вот же чертов подонок… — процедил я, не сводя с него глаз. Маг подошел к Лили и потрепал её по голове, нахваливая за старания. Сквозь гомон толпы я слышал, как он говорил что-то о решающем бое и заверял, что поможет ей. Нужно только слушаться его во всём.

— Я был прав, — злясь на самого себя, я шёл в келью, где только что скрылась Лили, сжимая кулаки от бессилия. — Он именно такой, как я думал! Да он же просто её использует, как расходный материал!

Я влетел в тесную комнатушку с нешироким окном и застал Лили у кровати, стоящей на коленях со сложенными на груди руками. Девушка молилась, и в её руке я заметил высохший венок Фреи.

— Всеотец, помоги нам с Рихардом одолеть врага… клянусь, я сделаю что угодно, буду послушно исполнять свою клятву и каждое слово хозяина…

— Да очнись ты! — не выдержав, я подлетел к ней и хотел схватить за плечи и потрясти, да только ладони прошли сквозь её тело.

И всё же Лили остановилась и обернулась, словно услышав мой возглас. Я увидел её лицо — и начавшая было утихать злость забурлила с новой силой.

— Да как ты можешь не видеть, Лили⁈ — заорал я, глядя ей в глаза. — Этот ублюдок только врёт и использует тебя! Хочешь его слушаться и дальше? Сидеть тут, пока он плетёт козни, как убить Фрею? Беги отсюда, хватай сестру и валите подальше! Спрячь её где-нибудь! Только не позволяй этой твари и пальцем её тронуть!

Казалось, мой голос гремел по всему замку и даже мертвый мог его услышать.

— Здесь кто-то есть? — осторожно произнесла она, водя взглядом в стороны.

Сердце заколотилось как бешеное. Боже, если она хоть на миг меня услышит… прошу, пусть она услышит!

— Уходи, не будь ты такой дурой! Шварцфельд обманывает тебя! Он убьёт твою сестру, а потом и тебя бросит на смерть!.. Ты же не слепая, почему тогда ты не видишь этого⁈

Выпалив это, я отшатнулся, тяжело дыша. Все внутри трепетало от адреналина. Я вытащил из кармана ядро Сирин — оно тускло мерцало, словно готовая сгореть лампочка. Моё время здесь подходило к концу.

— Показалось, — хмыкнула Лили и на секунду задержала взгляд, посмотрев прямо сквозь меня. — Может, когда-нибудь рядом со мной будет кто-то, пойдёт со мной в бой плечом к плечу. Но пока, сестрёнка, я должна быть сильной. Ради нас обеих.

Дверь в келью Лили тихонько скрипнула, и в светлой щелочке показались две пары любопытных светящихся глаз.

— Ну что, она там одна? — из-за их спин донесся нетерпеливый девичий шепот.

Я отступил от кровати, где мирно спала Лиливайсс, в тень возле окна.

— Разумеется, одна… — тихо ответила заглянувшая в келью девушка. — Думаешь, она уже с хозяином спит?

— Ну ты же со своим спишь, — с ехидством шепнула вторая, — судя по голосу, Лестат. Девчонки сдавленно захихикали.

— Да мне же просто любопытно было!..

— Шш, тихо! — шикнула Лестат. — Стойте на стрёме, мы вдвоём пойдём!..

Едва сдерживая ехидное хихиканье, в комнату на цыпочках вошла Лестат, а за ней ещё одна невысокая девушка-кодекс. Увидев Лили, она вытащила из кармана мешочек и с озорной улыбочкой подошла к краю кровати.

— Спит? — еле слышно прошептала подруга.

— Без задних ног, — кивнула заговорщица и, выудив из мешочка заточенный кусочек угля, облизнула его кончик. — Спи, принцесса, я над тобой сейчас поработаю…

Едва сдерживая смешки, Лестат нависла над спящей и, высунув язык от усердия, принялась разрисовывать лицо кодекса. Я невольно улыбнулся: утром Лили будет орать на весь монастырь как блажная. И шкодница едва не светилась от предвкушения завтрашнего шоу.