Я покосился на лежащий комбинезон Лили и куснул губу.

— Завтра я еду к девочкам. Как насчет составить мне компанию, Егор Петрович?

— Признаться, не ожидал от тебя такого рвения, Яр.

— Да я и сам от себя не ожидал, — негромко ответил я, глядя в окно роскошного седана Кирсановых.

Машина подъехала к большому зданию всего в паре кварталов от района с имперскими дворцами. Роскошно отделанный под старину фасад, въезды на закрытые парковки и красивые кованые ограды ничем не выдавали содержимого. Только небольшая вывеска с эмблемой кролика и названием намекала — мы добрались до «Кроличьей лапки».

Неприметный вид массажного салона намекал, что его владелец не хотел привлекать лишнего внимания. Кто был владельцем, конечно же, не знали даже самые высокие гости, но он был явно из высших родов Империи. Только очень богатый и влиятельный дворянин мог скрывать такое в самом сердце столицы.

Но уже у ресепшна я оценил всю роскошь заведения. От неприметности не осталось и следа: в приглушенном свете на бордовых стенах мерцали подсветкой откровенные картины пополам с изображениями стилизованных кроликов. Позолота, статуи, люксовая мебель из красного дерева и атласного бархата кричали о роскоши.

— Шикарно, да? — усмехнулся Егор, заметив мой взгляд. — Дальше будет интереснее.

— Дорогие гости, мы вас ждали! — обворожительно улыбнулась мне из-за стойки русоволосая девушка, своей внешностью легко украсившая бы приём у любого дворянина, включая Императора. Егор негромко присвистнул.

— Прекрасно, — я протянул ей визитку и кивнул на Кирсанова. — Нас будет двое.

Кивнув, девушка протянула мне планшет с выбором программы досуга. От многообразия пикантных картинок с содержимым каждой программы меня бросило в жар. Три часа, двести десять тысяч рублей… я усмешкой нажал на нужную и внес оплату. То же самое после меня сделал и Егор.

— Желаете пройти программу вместе или отдельно?

Девушка внимательно сощурилась, не прекращая улыбаться. Кирсанов издал смешок.

— Отдельно.

— Хорошо, — она торопливо отстучала пальчиками на компьютере. — Так как вы пришли с другом, вам полагается особый сервис от «кроличьей лапки». Сейчас у нас идет неделя восточных фантазий. Я провожу вас в зал, девочки будут готовы вас встретить через пять минут, а дальше… — она игриво улыбнулась мне. — Вы сами выберете, с кем пойти. И помните: всё, что случилось здесь, остаётся здесь.

Девушка игриво подмигнула нам.

— Ах, кла-асс! — Егор нетерпеливо пошел вперед, поправляя ворот щегольской рубашки и оставляя за собой шлейф импортного одеколона.

— Сударь, — девушка придержала меня за локоть. — Если вам никто не приглянется, я могу провести для вас особую программу…

Она куснула ровными зубками нижнюю губу и улыбнулась так, что у меня по телу побежали приятные мурашки, а пальцы приятно задрожали.

Я наклонился к ней ближе и шепнул в ответ.

— Ели не приглянется, обязательно. А пока — где у вас уборная?

Пройдя по указанному ей маршруту, я заперся в уборной и несколько раз плеснул в лицо ледяной водой. Стигмата на груди ритмично пульсировала, раскинув ниточки боли по всему телу.

Я поднял взгляд и увидел Лили, возникшую рядом в голубой вспышке света. Её золотые глаза хищно поблескивали. Девушка на секунду замерла, прислушиваясь к ощущениям.

— Он точно здесь, я чувствую. Кодекс близко.

— Тогда не будем медлить, — кивнул я и взял её за плечи. — Но учти. Что бы ни случилось, какая бы ни возникла ситуация, не показывай себя людям. Ты поняла? Если кто-то тебя увидит, хоть на секунду, нам обоим конец. Ты же слышала Ольгу, за нами уже следят. Не облегчай им работу.

Ей не было нужды знать о том, что тогда сделают Император и цесаревич. Но с нашей конспирацией придется попрощаться, как и с шансом тихо-мирно вернуть кодекс Роману. Наверняка и у неё была причина оставаться в тени, слишком много она недоговаривает.

Лили закатила глаза, как подросток перед строгим отцом, и тяжело вздохнула.

— Да знаю я, знаю… человек, за себя переживай. Выгорание стигматы прогрессирует, поторопись. Долго ты не протянешь.

— Ты тоже, — я вытер лицо салфеткой и швырнул её в урну. — Ладно, всё равно один раз живём. Поехали.

Мокрый и взъерошенный, я вошел в просторный круглый зал с широкими диванами и приглушенным лилово-розовым светом, больше похожий на танцпол ночного клуба. Но всё здесь дышало роскошью и комфортом. Мягкий ковер под ногами скрадывал шаги, а романтичная, медленная музыка сразу погружала в атмосферу элитного приватного клуба. В воздухе витал шлейф из ароматов цветов, дорогого парфюма и не менее дорогого алкоголя.

Егор, по-хозяйски развалившись на одном из диванов с бокалом в руках и в компании полуобнаженной официантки, встретил меня широкой улыбкой. Перед ним на столе стояла бутыль искрящегося вина и кальян. В колбе, полной светящегося дыма, то и дело вспыхивали разноцветные огоньки. Даже сквозь плотную завесу ароматов я сразу узнал запах содержимого.

Альва-эссенция. Настоящий наркотик, запрещенный по всей Империи, обострял чувства и ощущения магов. Но здесь, похоже, никто не заморачивался законностью методов — элитные клиенты должны получать самое лучшее.

— Я же говорил, у них тут всё шикарно! — Егор похлопал рядом с собой и затянулся ароматным голубоватым дымком. — Садись, Яр, мне уже не терпится посмотреть шоу.

Словно из ниоткуда появилась вторая девушка. Покачивая грудью с призывно торчащими сосками, она протянула мне бокал с искрящимся напитком. И здесь — альва-эссенция, пусть и совсем немного.

— Прошу, господин, — она указала на диван. — Наши мастерицы готовы начать.

Приняв у девушки бокал с фруктовым вином, я устроился на соседнем диване, но едва официантка вышла, и без того слабый свет потускнел, сменяясь волнующим мельканием алой подсветки. Послышалась приятная восточная музыка, а в центр круглого зала напротив наших мест вышли одна за другой четыре… нет, не девушки. Нимфы.

Стройные, как лоза, красавицы в сверкающих гроздьями мелких монеток и золотистой вышивки купальниках, скрытых под полупрозрачными накидками почти до пят. Невесомая ткань едва ли могла скрыть роскошные тела. Их лица закрывали такие же вуали из тончайшего шелка.

И хоть девушки умело маскировали взгляды, я заметил, как одна из них, увидев меня, вскинула брови.

Жанна Плахина, самая стройная и элегантная из четверки прелестниц.

Узнала, значит. Я улыбнулся ей, отпивая вино, и оценивающе скользнул взглядом по фигуре. А она хороша… очень даже хороша.

Музыка замедлилась, и под мерцание ламп девушки начали грациозный, соблазнительный танец. Все четыре красавицы были прекрасны, но мой взгляд был прикован только к одной.

Жанна была бесподобна. Каждое движение рук, каждый изгиб талии, плеч и бёдер, каждый блик на округлой груди и полных бёдрах, подсвеченный мягким светом софитов, будоражил воображение. Она заставляла сердце бешено стучать в груди. Она смотрела только на меня. Танцевала для меня.

Соблазняла меня, каждым движением давая это понять.

И, черт возьми, ей это удавалось.

Кружась в танце, четверка замедлилась и остановилась, свет померк. Жанна шагнула вперёд, ко мне — и одним движением плеч сбросила тонкую накидку, тут же вспыхнувшую тусклыми языками пламени. Я невольно сжал кулаки от напряжения, сердце пропустило удар, но огонь не причинял ей боли. Наоборот, девушка снова начала танцевать в круге пламени, а алые языки, словно руки, взбирались по ее бедрам, скользили по животу и промежности, охватывали грудь. Словно чудесный феникс, она окуталась алым пламенеющим плащом и отошла в сторону, уступая место следующей красавице.

Феерическое шоу продолжалось, стихия огня сменилась водой, и на этот раз по телу девушки скользили живые, гибкие струи, порой окутывавшие всё её тело. Я заметил, как восторженно охнул Егор, когда живые прозрачные щупальца проникли под купальник девушки. Зрелище становилось все более откровенным и незабываемым, даже две танцующие девчонки, по-видимому, не владевшие магией, делали шоу только красивее.