— Брасиян хочет, чтобы поле осталось нетронутым. Братья Вирг имеют указание остаться там и дождаться появления «садовника». А тебе с Афией нужно вернуться назад.

Интересно, что скажет Илей на счет планов Брасияна? Чем дальше, тем больше ему не нравилась ситуация. Олеж погладил гравировку на амулете и ненавязчиво поинтересовался:

— Мне стоит что-то знать?

— Братья Вирг довольно… прямолинейны в своих суждениях. Они могут проявить излишнее… рвение и усердие в исполнении задания. И если что-то… или кто-то встанет у них на пути, он пострадает. Ты же знаешь, что в полевых условиях может случиться всякое…

Он знал. Представлял, что может случиться в Гленже, и как легко светлый может обойти данную клятву. Братьям хватит намека на проявление агрессивности, и тогда…

— Сколько у нас форы?

— Вирги уже в замке. Они отправятся позже, и сами будут определять дистанцию. Ты не главный на этом задании.

Неудивительно, учитывая, что старшему из пары уже за сто пятьдесят, и у него за плечами колоссальный боевой опыт. Вот только сейчас подготовка сопровождения совсем не радовала.

— Хорошо. Спасибо за информацию.

Маг встал, чтобы уйти, когда Виттор заговорил снова:

— Когда Афия вышла на связь полгода назад, мы с ней встречались, чтобы обсудить планы. В домике. В лесу. Интересное место… Лоскутное. Амулеты не действуют. Поисковые импульсы рассеиваются. Она довольно талантливая ведьма. Только вряд ли захочет показать схрон. После истории с мальчишкой княгиня тебе совсем не доверяет…

— Учту, — бросил он через плечо, пряча улыбку. Старый наставник всегда находил крохотную лазейку в любой ситуации.

Илей нашелся в лаборатории. Его алхимики усердно трудились над каким-то важным поручением, столпившись в углу кабинета и о чем-то негромко совещаясь. Олеж не стал прислушиваться. Он знал только базовые основы алхимии, которые давали всем боевикам. Тему их исследований вряд ли сможет понять, да и к чему?

Целитель встретил пристальным взглядом с весьма странным оттенком эмоций. Легкое недоумение и настороженность.

— Виттор запретил тебе переодеться между заданиями?

— Очень остроумно…

Маг с удовольствием сел на свободный стул задом наперед, обхватив руками спинку. Не мешало бы помыться, да и поменять одежду тоже, но сейчас имелись дела поважнее.

— Знаешь о цветах?

— Знаю.

— И что скажешь?

— Что Брасиян зря получил Виргам сторожить «садовника». Тот, кто стоит за экспериментом, там не появится.

— Почему?

— Не будь столь прямолинейным, подумай, — лекарь взглянул прямо ему в глаза и подошел почти вплотную. Взял за подбородок, вынуждая запрокинуть голову. — Смотри на свет.

Истинный покрутил его голову, отошел к рабочему столу и начал смешивать какой-то напиток.

— Это ведь то самое поле… — Олеж наблюдал за действиями учителя, стараясь сосредоточиться на них, а не на своих воспоминаниях. Глухо заныл шрам на груди.

— Сомневаюсь, что на землях Шеруда найдется еще одно такое же, — крайне сдержанно откликнулся светлый. — И именно поэтому оно больше не нужно темному. Его ценность уже утрачена…

— Потому что я жив…

— …Потому, что она знает, что ты жив. Эмоции — то, что темные ценят превыше всего, то, ради чего они придумывают любые обряды, ради чего учатся убивать и мучить. Боль и ненависть — вот основа их зелья. И гипотеза, которую тебе следует проверить…

— Что мне делать? — вопрос касался не конкретных указаний, а являлся частью чего-то более глобального. Он чувствовал себя так, будто снова оказался там. Посреди некогда зеленого поля…

— А что ты хочешь?

Илей протянул склянку с чем-то зеленовато-синим и сел напротив.

— Я бы не пускал ее туда… — Олеж покрутил посуду, принюхался и выпил залпом. Скривился от кислого вкуса, но почувствовал себя значительно лучше. Тупая боль в висках, оставшаяся после перехода, начала отступать. Исчезла усталость в мышцах и жжение в ладони, которой он запихивал ампулу с мором в пасть оборотню.

— Так не пускай, — как само собой разумеющееся ответил учитель.

— Она не указала точное местоположение…

— А ты не сможешь отыскать его? Или в Гленже много мест, где ты умирал?

Справедливое замечание… То поле действительно единственное. Одно в целом мире. В двух мирах. Рука метнулась к груди, потирая место шрама.

…Зеленые стебли высокой травы. Кровь. Небо над головой. Ветер касается лица. Запах смерти…

Он хотел бы никогда не оказаться там. Не видеть. Не вспоминать. Не умирать.

— Другие не знают…

Да, то происшествие они сохранили в тайне. Не саму смерть. Но место, где все произошло. И теперь оказалось, что темные все просчитали с самого начала. Или же использовали удачное стечение обстоятельств?

— Виттор рассказал о схроне?

— Да.

Заслужить ее доверие будет непросто, но пока ведьмин тайник — единственный вариант оторваться от сопровождения. Он справится. Другого пути просто не существует.

— Хорошо… Я сделал стимуляторы для княгинии еще кое-что. На случай, если сорвется какая-нибудь привязка, — светлый жестом призвал к себе одну из склянок и показал. — Три капли на стакан воды. Внутрь или для обработки ран.

— Очередное горькое лекарство? — с сарказмом поинтересовался Олеж, наблюдая, как ампула возвращается в держатель.

— Ты так и не понял… — без улыбки покачал головой целитель. — Единственное ее лекарство- ты. Сладкое или горькое… Тебе решать. Но только ты можешь ей помочь.

От его слов стало жарко. Тяжело дышать. Будто его оставили на солнце в самое пекло без возможности уйти.

— Почему? — в горле пересохло, а сердце забилось чаще.

— Потому, что ты — единственный, кому она небезразлична. Отправляйся в Гленж и поступай так, как посчитаешь нужным. Не думай о приказах или чужих интересах. Это путешествие, в первую очередь, для нее. И для тебя. Сделай так, чтобы оно не прошло напрасно.

— Спасибо, — выдохнул Олеж.

С выбором учителя он все-таки не ошибся…

Начало путешествия оказалось ожидаемым. При первой встрече княгиня едва не выстрелила в него из арбалета. Конечно, никаких лишних движений она не делала, самоконтроль у нее натренирован намного лучше, чем у любого другого мага, но намерение прослеживалось слишком явно. И на протяжении всего первого дня Олеж ощущал затылком ее взгляд. Будто у него на спине нарисовали мишень, и теперь напарница раздумывала, не опробовать ли ее в деле. Чувствовать себя на прицеле — не самое приятное впечатление.

Маг не жаловался. Было бы странно, если бы Афистелия спустила ему происшествие в суде или поединок. Оставалось только ждать, когда она успокоится, или подвернется возможность доказать ей собственное расположение. Ни того, ни другого не произошло. Неприятностей, впрочем, тоже. Обычный осенний день с пронизывающим ветром, противной сыростью и тряской в седле. После его последнего посещения Гленжа ничего не изменилось. Время здесь и в родном мире текло одинаково. Еще одна загвоздка при поисках нового предполагаемого жилья — сложно отыскать миры, в которых временные потоки движутся с одной скоростью. При постоянном проживании в одном из миров это незаметно, но вот при смене границы…

Вечером женщина буквально рухнула на плащ рядом и отключилась. Перегрузка организма. Стимуляторы стимуляторами, но подобная нагрузка и резкий переход от болезни к полному выздоровлению никогда не будет полезен. Она спала, завернувшись в плащ, а он смотрел на костер и теребил в руках амулет связи. По протоколу полагалось, чтобы первый сеанс активировал один из Виргов. Ему же приходилось только ждать, что раздражало. Злило многое. Намерения Брасияна, неясное назначения прикрытия, намеки Виттора и Илея… В какой-то мере он даже позавидовал легко уснувшей Афии. Ей хотя бы удастся на время забыть о реальности.

Зов пришел ближе к полуночи, когда Олежу уже надоело пребывать в полусонном состоянии, вздрагивая от каждого треска ветки или шороха. Светлые заботились о своих территориях и давно очистили их от опасных тварей, проредили поголовье хищников и держали все под контролем. Но расслабляться до конца нельзя. Тем более на задании…