— Все назад! — рявкнул охранник. — Мы уходим. Если нас кто-то тронет, я стреляю.

На секунду показалось, что им все же дадут уйти. Горожане замерли. Растерялись. Но очень быстро пришли в себя. Слишком быстро. Крики стали громче. Кто-то попытался ее схватить, но Валенсия увернулась. Чепчик упал с головы и сразу же был затоптан. Охранник снова поднял оружие, целясь в ближайшего мужчину, который кричал и брызгал слюной.

Принцесса отчетливо поняла, что если сейчас прольется хоть капля крови, их разорвут. Озверевших ни с того, ни с сего людей не остановит ни оружие, ни воспитание, ни мораль.

Сердце застучало громко, заглушая чужие крики. Вспомнилась Долорес. И матушка. Отец. Братья, доставшиеся ей волею судьбы. Они будут скорбеть. А ее жених? Император впадет в гнев, если его снова лишат невесты. Или забудет? Нет, он не нарушит договоренность с отцом. Будет расследование, казни… Кровь и смерть. Не нужно было ехать в Империю.

Она запрокинула голову, чтобы увидеть небо. Отвлечься от мельтешения перекошенных лиц и криков. Солнце светило ярко. Весна наступила даже в Империи.

А потом свет померк…

На столе остывали колбаски из говядины, гренки из ржаного хлеба, поджаренные в масле с чесноком, вареные с укропом раки. Заманчивые ароматы наполняли столовую, отвыкшую от подобного чревоугодия, но главное — это два наполненных до краев бокала пенящегося темного пива, оставляющего на языке жженый привкус.

Кристиан откинулся на стуле, наслаждаясь послевкусием. Берти напротив взялся за рака, отломив клешню и высасывая мясо.

— Я уже забыл, что можно так отдыхать.

Великий герцог вытянул ноги и вдохнул орехово-кофейный аромат из кружки. Как дипломату ему часто дарили дорогой алкоголь, и он благосклонно принимал подарки, но по-настоящему любил только пиво. Темное и крепкое. Об этом знали немногие, только близкие, но разделить его любовь могли лишь единицы.

— Стареем, братишка, редко видимся и еще реже отдыхаем.

Берти вдумчиво разделывал рака, отставив пустую кружку в сторону. В их распоряжении сегодня был целый бочонок, доставленный из любимого трактира Кристиана. Закуски привезли оттуда же, чему повар немало оскорбился и удалился готовить что-то легкое на завтра, чтобы компенсировать сегодняшний разгул. Слуги берегли его даже в отсутствие Ивон.

Раньше они с Хартманом завалились бы в тот самый трактир и просидели бы до позднего вечера, но молодость прошла, а вместе с ней ушла и беззаботность. В прошлом году после взрыва в порту несколько поблекло и стремление к маскараду. Хотелось спокойствия, а его могли дать лишь родные стены. Вот и приходилось устраивать застолье дома.

— Как твое последнее плавание?

Вдумчиво посидеть они хотели еще после прошлого приезда Берти, но нападение на дворец спутало карты. Кристиан погрузился в расследование, а Хартман уехал в очередное плаванье. И встретиться получилось только теперь.

— Как обычно. Альбион готовит запуск нового корабля. Что-то там мудрят с двигателем. В докладе я изложил. В остальном — тихо.

— Не слишком?

Доклад Великий герцог по долгу службы изучил, как и руководители других ведомств, однако сухие слова — не то, что личное восприятие. У Берти имелся опыт, который позволял ему видеть и понимать куда больше, чем он излагал в бумагах. Домыслы и интуицию к делу не пришьешь. Только факты. А их порой не хватало.

— Сложно сказать, — Хартман отложил панцирь в сторону, по-простому облизал пальцы и налил себе еще пива из кувшина. — Альбион всегда был тихим. Работают что-то там, копошатся, рожи невозмутимые, сразу и не поймешь, что у них внутри. Я-то привык, завел знакомства. Но сам понимаешь, чужаку много не доверят.

Он сделал большой глоток и с наслаждением прикрыл глаза.

— Вот теперь чувствую, что дома. Альбионцы все свой эль нахваливают, но с нашим пивом не сравнится.

Кристиан согласно кивнул и тоже взялся за еду, предпочтя гренки. Пальцы от них приобретали масленный блеск, а чесночный запах привязывался надолго, но на завтра у него не планировалось никаких важных встреч — можно позволить себе немного расслабиться.

— Так что скажешь? Не замышляют наши заморские друзья?

— Напрямую Альбион не воюет. Не в их интересах. Людей мало. Территория небольшая. Корабли есть, но большой флот они не потянут. Поэтому и торгуют. Но это ты и без меня знаешь, братишка. Что не так?

Великий герцог устроился удобнее и принялся вдумчиво вытирать пальцы салфеткой.

— Торговые корабли Альбиона видели у берегов Фреденсберга. Не там, где они обычно оставляют груз.

— Сведенья надежные? — Берти понятливо прищурился и взялся за второго рака.

— Достаточно. Я бы сказал, получили мы их случайно, но… Весьма своевременно.

И стоит поблагодарить сеньору Торрадо за проявленную бдительность, как и ее брата, придавшего нужное значение услышанным слухам.

— Думаешь, оружие?

— Альбион многое разработал за последние годы. Ты сам доставал их чертежи. Апии они продавать не станут — старые счеты. А вот Фреденсберг их естественный союзник. Могут и поддержать.

— Чертежи, которые я привозил, уже устарели. Новые достать сложнее, мой контакт среди изобретателей умер, а его приемник — скрытная сволочь. Крепкий орешек. На кривой кобыле не подъедешь.

— В любом случае на их разработки нам есть, чем ответить. Одна из идей Герхарда оказалась крайне своевременной, ее как раз сейчас доводят до ума.

И довели бы быстрее, если бы племянник сам принял участие в работе, но он изволил скорбеть и возиться с секретарем. Ивон просила его не трогать, что неожиданно поддержал Георг, но дальше так продолжаться не могло. Герхард забросил даже свой завод, что и вовсе было неслыханно. Напрашивалась необходимость визита и обстоятельного разговора, который заранее Кристиану не нравился.

— Фреденсбергу невыгодно нападать, — задумчиво протянул Берти. — У них флот хорош. Но пехота… Даже если они закупили у Альбиона несколько тяжелых игрушек и научились ими пользоваться, надолго их не хватит. Тем более эти «цистерны» крайне неповоротливы. Пара огневиков просто их зажарят со всем экипажем.

— Ты прав.

Герцог кивнул, снова отпил пиво.

— Но?

— В Ференции снова сменилось правительство. Новое требует признания. Есть слух, что к смене приложил руку тот же Фреденсберг. Проверить его не удалось, хотя Юстас старался. Даже влез в дом нового главы правительства, после чего ему пришлось уносить ноги, но так ничего и не нашел. Если письма или инструкции имелись, их уничтожили. А деньги отследить сложнее…

— Новое правительство… — Хартман поморщился. — Ференция всегда была как осиное гнездо. Флота у них как такового нет, слишком много отмелей. Все больше рыбаки. Армия постоянно меняется… Какой смысл Фреденсбергу от них? Отвлечь внимание?

— Если принять как факт, что Альбион поставляет нашему северному соседу оружие… Если два флота объединятся…

Берти перестал жевать и нахмурился, затем кивнул.

— Могут. Северянин северянина поймет быстрее. Я слышал, Фреденсберг свою молодежь отправляет в Альбион учиться. Инженеров они вряд ли натаскают до своего уровня, секреты выдавать не станут, уж больно скрытные, но для адаптации новинок могут сгодиться.

— И если новая модель корабля сойдет с верфей и станет доступна Фреденсбергу, нам может не поздоровиться.

— Апия поможет?

Кристиан качнул головой.

— Им самим нужна помощь. Островные пираты потрепали их флот. Император обещал помощь и защиту, пока будет идти восстановление, поэтому наша Южная флотилия сейчас там. А Северная не такая уж и большая.

Держать крупный флот на севере было чревато постоянными стычками с соседями. Да и потрепало его во время заговора пять лет назад. Пока военные разобрались, кто отдает приказы и кому стоит подчиняться, пока выбрали стороны… Урон, конечно, за прошедшее время устранили, но память осталась. Весьма неприятная. И Георг не отдавал приказа об усилении.