В груди всколыхнулась давняя, приглушенная боль. Хотелось бросить ему в лицо обидное оскорбление, но слова не лезли из горла. И вряд ли я сказал бы эти слова.

Он не хотел задеть во мне давнюю занозу, поставить на место или похвалиться, это было не нужно ни ему, ни мне. Но и молчать не мог. Понимал, что для него это последний шанс сказать всё, что копилось в нем эти годы.

Пожарский просто отдавал долг другу.

В дверь снова постучали. Этот настойчивый, сухой стук маленького кулачка я бы ни с чем не перепутал.

Без предупреждения Карина распахнула дверь и по-хозяйски вошла в комнату.

— А, ты не один? — она вскинула густые брови.

— Заканчивай с костюмом, и если что-то не так, передай техникам, чтобы успели исправить, — Пожарский хлопнул меня по плечу. — Удачи, Вайнер.

Я посмотрел ему вслед со смешанными чувствами. На душе скребли кошки, но злости не было. Только пальцы изо всех сил стискивали теплую, податливую ткань боевого костюма. Так, словно это была рука отца, которую он протянул ко мне через время.

— Хоо, классно выглядишь, — Карина ощупала меня пристальным взглядом, а потом и пальцами.

На ней снова была ультракороткая миниюбка с широченным поясом, белоснежные чулки и лиловый жилет в причудливых узорах. Вызывающий наряд притягивал взгляд как магнит.

— Взаимно. А ты разве не должна уже уезжать в лабораторию? — напомнил я.

— Я зашла попрощаться с тобой, пускай ждут, — девушка провела ладонями по моему прессу и плечам с откровенным взглядом. — А может, задержаться на часик-другой? А ну-ка, снимай костюм…

— Сейчас реально не до этого, давай в другой раз, — я сбросил с себя её руки. Она надула губки, делая вид, что обиделась.

— Вот же ты непрошибаемый! Такой шанс упускаешь, — буркнула она, скрывая волнение в голосе. — Может, это последний раз, когда мы можем вот так…

Я кашлянул, натягивая костюм выше. Мы оба без слов понимали, что может случиться. И даже такая закаленная трудностями черствая стерва тревожилась. Она покусывала губу, а брови то и дело со сдвигались к переносице, то разглаживались.

— У тебя всё готово? — спросил я, отвлекая её от тяжелых мыслей. — Лаборатория, реагенты? Ты сможешь воспроизвести формулу?

— Не воспроизвести, а улучшить, — поправила она и скрестила руки на груди, чтоб скрыть дрожащие пальцы. — Не знаю, сработает ли эта сыворотка так, как мы думаем. Времени бы побольше, а то мы даже протестировать не успеем. Если не выйдет, второго шанса у нас не будет.

— Придётся довериться моей гениальной жене, — я взял её за плечи и ободряюще улыбнулся. — Мы все вверяем свои жизни в твои руки. Твоя сыворотка — наш лучший шанс победить Романа. Если кто и может её сделать, то только ты.

— Дурак, вот почему ты говоришь это только перед расставанием, а? — она уставилась на меня с порозовевшими скулами. — И вообще, я не об этом хотела поговорить.

Она ловко вывернулась из моих рук и прошлась по комнате, цокая каблучками.

— Я кое-что узнала о твоей служанке, Поле. Это ведь её мы вытащили из того госпиталя в Рязани?

Застегнув молнию на груди, я коротко кивнул.

— Вся эта история с божественным даром и ангелами показалась мне полным бредом и антинаучной чушью. Я видела магию, а не какие-то там фокусы религиозных фанатиков, — сверкнув глазами, она прижала палец к губам и тихо добавила. — Вот я и залезла в архивы Опричнины и выяснила кое-что.

— Погоди, ты сделала что?..

— Ограбила опричников, — девушка весело сверкнула глазами.

— Ты хоть понимаешь, что они сделают с тобой, если узнают?

— Да ладно, им жалко что ли? — Карина с видом бывалого контрабандиста продолжила. — Так вот, никакая она не избранница Велеса или кого там ещё. Она — последняя выжившая дочь польского князя, погибшего в годы западного похода больше пятнадцати лет назад.

— Да ладно? Звучит как бред.

— А чем тогда объяснишь её магию? — усмехнулась она. — Чудом скотьего бога? Самому-то не смешно?

Я покачал головой. Магия атрибута и правда подходила куда больше, но… это же Полинка. Я с детства её знал.

— Откуда тогда?

— Посуди сам. Тогда случился мощнейший альва-прорыв в восточной Польше, началась затяжная война с альва-монстрами. Десятки родов магов были уничтожены, погибли почти полмиллиона человек. Там царила анархия. Твой отец привез её из того похода, выкупив у работорговца, а где он нашел её — это вопрос.

— В лесу, — тихо ответил я. — Она шла через лес одна несколько дней, пока не вышла к людям.

Я замер, занеся палец над кнопкой пневмонасоса на запястье. В памяти вспышкой пронеслись картины из детства: отец, душный грязный ангар, забитый клетками с людьми, работорговец, война с монстрами…

— Твой отец выкупил её, даже не зная, что девочка на самом деле — наследница рода магов, — подытожила Карина. — Магия может спать в человеке годами и десятилетиями, если ее не развивать. Тогда, в Рязани, это было никакое не чудо. В ней говорила её родовая магия, атрибут воды.

— Такой же, как у тебя, — тихо добавил я, нажав кнопку. Ткань упруго обтянула тело, подчеркивая рельеф.

— Именно. Княжеская дочь, наследница рода… она вполне может претендовать даже на престол, если выйдет замуж за наследника, — задумчиво протянула Карина.

— Только не говори ей пока об этом. Сейчас это сделает хуже, — нахмурился я. — Она — одна из простолюдинов, они воспринимают её как свою. Кто знает, как всё изменится, если они узнают её происхождение. Я сам ей расскажу, когда придёт время.

Я всю жизнь считал Полю подругой, чуть ли не младшей сестрой. Солнечной, доброй и уязвимой девчонкой, которую нужно защищать. Но слова Карины перевернули всё с ног на голову. Она была права, Полина при всем желании больше не могла оставаться просто горничной князя.

В груди заколыхался огонек тревоги перед неизвестностью. Я невольно куснул губу, даже в воздухе с легким ароматом сладковатых духов Карины повеяло тяжестью.

— Ещё одна конкурентка. Смотрю, ты западаешь на девчонок с водной магией, — ухмыльнулась Карина. — Там и про вас двоих кое-что было…

Её прервала вспышка света. Посреди комнаты разверзся черный зев портала с яркой оранжевой кромкой, из которого вывалилась Лиливайсс.

— Лили! — я бросился к ней и подхватил на лету. Девушка всем весом обрушилась на меня, обхватив руками, и буквально впилась в мой рот поцелуем.

— Гх-мм!.. — я сжал её, удерживая от падения. В лицо пахнуло гарью и стойким запахом крови альва-чудовищ.

Альва в венах вскипела и устремилась бурным потоком в истощенную девушку. Она была буквально опустошена, даже её ядро пульсировало тревожно и мелко, как сердце после бешеного марафона.

— Да какого!.. — донесся возглас Карины, но она не влезла.

Лили пила мою энергию с жадностью изможденного путника. С трудом оторвавшись, она упала на колени и устало вытерла губы.

— С…спасибо, хозяин, — хрипло прошептала она. Я бегло осмотрел её тело: комбинезон был цел, ран не видно, кроме царапины на скуле. Значит обошлось без боя. Но в библиарии явно что-то произошло.

— Эй, кодекс! — Карина нависла над ней, уперев руки в бока. — Может хватит так нагло сосать из него альву?

— Ну так замени его, я не против, — осклабилась Лили. — Попробуешь?

Карина застыла, глядя на неё, и медленно покраснела.

— В-вот еще, не стану я…

— Лили, — перебил я. — Ты сделала то, о чем я просил? Что произошло в библиарии?

— Они заражены, — сглотнув комок, она посмотрела на нас и в её оранжевых глазах блеснуло недоброе сияние. — Все кодексы княжеских родов оказались под влиянием Аластера. Я пыталась помочь им, хозяин. Высосала все свои силы досуха.

— И что в итоге? — Карина приблизилась. — Они согласны?

— Кодексы не торгуют своей лояльностью, — тихо ответила Лили. — Они следуют клятвам. Я сделала всё, что могла. Кодексы сами должны принять решение, на чьей стороне они выступят.

Мы с Кариной переглянулись. По спине пробежались неприятные ледяные мурашки.