«Всё-таки Пол Ромеро и Роб Кинг были настоящими кудесниками, которые творили истинную магию с помощью своих инструментов».

В детстве, сидя за стареньким и дышащим на ладан компьютером, я был в невероятном восторге. Рассматривая каждую деталь, каждую черточку открывшегося предо мной города. Позже играя за остальные фракции, я также был поражён мрачными башнями Некрополиса, темной и таинственной атмосферой Лиги Теней, таким притягательным замком-древом Лесного союза и монументальным и необычным городом гномов, рядом со стенами которого лежал снег, а в глубине кипела лава.

Но главной моей любовью стала конечно Академия Волшебства. Прекрасный восточный город, напоминавший мне Аграбу из диснеевского мультфильма Алладин, построенный на нескольких парящих островах, соединенных между собой небольшими мостами. С бесчисленными башнями магов, гремлинскими мануфактурами, литейными цехами производства големов, золотыми павильонами и башнями желаний на фоне бескрайнего неба… Эти города были усладой для моих глаз, когда я проходил кампанию за Зехира и играл в одиночные игры.

Как оказалась, именно так выглядел Аль-Сафир, столица Серебряной лиги. Город, настолько богатый и настолько прекрасный, что я поклялся в будущем его обязательно посетить.

Вскоре карета, проехав ворота охраняемые двойкой латников, оказалась во внутреннем дворе, откуда мой путь лежал сразу в купальню. Для меня оказалось приятным сюрпризом, что в Асхане, а если конкретней, в Священной Империи Грифона, не смотря на фэнтезийное средневековье, с чистотой было гораздо лучше чем на матушке Земле.

Причин было две — некроманты и вера в Эльрата. И если про первых я узнал случайно, когда одна из нянек пыталась меня припугнуть страшилкой, что «если будешь ходить грязным, однажды к тебе придёт злой некромант и превратит в вонючего зомби», то со вторым божественным драконом было гораздо интересней.

С первым-то всё понятно — местные давно допёрли, что грязь и антисанитария идут рука об руку с различными болезнями, которые очень любят жители Эриша, и они всегда рады пополнению дружного, но мёртвого и гниющего коллектива. А вот Эльрат своим последователям помогал немного иным способом.

Как оказалось, в империи есть священные тексты, которые на заре существования государства принесли ангелы и отдали Брайану I, наследнику первого императора Ронана Великого. Книжка была короткой, всего пара десятков страниц, и говорила в основном о том, как нужно жить, чтобы оказаться в местном Раю, Чертогах Эльрата. В ней основными благодатями как человека, так и ангела считаются: кротость, любовь, смирение, терпение, умеренность, усердие и чистота. Под последней имеется ввиду не только чистота духовная, но и телесная. По словам одной служанки, которую я подслушал когда притворялся спящим, в её родной деревне священник местной церквушки однажды взял за шкирку одного грязнулю-пьяницу и пять часов вымывал того в бане, игнорируя крики и вопли мужика, пока тот едва блестеть на Солнце не начал как начищенный золотой.

«Хорошие тут священники», — подумал я тогда, ведь позднее оказалось, что это было не такое уж редкое событие. Ведь в мире, где твой бог реально тебе отвечает и даёт силу в зависимости от твоей веры, большинство священников будут истово верующими.

Правда, оставался вопрос касательно того же Аларика и красных церковников, но я пока слишком мало знал об окружающем мире и местной магии, чтобы делать какие-либо выводы.

Поэтому завалившись в купальню, где молодые служанки быстро смыли с меня пот и дорожную пыль, я зевнул, едва не вывихнув челюсть, и отправился на боковую. Дневной сон всегда был моим любимым времяпровождением, особенно после расслабляющей ванны, а сейчас, пока я ребёнок и от меня требуют одного — расти, хорошо кушать и не болеть, я имел полное право наслаждаться этой слабостью. Ведь чутьё подсказывало мне, что как-только подрасту, свободного времени у меня станет ой как мало.

Проснулся я лишь ближе к ужину, куда меня быстро одели и сопроводили расторопные слуги. Наличие последних первое время доставляло мне немалый дискомфорт, ведь взрослое сознание с трудом принимало реальность, в котором ты даже ложку самостоятельно в рот с трудом засовываешь. Но со временем, я привык и даже начал получать от этого истинное удовольствие.

Всегда свежая, прогретая с помощью угольного утюга одежда, сшитая из лучших тканей, большие купальни с горячей и холодной водой, где тебя моют и обтирают, вкуснейшая еда, с большим количеством специй (мелочь, а приятно). Ко всем таким удобствам быстро привыкаешь, особенно когда тебе со всем помогают молодые и симпатичные девушки лет четырнадцати-шестнадцати. Почему такие юные? Причина проста — прислугу для каждого новорождённого знатного отпрыска отбирали новую и молодую для соблюдения ряда условий: преданность новому господину, благодаря которому их вытащили чуть ли не из грязи, формирование у ребёнка собственного внутреннего круга, не связанного с другими крупными лордами, и в конце концов таких слуг нужно было реже менять из-за старости.

«Главное, не разлениться окончательно. А-то стану разжиревшим боровом, который себе даже задницу без чужой помощи подтереть не сможет», — подумал я, зябко передёрнув плечами, пока меня вдевали в свежую нижнюю рубашку, достававшую до колен, детские плундры, представляющие собой европейский вариант шароваров, и верхний чёрный камзол, с обязательно вышитым на нём узором в виде ворона.

Эта птица вообще сопровождала меня везде — на одежде, на посуде, на мебели, даже на постельном белье. После такого не было ничего удивительного, что некоторые аристократы, на чьих гербах были различные животные, начинали себя с ними ассоциировать. Старки и Ланнистеры не дадут соврать. А один коронованный олень ради рогов вообще три раза слепым и глухим становился.

Так что одевшись, я в сопровождении уже привычной свиты, вышел из своей комнаты и направился в обеденный зал. Вообще у местных было принято, чтобы дети до трёх лет спали и жили вместе с матерями, впитывая их тепло и заботу, как моя сестра Анастасия, которая родилась год назад. Но я же наследник герцогства Ворона. Суровый и жёсткий, как сотня челябинцев. Поэтому, по распоряжению отца, я с самого начала должен был спать один и проводить большую часть дня в одиночестве, видясь с матерью лишь пару часов вечером.

Странные методы воспитания, но объясняющие почему эмоциональность Владислава находилась на уровне океанского дна. За исключением моментов, связанных с императорским домом.

Обеденный зал Пика Ворона, хотя в нём проходили и завтраки, обеды и ужины, повторял общий архитектурный стиль замка. Тяжёлый серый камень, которым были выложены пол и стены, витражные окна, с мозаикой в виде воронов, три тяжёлых люстры, с гнёздами под свечи, большим ворсистым ковром и столом на десяток персон, из морёного дуба. Стиль, частично заимствованный у гномов и орков и характеризующийся больше надёжностью и основательностью, чем красотой и изяществом.

— Андрей, только тебя ждали, — степенно произнесла мне мать, как только я вошёл. — Садись быстрее. Мясо стынет.

— Хорошо, матушка, — уважительно кивнул той, направившись к небольшому стульчику, сделанному специально для меня, где уже лежали маленькие серебряные столовые приборы и суповая тарелочка, полная доверху исходящим паром рагу.

Сегодня за столом сидели всего трое человек. Я, мама и дядя Борис, двоюродный брат моего отца, назначенный регентом, наравне с матерью, пока герцог отсутствовал. Вместе с отцом отсутствовали ещё трое человек, постоянно присутствовавшие за этим столом.

Кастелян Василий, уже третий день пропускавший трапезу и засевший в своих покоях из-за дел, свалившихся на него из-за вторжения.

Глава нашей гвардии Михаил, отправившийся на войну вместе с отцом.

И архиепископ Пётр, тоже отправившийся вместе с войском, как глава всех монашеских орденов в нашем герцогстве.

Анастасию, из-за её малого возраста, пока за стол не пускали. Да и меня не должны были, но семейная традиция, как можно раньше приучать наследника к самостоятельности и делам герцогства, а также моё спокойное и не капризное поведение, перевесили чашу весов и сыграли мне на руку.