— Андрей, прочитаешь сегодня молитву? — обратилась ко мне мать, на что я кивнул и начал громко зачитывать много раз повторенные строчки.

— Очи всех уповают на тебя, Эльрат, и ты даёшь нам пищу их в своё время. Благодать твоя бесконечна и неисчислима… — язык хоть и заплетался в моментах, но иначе никак было нельзя. Женщинам, если они не имели звания рыцарей или монахинь, было запрещено читать молитвы, а дядя мог говорить только с помощью артефакта, изготовленного в Серебряных Городах и заменяющего ему голосовые связки.

Всё дело в том, что он был ответственен за оборону нашей северо-восточной границы от орков. И пятнадцать лет назад, если верить сплетням прислуги, он попал в плен к вождю одного из их диких племён, обитавших в западной части Дороги Драконов, огромного магического хребта в центре Асхана. Там местный шаман вырвал ему язык и использовал в своих магических ритуалах. После орочий вождь долго пытал его, а затем зверски убил, но вовремя подоспел отец, вырезав всё племя под корень и воскресил дядю, не дав тому отправиться в объятия Эльрата.

Вот только такое событие не могло не оставить своего отпечатка — волосы Бориса после этого стали полностью седыми, а в свои тридцать два он стал выглядеть на все пятьдесят, а его способность говорить не получилось восстановить даже магией архангелов.

Поэтому отцу пришлось задействовать свои и мамины связи, заказав в Серебряной Лиге артефакт, позволявший ему заговорить. Маги встроили его в горло дяди, но где-то опять накосячили, из-за чего каждое использование прибора причиняло ему ощутимую боль. Поэтому он большую часть времени молчал, а даже если и говорил, то ограничивался короткими фразами или вообще одним словом.

— … ибо из твоего милосердия рождается истина, из истины рождается свет, а из света рождаемся мы, — закончил я молитву, а блюда расставленные на столах покрылись тонкой плёнкой божественного света, быстро впитавшейся в еду и исчезнувшей.

Признаюсь честно, сначала я дичился того, как часто и по каким пустякам местные используют силу своего бога. Тот же отец в первый год после моего рождения при каждой встрече накладывал на меня целый букет благословений, из Каменной Кожи, Божественной Силы и прочих заклинаний, названий которых мне не рассказали. Зачем? Я и сам так и не понял, а спросить у вечно занятого Владислава или других высокоранговых священников не представлялось возможным.

Но, как оказалось, крестьяне и простые горожане видят чудеса Эльрата редко, по очень большим религиозным праздникам или при встрече с такими затворниками как ангелы и инквизиторы. Про последних я почти ничего не знал, за исключением того, что они охотятся за врагами империи и вечно сидят в своих закрытых монастырях, но по говорящему названию догадывался об их роли. Из-за чего в будущем планировал вести с ними очень плотный диалог, особенно учитывая грядущую проблему демонопоклонников.

Ели все молча. Дядя по очевидной причине, а мы с матерью соблюдая приличия. Ведь как и на Земле, здесь считалось некультурным говорить во время еды, а вот после — спокойно.

Повторюсь, еда на герцогском столе была очень вкусной. Свежеиспеченный белый хлеб из муки первого помола, рагу из мяса недавно пойманного кабанчика, гороховая каша с маслом и салом, и разбавленное лёгкое вино, в котором даже градус не чувствовался. Единственное, что меня смущало это отсутствие свежих овощей, представленными на столе только в сваренном виде. Это делало их почти безвкусными, но когда я задал этот вопрос матери, она лишь сказала, что сырыми их едят только крестьяне, губя так своё здоровье. Эх, знала бы как она ошибается…

На десерт подали свежие райские яблоки, так местные называли бананы, и запечённые в тесте медовые груши, с крепким зелёным чаем, доставленным из Хасимы. Хороший и плотный ужин, после которого маме принесли свиток, развернув который она слегка нахмурилась.

— Новости от папы? — полюбопытствовал я, заметив как Борис заинтересованно посмотрел на послание, тоже интересуясь написанным.

— Не совсем, они спешат, но ещё не достигли Уайтклиффа. Новости из Ироллана. Тёмные эльфы Игг-Шайла напали на их границы. Король Аларон отправил сразу два легиона танцующих с клинками назад, ослабив свою армию, — продекламировал сводку Жанна, заставив меня немного нахмуриться. Такого в игре я не помнил.

— Танцующих с клинками? Как шуты на празднике? — вопросил я, желая в кое-чём удостовериться. Если с теми же магами, некромантами, тёмными эльфами и гномами я ещё в прошлой жизни более менее понимал как организованы их армии, то с Лесным Союзом и даже Империей было несколько вопросов. Я слабо представлял как по полю боя летают сотни фей и швыряют во всех подряд взрывающиеся семена-гранаты.

— Пф… — фыркнула Жанна, прикрыв рот ладошкой, да и Борис улыбнулся. — Нет, конечно, сынок. Танцующие с клинками, воины эльфийского народа. Они живут в несколько раз дольше, чем мы, поэтому за свою долгую жизнь, они осваивают владение своим оружием настолько исскусно, что их выпады больше похожи на танцы. Они главная сила Ироллана на поле боя и то, что их стало меньше, сильно удручает.

«Вот это да. Жаль про фей не спросишь. Неоткуда мне о них знать», — внутренне вздохнул я, задав другой вопрос: — А как дела у дедушки?

— Всё хорошо. Вместе с герцогом Конрадом, он скоро будет в Аль-Бериле и окажет помощь Сайрусу, — с улыбкой ответила мне мать, но я прекрасно понимал, что эти слова адресованы Борису. В обычных обстоятельствах, меня бы уже давно в мою комнату прогнали, чтобы не мешал взрослым разговаривать, вот только был приказ отца — как можно раньше вовлекать наследника в дела герцогства. Вот и вовлекают, как могут.

Кстати, на счёт дедушки. Мама у меня в девичестве носила фамилию Бык и была одной из трёх дочерей нынешнего герцога Быка. И это были самыми неспокойными землями во всей империи.

«На удивление, об этом мне рассказал сам Владислав», — вспомнил я тот разговор тет-а-тет, проведённый с отцом, когда в первый раз поинтересовался, а кто мои бабушка и дедушка, по материнской линии.

Владислав рассказал многое. Да, очень простыми словами, изначально упуская некоторые детали, но задавая наводящие вопросы, я смог разузнать побольше о моей родне с материнской линии и почему отец так её не любит.

Оказалось, что именно правители земель Быка издревле находились во вражде с домом Грифона (о ужос какой!!!), что для отца было грехом наравне с мужеложством. Ведь когда-то, во время знаменитой Десятилетней Войны, когда Грифоны доказывали всем, что именно они истинные преемники Соколов и могучие жабы в нашем болоте, герцог Амилькар Бык посмел бросить вызов Ивану Грифону в борьбе за императорский трон.

К тому же, соседство герцогства с Серебряными Городами, полных магов-безбожников-беспредельщиков, и Эришем, землями под контролем омерзительных и отвратительных некромантов, привело к тому, что среди жителей этих земель было много людей, посвящающих себя занятию магией, в том числе(о ужос какой!!!), и магии Смерти.

На мой логичный вопрос, какого чёрта он тогда женился на маме, отец сначала отвёл взгляд, но после недолгой паузы всё же ответил. Оказалось это был приказ прошлого императора — Олега, отца Алекса, который видя как собачатся он и дедушка, решил их помирить, выдав дочь второго за первого.

Что-то мне это напомнило. Да-да, линию Ирины из шестых героев. Хорошо хоть у Быка не было внебрачных боевитых сыновей, а Владислав не оказался таким садистом как Герхард. Но от мыслей о цикличности истории меня это не спасало.

Возвращаясь к теме земель Быка. Из-за близости к некромантам и магам, это был самый неспокойный регион во всей империи. Поспорить с ним могло лишь герцогство Оленя, откуда за полгода до Затмения пришли вести об очередном столкновении с гномами. И культура этих земель сильно отличалась от более северных регионов. Это было видно по комнате матери и вещам привезенными ей оттуда: более изящная мебель, другой фасон платьев, духи, масла, мази и артефакты, которых я ни на одной леди из родом из нашей провинции не видел.