— Вильгельм Адлер бывший военный. Он знает цену приказам и предан Империи.

— В таком случае мы подождем несколько дней, — подвел итог Георг. — И, если фройляйн не вернется, вам, Генрих-Иосиф, придется разобраться и со своим человеком, и с поисками, и с погоней. Все же выгоду вы получили.

Герцог покорно склонил голову. Кузен императора сверкнул глазами, но промолчал. И покорным не выглядел. Сбежит. Даже спорить не о чем.

— А теперь, господа, прошу вас покинуть мой кабинет. Сегодня и без того непростой день.

Посетители быстро откланялись и скрылись за дверью, а императрица подняла взгляд на мужа:

— Ты не очень удивлен тем, что фройляйн отправилась на поиски Герхарда.

Кое-что за прошедший год она успела понять о Георге. Он мог оставаться спокойным с подданными и сохранять самообладание в любой ситуации, но внутри полыхал и всегда старался дать выход эмоциям раньше, чем они станут представлять опасность для окружающих. Обычно в саду. Или в долгих прогулках за городом. Однако она пыталась научить его разговаривать. Получалось не всегда.

— Она приходила ко мне… — Император медленно прошелся до окна и остановился, глядя сквозь стекло. — Месяца два назад. Пыталась объяснить что-то о линии крови. Доказать, что Герхарда можно найти. Все звучало не слишком убедительно. Я выслушал, но… Кажется, она сама не верила в свое открытие, если оно таково. И самое главное — теория требовала подтверждения, а на него в свою очередь необходимо время.

— Ты ей не поверил, — спокойно подвела итог Валенсия.

— Я поблагодарил за попытку, но сказал, что лучше ей продолжить работать в области рунологии, а магию крови оставить на более спокойное время. Тогда я еще надеялся, что придет требование о выкупе. Или что нашим шпионам удастся разузнать хоть что-то…

— Мне очень жаль, что новостей так и нет.

— Мне тоже, — глухо ответил Георг. — Мне казалось, что я был достаточно убедителен. Фройляйн Ланге ушла и больше не появлялась. Я думал, она успокоилась.

И ошибся. Если бы где-то там на полях войны пропал кто-то из братьев, Валенсия тоже не находила бы себе места, не получая известий. Но отправиться на поиски… Рискнуть жизнью… Оставить дочь… Что может заставить женщину так поступить? Авантюра? Вряд ли.

— Ты не мог рисковать, доверяя теории.

Королям и императором приходится думать о благе страны, а тогда на северной линии фронта творилось полное безобразие. С ним и должен был разобраться Герхард… Не вышло.

— Но она смогла. И теперь я снова думаю о том, что подвел брата. Что мог попытаться использовать теорию и найти его раньше. Если вообще мог… Если он все еще жив.

Императрица вздохнула и встала, медленно подошла к мужчине, которого училась понимать, прижалась к его плечу.

— Если герцог Кениг прав, через пару дней фройляйн Ланге вернется, и тогда ты ее выслушаешь. Снова. И примешь решение. А пока я постараюсь узнать как можно больше о том, почему она решила уехать.

— Тебе нельзя перенапрягаться! — немедленно отреагировал будущий отец, превращаясь из статуи в живого человека.

Валенсия закатила глаза. Эту фразу она слышала по десять раз на дню с тех самых пор, как объявила мужу о скором пополнении в семье. В следующий раз стоит быть умнее и молчать подольше. Пока живот расти не начнет.

— Я всего лишь поговорю с герром Шенбеком. Пока он не удрал следом за фройляйн.

— Хорошо, — нехотя согласился будущий отец. — Но все равно будь осторожнее. Я займусь бумагами. Эта аудиенция сдвинула мой график.

Она коротко коснулась губами губ супруга по сложившейся традиции и позволила проводить себя до дверей, а в приемной осведомилась у секретаря:

— Герцог и герр Шенбек уже уехали?

— Я слышал их голоса в соседней галерее, — сразу же сообщил герр Хофф. — Весьма напряженные.

— Благодарю.

В ответ мужчина лишь профессионально кивнул. Маленький, незаметный человечек, который выполнял важную и сложную работу. И был совершенно незаменим.

Валенсия направилась в указанную сторону. Голоса, если и звучали ранее, сейчас уже стихли. Но стоило повернуть за угол, и ей навстречу попался хмурый кузен императора, заметно хромающий на правую ногу.

— Герр Шенбек.

— Ваше Величество, — он остановился и коротко поклонился.

— Куда вы направляетесь?

— По делам, — отрезал невольный родственник, сверкнув глазами, но затем вспомнил о манерах: — Хочу выяснить, кто еще мог помогать Сабине. Простите, Ваше Величество, я сегодня не лучший собеседник.

— Хотите отправиться следом?

Ее окинули неприязненным взглядом, но все же ответили:

— Нет. Мой организм напомнил мне, что не следует пренебрегать рекомендациями врача.

Сарказм и грубость, как известно, защита от жалости для тех, кто не привык быть слабым. Обижаться Валенсия не собиралась.

— Хорошо, тогда, если вы не возражаете, я буду сопровождать вас. Его Величество будет спать спокойнее, если узнает подробности произошедшего как можно раньше.

— А если возражаю? — обреченным тоном поинтересовался Юстас. Они так и не смогли перейти к более близкому общению, учитывая его ранение и долгое восстановление. Вот и повод.

— Тогда я просто отправлюсь следом, но будет лучше, если мы оба не станем создавать сложностей и воспользуемся одним из дворцовых авто. Мой охранник нас отвезет. Так куда вы хотели отправиться?

Через час автомобиль остановился у знакомого дома, принадлежащего месье Моро. Несмотря на войну, мастер продолжал процветать. После императорской свадьбы заказы сыпались на него как снег зимой и даже напряженная обстановка не снизила их количество. Наоборот, Моро, пользуясь ситуацией, стремился изменить моду, окончательно убрав корсет из привычных нарядов и упростив фасоны. Так тратилось меньше ткани, которая теперь являлась дефицитной.

— Почему вы думаете, что месье Моро может что-то знать? — спросила Валенсия, выбравшись на улицу и опираясь на руку водителя. Герр Шенбек мучился от судорог и утруждать его было бы неправильно

— Сабина ездила к нему. Клара сказала… — он поморщился. — Я и сам мог заметить, но… Не обращал внимание.

— Возможно, она заказывала гардероб в дорогу?

Конечно, одежда — последнее, что могло волновать женщину, отправляющуюся навстречу войне, но не стоит забывать и о простых объяснениях.

— Или врала о том, куда ездила и заказывала что-то для отвода глаз… — поддержал ее мысль собеседник. — Сабина умна. Она… раньше уже делала нечто подобное. Конрад может вам подтвердить.

Юный Рохфогель, назначенный в ее охрану еще прошлым летом сразу после окончания Академии, заметно смутился. Щеки залил яркий, как у всех рыжих, румянец.

— Неужели?

Валенсия окинула молодого человека пристальным взглядом, под которым тот смутился еще больше, но нашел в себе силы выпрямиться и ответить:

— Да, Ваше Величество. Я смогу рассказать вам, если это необходимо.

— Позже, — решила императрица. Интересной беседой она может насладиться в любой день, а сегодня лучше посветить одному делу. — Это все причины, почему мы здесь?

— Моро возит ткани из Ференции, — вздохнул герр Шенбек. — Раньше возил. Возможно, у него все еще сохранились связи.

— И он мог поделиться ими с фройляйн… — закончила апийка. — Я поняла. С вами мастер разговаривать не станет. Тем более о контрабанде. А я могу попросить о дружеской услуге. Подождите здесь.

И, не слушая приглушенные возмущения обоих мужчин, направилась ко входу.

Конечно, ради ее визита мастер отложил все дела и явился в гостиную для посетителей. Здесь стало заметно свободнее. Часть мебели вынесли, каталоги и образцы ткани разложили на столиках. Теперь здесь мало кто пил чай и коротал часы в ожидании примерки. Обитательницы столицы были чересчур заняты для праздности, в которой жили ранее. Во всяком случае Валенсяи надеялась на это.

— Ваше Величество, — мастер поклонился и поцеловал протянутую руку, — для меня огромная честь видеть вас здесь. Позвольте заметить, что вы прекрасно выглядите. Велеть принести вам кофе?..