— Хорошо. Я согласен. — выдохнул я, взяв меч в руку и, не обращая внимания на боль, отвёл его от своей шеи. — Я распущу армию и не буду угрожать целостности Империи.

Глаза Маэль, услышавшей это, немного потеплели, и она сама убрала меч, который просто растворился в её руках. Вот только, прежде чем она успела хоть что-то сказать я продолжил:

— А теперь… Пошли вон с моих земель! Отныне… вы нежеланные гости в герцогстве Ворона!

— Андрей, эти слова… — опешив от услышанного, хотела было возразить Маэль, но я не собирался её слушать.

— Повторяю последний раз. Пошли. Вон. С моих. Земель. — раздельно выговаривая каждое слово, выпустив наружу всю свою ману, которой оказалось достаточно, чтобы двое других архангелов невольно вздрогнули. — Это моё последнее предупреждение. Останетесь здесь дольше необходимого, я самолично вырву ваши крылья и сделаю из вас чучела!

Боялся ли в этот момент за свою жизнь?

Ни капельки.

Во мне бушевал гнев, как в том меме про собачку породы Чихуахуа. Наполовину страх, наполовину гнев.

А ангелы — существа Порядка и подчинялись законам Эльрата, перед которыми я был абсолютно чист. Передав так называемую ноту протеста своего верховода, они потеряли любой повод хоть как-то мне угрожать, пока я сам не перешёл черту. Из-за этого уже спустя пару минут, они покинули мой замок, улетев куда-то в сторону востока.

***

Буду честен — изначально произошедшее не укладывалось в голове ни у меня, ни у Мельхиора, ни остальных моих вассалов, присутствовавших в тронном зале в тот день.

Просто так прийти и угрожать герцогу Империи, несмотря на все возможные последствия?

Тупее — даже придумать сложно.

Вот только, пораскинув мозгами посерьезней, я понял что здесь был только голый расчёт. На одной стороне весов было устранение угрозы гражданской войны, а с другой — недовольство пары-тройки герцогов, которые в сухом остатке, ничего не могли ангелам противопоставить.

Да, прошли те времена, когда отголоски битв ангелов и безликих могли ввергнуть в руины большую часть Асхана, оставив от этих народов лишь тень их былого величия. Вот только, сил первых, что вторых, вполне хватило, чтобы стереть в порошок одно или два герцогства.

Конечно, объединись Империя в единый кулак и пожелай накостылять ангелам, у пернатых не было и шанса, вот только, это было невозможно из-за главного фактора, объединявшего Империю.

Веры.

Именно вера в Святого Дракона Света, объединяет людей вокруг лордов, церкви и императора, и ангелы в этой системе всегда были голосами и глазами Изначального дракона. Предложи я своим людям пойти в бой против крылатых, духовенство и мещане меня бы не поняли и на вилы подняли.

Да, они оскорбили меня, герцога Империи. Да, показали аристократии Империи, которая ОЧЕНЬ трепетно относится к своей власти, что они не самые толстые жабы в этом болоте. Да, сильно порушили веру некоторых людей в непорочность своей расы, ну и чё?

На примере Киранеля мне было известно, что большинство ангелов больше похожи на машины, а не живых людей, с редкими исключениями в лице Уриэля или Сары. Им на глупые обиды нас, существ-однодневок, было плевать с высоты своих парящих городов.

Как я узнал позже, такие же визиты вежливости были нанесены и Дункану, и моему деду. И если Олень, в тот момент тайно находившийся вне стен своего замка, не имея под рукой достаточной охраны, был вынужден согласиться и пойти на уступки, особенно когда ему приставили горящий клинок к хозяйству, то Эцио, как старый и гордый архимаг, не стал терпеть такой наглости.

Как мне рассказывали очевидцы, в тот момент пребывавшие в Святотени, своей битвой с архангелами дедушка разгромил одну из главных башен, вышвырнув тех на замковые стены. После, он воспользовался заклинанием Малой телепортации, перенесся крылатых гостей за территорию столицы, и уничтожил их за один удар, применив заклинание по описанию которого, любой человек, хоть немного сведущий в магии, узнал бы сильнейший козырь в руках заклинателей Тьмы — Нечестивое Слово. Магию, наносящую просто невероятный урон существам Света и Порядка, которыми являлись ангелы. Заклинание, обычно применяемое при крупных сражениях, оставило от детей Эльрата лишь жирную кляксу и пару перьев.

Услышав об этом, я подумал, что всё — пиздец. Владыка и император не спустили бы с рук убийство архангелов, а Быки — нападение на своего патриарха. Но, Эльрат, похоже был на нашей стороне и всё обошлось.

По официальной версии, которую выдвинула императорская семья и Церковь, Эцио Бык оказался еретиком, раскрытым доблестными слугами Эльрата, к сожалению погибшими от его рук. После этого его наследник, мой дядя Педро, попытался схватить его для суда Инквизиции, но не успел до того, как он завершил заклинание Великой телепортации и скрылся в неизвестном направлении.

Позже, пару месяцев спустя, один из прибывших в Пик торговцев передал мне письмо, написанное от руки дяди. В нём говорилось, что дедушка понимал, что убийство архангелов могло не просто привести к войне, но и расколу внутри самого герцогства Быка. Ведь в землях Быков, Гончих, Волков и отчасти Единорогов властвовала Южная фракция Церкви Святого Дракона или, как я их называл, фракция рационалистов. Они, в отличие от Мельхиора и духовенства земель Оленя, Ворона и имперской провинции, принадлежавших к Северной фракции теологистов, были гораздо сильнее политизированы и принимали решения выгодные в первую очередь им и Церкви.

Именно в таком порядке.

Поэтому дедушка, отправился далеко на Восток, в Шантри, которую он давно хотел посетить, мирно передав бразды правления давно готовому наследнику. Хэппи энд, с привкусом поражения. А я сжёг письмо.

В общем, ангелы, оказавшиеся второй властью в государстве, жёстко решили возникший кризис, встав на сторону императора. Такой поступок имел далекоидущие последствия, ведь произошедшее не слишком понравилось Северной Фракции, из-за чего, большое количество священников начало покидать Церковь, разочаровавшись в ней.

«Забавно, что пернатым на это тоже было глубоко плевать». — подумал я, продолжая медленно скакать в сторону ремесленного квартала Исталона. — «Для них, в происходящем нет ничего страшного, пока Инквизиция лютует и ищет по всей Империи еретиков и демонопоклонников, а священники продолжают проводить необходимые службы. То, что на место глубоко верующих теперь приходит всё больше маргиналов, постепенно подрывающих веру в Эльрата, их не особо-то и волнует».

— О чём задумался, Андре? — вырвал меня, из задумчивости, голос Айрис.

— Вспомнил о Мельхиоре. — сказал я частичную правду, невольно сжав заболевшую ладонь. Оказалось, что ожог, отставленный мне мечом Маэль было невозможно исцелить традиционной магией Света, ведь это был божественный артефакт, дарованный ей самим Эльратом. — Не видел его уже несколько месяцев.

— Ты же знаешь, почему он занят, — ответила она, подъехав поближе и доверительно прикрыла мою руку своей ладонью. — сам ведь нагрузил его работой.

— Ты, как всегда, права, — улыбнулся я ей, крепко и с чувством сжав её пальцы. — не дело, чтобы столько хороших священников пропадало зазря.

Массовый исход священников, не мог положительно сказаться на деятельности Церкви, влияние которой на Империю было сложно недооценивать. Ведь именно жрецы Эльрата, были духовными наставниками в деревнях, сёлах и городах, также исполняя роль лекарей, комбинируя классическую медицину и магию, и учителей, которые преподавали в воскресных школах и храмах. Из-за этого, большая часть населения Империи умели читать, писать и считать (но далеко не вся, ведь не каждый видел в этом необходимость, ибо не видят в этом ценности), что создавало хоть какие-то социальные лифты в среде мещан, давая им шанс в будущем, уехать в город и стать купцом или заводчиком.

Поэтому, чтобы хоть как-то сохранить веру простых людей в Церковь и не подрывать стабильность герцогства, Мельхиор, как глава Церкви в моей провинции, и Рэндалл, архиепископ земель Оленя, делали всё, чтобы хоть как-то сократить последствия. Лично посещали монастыри, общались с главами ушедших, вели активную переписку с епископами в других провинциях, читали проповеди, где аккуратно, но всё же осуждали поступок ангелов.