«Чудовище… Настоящее чудовище…» — Думала девушка, быстро переставляя ноги по лестнице, ведущую в центральную надвратную башню, где должна была находиться ее цель. — «Даже у сира Годрика, сильнейшего рыцаря миледи, не хватило был сил так долго сражаться со всеми нами, а он использовал столько магии, словно она у него бесконечная. Если бы ни это, мы бы быстро его одолели»

Однако история не терпит сослагательного наклонения: когда подкрепление мятежников подошло оборона стены начала быстро рушиться, командиры, поддерживающие связь оказались слишком быстро обезврежены, а солдаты — начали отступать, отдавая позиции.

Выход был только один — послать гонца в штаб и попросить подкрепления, иначе внутренний город падет за считанные часы.

— Лорд Глен! — Воскликнула воительница, ворвавшись на вершину башни и чуть не сбив с ног жреца, поддерживающего барьер против стрел и магии. — Срочное донесение с северной стены!

На ее крик мужчина, стоявший до этого обеими ногами на парапете и обозревающий все поле боя, даже не шелохнулся. Его взгляд был прикован к битве, бушующей прямо под его ногами, от одного взгляда на которую Элеонору пробивала невольная дрожь.

Да, она знала, что основной удар мятежников пришелся сюда, на главные ворота Когтя.

Знала, что именно здесь сражаются лучшие воины с обеих сторон, активно поливая друг друга стрелами, магией и взаимными проклятиями. Тысячи воинов, сотни больших и малых боевых машин, десятки осадных башен…

Все это, подобно бушующему морю, накатывало на монументальные стены Когтя и разбивалось в дребезги, благодаря усилиям одного человека, руководящего целым полем боя словно огромным оркестром, делая все, дабы его "инструменты" звучали безукоризненно, а "симфония" противника сыпалась, не в силах объединиться в общую мелодию.

— Что такое? — Спросил руководитель обороны столицы, даже не оборачиваясь. Голос его был холодным, полностью лишенный эмоций, словно он находится на светском рауте, а не посреди кровопролитного и тяжелого сражения. — Я не могу связаться ни с Фуэго, ни с Нильсом, ни Джастином. Что там происходит?

— Оборона прорвана! Стена пала! — Воскликнула Элеонора, опустив голову вниз, чувствуя как в груди горит огонь от осознания их провала. Но даже не видя лиц приступающих в штабе она поняла, что те далеки от добродушия.

— Не может быть!

— Как это возможно?!

— Сир Фуэго проиграл?

— Мятежники же наступают здесь!

— Что же делать?

— Чертовы предатели!

— Быстро они. Я рассчитывал еще на несколько дней боев. — Однако последняя фраза, сказанная голосом главнокомандующего мгновенно оборвала все возгласы, заставив каждого из приступающих шокировано посмотреть на Глена.

— Милорд? — Неуверенно спросил священник, которого Эли едва узнала. Облаченный в боевую рясу епископ Льюис мало походил на того улыбчивого и тучного мужчину, которого знал каждый житель города из-за его любви раздавать еду на улицах и "инкогнито" посещать городские таверны, дегустируя их лучшее пиво.

— Что? — Ответил вопросом на вопрос командующий, обернувшись, дав девушке увидеть свое лицо. Прямой нос, квадратный подбородок, темные брови и длинные непослушные волосы хорошо сочетались с умными и серьезными глазами, а толстая кожаная бригантина, сшитая, по слухам, из кожи циклопов, и простой полуторный меч на поясе придавали ему вид скорее богатого путешественника, а не выходца одного из благородных домов Империи.

— Неужели вы думали, что мы будем оборонять эти стены до конца?

— … — Никто ничего не ответил, но по лицам каждого из присутствующих было видно, что их ответ "Да".

— Глупость. — Фыркнув, ответил младший брат Витторио, заведя руки за спину. — Бороться с армией мятежников, имея в десять раз меньше сил? Изощренный способ самоубийства.

— Но зачем… — Прошептал один из свитских, крепко сжимая ладонь на рукояти меча.

— Мы лишь выматывали и уменьшали их армию. — Ответил Глен, пожав плечами. — Раз их командующий сделал нам такой шикарный подарок, почему бы им не воспользоваться?

«Подарок? Воспользоваться?» — Перед глазами каждого из присутствующих отчетливо проносились ужасы последних дней, где они бились не на жизнь, а на смерть, не желая отдавать врагам ни клочка столицы.

— Не волнуйтесь. Дальше стен им не пройти. — Продолжил он, сделав несколько шагов и оказавшись на противоположной стороне башни, откуда открывался вид на разрушенный город и высокий, почти теряющийся в облаках донжон. — Пока в наших руках замок, город им не взять. Любая стрела или магия, запущенная с него, достанет до этих стен, а попасть внутрь можно только по тонкому мосту, где будут стоять наши лучшие воины — серафимы.

— Вы хотите сказать, милорд?.. — Неуверенно обратился к нему священник, потрепав рукава мантии.

— Да. — Кивнул тот, скрестив руки на груди. — Трубите отступление. Пусть все уходят в замок, но не расслабляться. Вылазки и перестрелки никто не отменял, а значит бои не прекратяться.

— Не прекратятся… — Прошептала себе под нос воительница, чувствуя как покинувшие ее на миг силы возвращаются, дабы вновь крушить мятежников во имя императрицы Изабель.

— Не волнуйтесь, леди. — Услышав ее слова сказал Глен, подойдя и положив руку ей на плечо. — Битва на этом не закончиться. Поверьте мне, мятежники потеряют еще много крови и плоти.

Независимо от ее самой, от одних воспоминаний о пережитом за последние дни ужасе и смертях, на лице воительницы появилась довольная и кровожадная улыбка.

Изменники будут страдать и это главное.

***

Ашда, 15 день месяца Цветения солнца, 970 год Седьмого Дракона.

Три недели спустя после начала осады.

Шатер главнокомандующего, лагерь войск Северного Союза, окрестности Когтя, имперская провинция, Священная Империя Грифона.

— Милорд, плохие вести! — Прокричал очередной гонец, ворвавшийся в шатер главнокомандующего объединенной армии. — Враг опять воспользовался секретным тоннелем и смог проникнуть во внешнее кольцо стен! Были уничтожены два склада с амуницией, а также убиты восемь латников из людей лорда Остера!

— Опять?! — Ругнулся стоявший во главе стола рыжий юноша, не сумевший себя сдержать, повредив карту, смяв ту своей ладонью. — Глен! Проклятая тварь! Ургаш бы побрал его душу за такую наглость! Нужно что-то сделать, ваша светлость. Нельзя позволить ему уйти безнаказанным!

Последние слова предназначались молодому человеку, в это время неподвижно сидевшему в углу шатра и, сцепив руки в замок и облокотив на них голову, напряженно думал.

Бледная кожа, темные мешки под глазами, немытые сальные волосы… Все в его виде говорило, насколько вымученным и усталым был этот мужчина, не обращавший на происходящее никакого внимания. Его серые, цвета хорошо отполированной стали, глаза, непрерывно смотрели вперед, не моргая и не двигаясь не на миг.

Словно перед многочисленными рыцарями и лордами был не живой человек, а статуя, разукрашенная гениальным художником.

— С лордом Вороном все хорошо? — Шепотом спросил один из пэров, бывший вассалом дома Оленей. — Он такой уже несколько дней.

— Ага. — Поддакнул ему темнокожий южанин, бывший бароном одной из пограничных областей провинции Быка. — Все из-за последних проваленных штурмов. Он почти не ест, не пьет, не спит. Только приказы иногда отдает, да к бутылке прикладывается. Как бы того… Разумом не тронулся.

— Не говорите чепухи. — Сказал один из вассалов обсуждаемого, не скрывая гнева от услышанного. — Может вы не знаете, раз не воевали вместе с нами, но милорд так думает.

— Думает? — Недоуменно спросил один из северных лордов, косясь на одного самых могущественных людей империи.

— Да. — Ответил один из воронов, едва заметно кивнув. — Это не является особым секретом, но во времена Вторжения, а также недавней атаки на земли Волков он часто так замирал, что-то подолгу обдумывая, после чего предлагал решения, всегда приводившие нас к победе.