— Затем, что она общая для всех рыцарей и лордов Империи Грифона. — Ответил он, слегка пожав плечами. — Все мы стремимся процветанию нашей родины и всех живущих здесь людей. Кто-то охраняет свое поместье и деревни от монстров. Кто-то гоняется за темными эльфами-контрабандистами, похищающих людей ради их кровавых жертвоприношений. Кто-то разбирается с самодовольными некромантами, возомнившими себя вершителями судеб, а кто-то, как мы с тобой, наделенные самой большой силой и властью, уничтожаем демонов и следим за порядком и законом на территории Империи. Да, задачи несопоставимы, но заметь, что и они, и мы имеем общее звание — благородные. Знаешь почему?

— Нет. — Честно ответил я, с интересом смотря на Педро.

— Потому что все, что мы делаем, мы дела ради блага остальных. — В этот момент его глаза словно вспыхнули, а внутри почувствовался настолько мощный Свет, что я едва не вздрогнул. — Запомни одну вещь, Андрей. Ее мне говорил отец, а ему дед, а тому, по легенде, это знание пришло через многие поколения предков от самого Сар-Антора, Длани Света. А тот услышал ее от своего учителя, самого Седьмого дракона, Сар-Илама.

— И что это за слова? — Спросил я, удивившись такой предыстории.

— Нет ничего благороднее чем стремление к миру. — Сказал дядя, положив ладонь, облаченную в толстую латную перчатку, мне на плечо и крепко сжав. — Запомни это. Для нас первостепенен мир и Империя. Остальные дрязги и личные амбиции должны стоять на втором, а то третьем месте.

— Слышали бы тебя остальные лорды. — Заметил я, усмехнувшись. — До меня дошли слухи, что некоторые твои вассалы отказались штурмовать Штормдейл, из-за чего потери оказались гораздо выше ожидаемых.

— Не то слово. — Ответил дядя, скривившись словно от зубной боли. — Они боялись потерять слишком много людей. Не хотели рисковать своими владениями, боясь что Изабель, идущая к Аль-Имралу, может развернуться и ударить по их доменам.

— Идиоты. — Сказал я, почти выплюнув слово. — Они что, совсем ничего не понимают? Даже если Изабель возьмет город, то точно не пойдет дальше, ведь гарантированно умоется кровью. Даже с Солнечной башней, без подготовки и подавляющего численного превосходства атаковать главный город Дома Материи чистое самоубийство.

Это были не просто слова. Аль-Имрал был одним из семи изначальных Серебряных Городов, ныне став главным столпом для нынешнего правящего дома Серебряной лиги.

Дома Материи или, как его называли за пределами Лиги, Дом алхимиков. Изначально это был относительно небольшой клан, возникший на заре существования государства магов. Его члены не обладали особыми политическими амбициями, в отличии от своих коллег из домов Химеры и Анимы, и не особо конфликтовали с домом Вечности, из которого позже произойдут некроманты, что позволило им спокойно развиваться, медленно накапливая силы и влияние.

Пока другие маги воевали и пытались украсть или уничтожить чужие исследования, алхимики запирались в своих лабораториях, варя новые составы, экспериментировали с металлами и камнем и вели раскопки древних руин Шантири в поисках знаний павшей Империи.

Именно эта приверженность к своей науке принесло им нынешнее влияние и могущество. Ведь именно их эксперименты с оживлением статуй, получивших название общее название «конструкты», оказались очень плодотворными. Как раз Дом Материи был тем, кто создал и обеспечил армии Серебряных городов новыми родами войск — големами и колоссами, ставших спасением Лиги, находившейся тогда в состоянии тяжелой гражданской войны.

Только благодаря появлению стальных легионов и коллегий колоссов, которых было невозможно ослабить или подчинить с помощью Темной магии, а также воскресить после неудачной битвы, магам удалось сначала изгнать некромантов в Эриш, а затем победить в войне Сломанного Посоха.

Это принесло дому Материи фактически главенствующее положение в Лиге, ведь 5 из 9 мест в Круге занимают представители именно этой школы, в то время как только 1 из оставшихся принадлежало химерологам, а другие четыре занимали выходцы из дома Духа.

«Вот только все изменилось с приходом Сайруса, которого такие вещи мало волновали» — Подумал я, вспомнив нынешнего лидера Лиги, до сих пор бездействующего и сидящего в своей столице, полностью забив на войну. — «Но что-то я отвлекся»

Так вот, Аль-Имрал. Город, который веками был рубином в магическом посохе алхимиков. Их сокровищница, чьи библиотеки хранили в себе все тайны и секреты, связанные с созданием големов. Начиная материаловедением, описывающим правильную обработку стали и камня для создания конструктов, заканчивая разделением души, с помощью которого маги вдыхают жизнь в тела могучих колоссов. Сотни лабораторий, тысячи цехов и мастерских, десятки тысяч магических машин и гремлинов, все это обслуживающих.

Аль-Имрал был настоящей парящей фабрикой, находящейся под защитой тысяч големов и титанов, готовых в любой момент восстать и начать войну против захватчиков.

«Как я уже говорил, насколько бы сильна не была армия Изабель, под этими стенами она точно умоется кровью» — Подумал я, параллельно пытаясь понять мотивы нескольких лордов, решивших оставить моего дядю накануне штурма Штормдейла.

— Еще какие. — Сказал Педро, скрестив руки на груди. — Они же сами не раз там бывали. К тому же, если слухи не врут, то из своего уединения вышел Раззак. Против него у «императрицы» не будет шансов.

— Серьезно? — Удивился я, приподняв брови. — Эта старая развалина выползла из своих мастерских? Удивительно…

Тут я ненадолго задумался, припоминая все, что я знал об этом архимаге. Слава Эльрату они зачастую жили гораздо дольше простых людей, а значит менялись гораздо реже.

Раззак, прозванный Белым магом, был фигурой, по своему легендарной.

Изначально выходец из клана Духа, он с юных лет стремился повторить подвиг Сар-Илама — настолько погрузиться в мир Духов, чтобы получить доступ к первородной магии Асхи. Вот только что-то пошло не так и в нематериальном мире он наткнулся на неизвестную сущность в разы превосходящую его в силе.

Итог закономерен — Раззака не убило благодаря страховавшим его товарищам, но выбросило обратно в тело, внешняя энергетика которого оказалась практический полностью выжжена. Белый маг лишился возможности использовать большую часть привычных ему заклинаний, за исключением школы Призыва, а его тело практически полностью парализовало, превратив в жалкого калеку, неспособного даже шеей пошевелить. Ужасная судьба, которой не удивишь никого в Серебряных городах, где десятки, если не сотни, молодых и амбициозных магов погибают, пытаясь достичь могущества в обход своих учителей, скрывающих самые важные знания.

Жители Лиги называют это естественным отбором, я — невероятной глупостью, ослабляющей и отбрасывающей в развитии державу магов далеко назад.

«Если бы те тысячи молодых и талантливых волшебников были живы Изабель бы не громила Лигу с такой легкостью» — Подумал я, скривившись такой глупой траты человеческого потенциала.

Однако, к удивлению многих, Раззак отказался принять участь калеки и умереть в одном из многочисленных Домов Скорби Аль-Сафира, куда отправляли подобных ему. Вместо этого он использовал все свои накопления и влияние, чтобы перейти из Дома Духа в Дом Материи, вплотную занявшись алхимией, бывшей не настолько требовательной к целостности энергетического тела.

Итог — почти пол века безостановочного труда и Белый маг не только получил звание архимага, умудрившись создать Громовержцев — новый вид колоссов, повелевающих бурями, но и занять место главы Дома Материи. Невероятное достижение, сделавшее ее пятым, если не четвертым по влиянию человеком в Лиге.

«Выше него стоит только Сайрус, да такие старые монстры как Маахир, Нура и Джалиб, с которыми даже я не хотел бы встречаться» — Подумал я, покрепче сжав кулаки. Все же я пока был слишком молод для борьбы с по настоящему древними мастодонтами этого мира. Да, Верность и годы тренировок смогли нивелировать этот разрыв, но считать себя самым сильным в мире, где легендарные герои регулярно гибнут от рук простых людей, до селе никому неизвестных, было бы полной глупостью.