— Да как ты смеешь! — Взорвался Годрик, встав и устремив на меня полный злобы взгляд.

— Еще как смею. — Ответил я, повторив за ним. — И пока вы не разразились длинной отповедью о своей чести, миссии и прочем бреде, услышьте один простой факт. В империи есть непреложный закон, по которому наследство переходит по кровному родству. Леди Изабель БЫЛА невестой императора, но это не дает ей никаких прав трон. Ее максимум это место регента до совершеннолетия принца Андраса. И то, если на такое согласится совет благородных.

— То есть вы, герцог Андрей, хотите нарушить последнюю волю своего монарха? — Обратилась ко мне девица, сидевшая на своем месте, скрестив руки на груди и смотря на меня из-под нахмуренных бровей. Черные траурные доспехи, пурпурный плащ в цвет ее дома, нахмуренное лицо и яркие зеленые глаза. Даже сейчас, прибывая в печали от смерти любимого, Изабель все еще была прекрасна, но не женской мягкой красотой, которую она демонстрировала до свадьбы, а сильной и опытной воительницы, способной одним ударом срубить голову с плеч.

— Николас был вашим императором и сюзереном. Его воля для вас закон. Не соблюдая ее, вы становитесь мятежником!

— Правильно!

— Верно!

— Приказы императора закон!

— Не соблюдение — смерть! — Начали кричать ее сторонники, едва не вызвав у меня приступ головной боли. Накой черт я согласился, чтобы на собрании присутствовал еще кто-то кроме герцогов?

— Господа, к тому же нельзя забывать о происхождении принца Андраса. — Сказал стоявший за спиной Изабель высокий худой мужчина, закутанный в плотный белый халат, с вышитыми на нем сигилами Эльрата. Единственной видимой частью тела Франсуа Ле Бретона, архиепископа герцогства Гончей, были пурпурные глаза, говорившие о наличии в его родословной сильных магов. — Лорд Ворон говорит о не свершившихся клятвах, но забывает что принц тоже был рожден вне их. Это дитя не несет в себе благословения Эльрата, что для наследника недопустимо!

«Старый идиот!» — Ругнулся я про себя, скрипнув зубами. — «Вот куда ты лезешь?!»

Еще играя в оригинальную компанию меня всегда интересовал вопрос, как при наличии прямого наследника, Изабель позволили не просто короноваться и стать правителем империи, а даже заикнуться о таком.

Наследование по крови было одним из фундаментальных законов Священной Империи Грифона. Без наличия заверенного в Церкви и сюзереном, а в случае императора Великим Советом завещания, наследство всегда переходило кровным родственникам и только при их полном отсутствии другой человек, хоть как-то связанный с покойным, мог заявить права на его имущество.

И ведь мало Андраса. После мальчишки следующими в линии кровного родства были два семейства — Вороны и Единороги. Если про мою семью даже говорить не стоит, ведь каждому благородному в империи было известно от кого мы ведем род и что моя прабабка, бывшая замужем на нашем основателе — Андрасе, была дочерью самого Ивана Грифона, первого императора новой династии, то с Единорогами была особая история.

Дело в том, что и при Соколах, и при нынешней династии именно они всегда были второй скрипкой при дворе, занимая места магистров Имперского ордена, советников правивших монархов, казначеев и прочие важные должности, а также часто заключали браки с представителями императорской фамилии. Настолько часто, что к концу правления Соколов они были им большей родней чем Олени, которые тоже происходили от Ронана Великого.

Причина этому была проста — патологическая верность этого семейства. Не знаю как, но за века существования государства Единороги ни разу не воспользовались своим положением против правящей династии, хотя шансы были. Даже в Десятилетней войне они участвовали без огонька, за компанию, быстро выбрав своим новым сюзереном Ивана Грифона и присягнув ему на верность.

Поэтому не было ничего удивительного в том, что в конце третьего дополнения Изабель назначила новой правительницей именно Фриду. Девчонка не только была героиней, спасшей империю, избранницей Эльрата и опытной военачальницей, в одиночку раскидавшей сначала армию Дункана, а затем половину Красной церкви, но и наследницей герцогства Единорога. Одной из самых уважаемых семей государства, несущей в себе кровь как династии Соколов, так и Грифонов.

Это давало ей право преемственности и успокаивало даже самые горячие головы, желавшие усадить другой клан на трон. Ведь благородней Единорогов, после исчезновения Грифонов и, судя по всему, Волков и Воронов больше не осталось. Изабель отказалось, Дункан стал императором, а Быки, вероятно, сгинули от рук Арантира и его ученицы Орнеллы.

Но вернемся к Андрасу и его странному происхождению.

Дело в том, что после изгнания Маркела и начала полноправного правления Николаса, золотая пора Федора, младшего брата Алекса, закончилась. Его царствующий племянник перестал выдавать деньги на его гулянки и дебоши, от которых страдал весь Коготь и сослал его далеко на запад, на южную окраину герцогства Оленя, доживать его бездарную жизнь подальше от столицы.

Вот только Николас немного просчитался. Недооценил вес императорской фамилии. Местный барон, которому принадлежал тот мелкий городишка, в который сослали дядю императора, настолько испугался царственной персоны, что устроил ему целую феерию из кутежа, вина, продажных женщин и редких трав и грибов, которые в великом множестве росли в подземельях соседнего Игг-Шайла.

Федор хоть и был ничтожеством, умудрившимся пропить даже грифоновское здоровье, но додумался промолчать и целый год кутил в местном городке, портя местных девок и отравляя простым горожанам жизнь. Дошло до того, что ночью он набрел на местный черный рынок и там пристал к одной бестии, работавшей там охранницей. Закончилось это все бурной ночь, где "бедным" Грифоном цинично и неприятно для него попользовались, а затем быстро расчленили и выбросили в ближайшую канаву, где его тело за считанные дни обглодали крысы.

О произошедшем высший свет империи узнал год спустя. Когда вызванные Годриком инквизиторы вернулись в столицу, привезя с собой урну с прахом Федора, голову той самой бестии и годовалого мальчика, которого этот урод заделал младшей дочке барона. Их могло быть и больше, однако семя сильных аристократов плохо приживается на сухой почве простых людей. Только сильные и тренированные женщины, с большим запасом маны и развитым энергетическим телом могли выносить благородный плод, а про герцогские фамилии я вообще молчу. Там еще какие-то важные моменты есть, но я, к сожалению, не маг, чтобы их знать.

Как бы Николас не ненавидел своего дядю, но оставлять без присмотра его единственного сына и своего возможного наследника не стал. Из баронства была привезена его мать, молодая девочка 15 лет, найдены учителя и слуги, а сам мальчик был официально принят в семью, получив фамилию Грифон и имя Андрас.

Однако в имперском глубоко верующем и почитающим традиции обществе никто не забыл, что он, по факту, являлся бастардом, дитём греха, что ле Бретон мне сейчас и припомнил.

— Причем здесь обстоятельства его рождения? — Вмешался в разговор другой герцог. — Андрас принц, признанный как Императором, так и прошлым первосвященником. Остальное не имеет значения.

Мой дядя Педро, нынешний герцог Бык, был молодой копией своего отца, моего деда. Высокий, черноволосый, с пронзительным взглядом карих глаз, он одним своим видом показывал южную породу. Мощный подбородок, прямой нос, густые брови, бородка-эспаньолка. Уверен в молодости все молоденькие аристократки на него вешались, но сейчас, после долгой и кровопролитной войны, на кончиках его пальцев поселилась едва заметная дрожь, в висках стали заметны первые седые волоски, а брови были вечно сведены на переносице, от чего в свои тридцать пять он заимел первые глубокие морщины.

— Еще как имеет. — Высказался один священников, стоявший за единственным пустующим троном. — Правящая семья это пример не только для всей империи, но и остальных людей, живущих под светом Эльрата. Если нами будет править бастард, то саму Священность нашей империи можно поставить под сомнение.