— Ваше величество, сир Дункан, сир Киран. — Уважительно поздоровался он с каждым из присутствующих, оставив напоследок архиепископа, к которому он подошел и, встав на колено, поцеловал перстень, выказав высочайшее уважение священнику. — Ваше святейшество Рэнделл.

— Ну, что вы герцог. — Ответил жрец, который с той же мягкой улыбкой тоже встал на колено и помог ему встать на ноги. — Все мы сейчас равны перед оком Эльрата.

— Если такого ваше позволение. — Ответил герцог и подойдя к столу, устало облокотился на него.

— Я слышал о ваших успехах, сир Андрей. — Начал разговор Николас, сложив руки за спиной. — Разбив два легиона демонов вы облегчили давление на нашу армию, дав закрепиться и остановить продвижение их центра.

— Однако мой план не сработал, ваша величество. — Ответил Ворон, внимательно смотря на разложенные на столе карты, медленно переводя взгляд с одной точки на другую. — Мне не удалось зайти демонам глубоко в тыл и отвлечь на себя правое крыло.

— Ничего страшного. — Сказал император, ободряюще улыбнувшись. Он прекрасно видел, как вымотан и слаб стоявший перед ним юноша, поэтому не стал вкладывать в свои слова каких-то особых смыслов. Только военная прямота и недвусмысленные интонации.

Ведь это не его двор, большая часть которого с началом вторжения разбежалась по своим поместьям, и лишь несколько десятков придворных шли сюда, ведя подкрепления.

Перед ним стояли имперские герцоги, правители целых провинций, под рукой которых находились десятки тысяч профессиональных солдат. Особенно это касалось стоявшего перед ним лорда.

«Вот уж не думал, что его постоянные войны с орками обернуться пользой для империи» — Подумал император и, подойдя к столу, начал объяснить новоприбывшему герцогу нынешнее положение дел. — Смотрите, мы смогли остановить Ниброса здесь, у крупной переправы через Северную реку и сейчас всеми силами пытаемся помешать ему расширить ее при помощи магии…

К Андрею Ворону у императора было двоякое отношение. С одной стороны Николас прекрасно понимал его. Как и он сам, Ворон лишился отца в очень малом возрасте, оставшись практически один на один против многочисленных лордов, желавших разворовать его наследство. Не помог ни дядя, занятый своей местью оркам, ни мать, решившая сбежать через пару лет после гибели мужа.

Десятилетнему мальчишке пришлось в одиночку, таща на горбу младшую сестру и брата, управлять целой провинцией, отражая многочисленные набеги орков, ставших прощальным подарком почившего родственника.

Но он справился. Смог не только подчинить своей воле всех благородных, пользуясь словом, мечом и личным примером, но и став развивать свои земли, начав продавать захваченных рабов по всей империи. Да, не самое благородное занятие, но когда в казну герцогства течет настоящая река из золота, ручейками расходясь самым преданным и верным сторонникам Ворона, все недовольные замолкают, боясь даже рот открыть.

Все это, в купе с неплохими магическими и тактическими способностями, не позволяло императору пренебрежительно относиться к герцогу, вот только произошедшее восемь лет назад, на Великом Соборе, перечеркнуло любые его симпатии.

Да, обвинения Эцио Быка, Дункана Оленя и Андрея Ворона в какой-то степени были правдивы. Николас, видя происходящее в империи, планировал усилить позиции императорской семьи, подчинив ей герцогство Гончей и Волка.

Вот только не из банальной жажды власти. Нет, прожив почти десять лет в тени жадного до силы пустоманта, молодой император как никто другой понял в бессмысленности власти ради власти. Будучи настоящим призраком дворца, на которого почти не обращали внимания, он внимательно наблюдал за происходящим: за придворными, лордами, торговцами, рыцарями, иностранными послами, за матерью, с каждым годом все больше терявшей рассудок, за Годриком, который пытался усидеть на двух стульях, стараясь угодить и ему, и сестре, и самое главное — за Маркелом.

За его разговорами, поступками, делами, увлечениями и прочими аспектами.

Наблюдая за ним все свое детство Николас понял, что придворный астролог, оказавшийся могущественным некромантом и учеником самого Сандро, который почти смог захватить власть в Священной Империи Грифона оказался пуст внутри. Интриги ради интриг. Сила ради силы. Смерть ради Смерти.

Читая немногочисленные дневники, которые оставил после себя Маркел, Николас все больше осознавал, что даже к той самой Пустоте, откуда по легенде появились Асха и Ургаш, он не сильно стремился, желая более приземленных вещей.

Власти во всех ее проявлениях. На деньгами, людьми, мыслями и даже самой Смертью.

И к чему в итоге он пришел?

К бегству в южную пустыню и неминуемому забвению, ведь после раскрытия его истинных мотивов весь мир стал его врагом.

После такого примера Николас не видел смысла пытаться подгрести всю власть под себя, вот только долгое наблюдение за Маркелом не могло остаться без последствий.

Молодой Грифон познал силу власти. Понял, как много могут сделать люди, происходящие даже из самого низшего сословия, если дать им хотя бы крупицу этой великой силы.

Вкупе с ранней потерей отца, которого мальчик искренне любил, многочисленными интригами придворных, которые к этому времени стали для него костью в горле, и самое главное — наглядными примерами в лице Лайама, Мив и Коннора, это привело его к простой, как имперский медяк, идее.

Создать целостное государство, с сильной императорской властью, готовое в любой момент встретить вторжение демонов и с легкостью его отбить.

Идея ради которой стоило жить и исполнив которую он не только вписал бы свое имя в историю, но и сделал так, чтобы спустя столетие, когда демоны в очередной раз вторгнуться в Асхан как можно меньше людей погибло от их когтей и клыков.

Благородная цель, которая раз за разом натыкалась на препятствия. Сначала во время Великого Собора, когда к герцогам Оленю и Быку неожиданно присоединился Ворон, чей род с момента своего основания был верным слугой династии Грифонов.

Потом финт, который выкинул глава ангелов Метатрон, с одной стороны подавив оппозицию и уничтожив любой намек на скорую гражданскую войну, а с другой — окунул его самого настолько глубоко в нечистоты, что Николасу пришлось целых восемь лет делать все, чтобы вернуть себе былую репутацию.

Ведь стукачей никто не любит и не уважает.

Но даже его триумф — свадьбу с Изабель, когда в его руки должно было попасть самое богатое герцогство империи, был испорчен вторжением с демонов и необходимостью отбыть на фронт, защищать свой дом от его исконных врагов.

«Ничего страшного» — Успокаивал он себя тогда, когда в первый раз шел в бой против тварей Ургаша. — «Сейчас изгоним их обратно в Шио, я вернусь домой, восстановлю свои земли и через пятнадцать лет посажу в герцогство Волка одного из моих сыновей. Все по воле Эльрата»

Вот только сила демонов оказалось выше, чем он предполагал. Книги не заменят жизненный опыт, а немногочисленные ветераны, вернувшиеся с войны Серого Альянса сами не ожидали такой силы от их старых врагов.

Перед императором во весь рост встал вопрос не далеких планов о будущем империи, а его собственного выживания здесь и сейчас.

-… 6 и 8 рота сейчас держат Аринский лес. Демонов там нет, но я решил перестраховаться. — Закончил он вводить в курс дела недавно прибывших, выжидательное посмотрев на задумчивого герцога. — До вашего прихода сил хватало только чтобы сдерживать Небироса, но теперь у нас есть шанс начать наступление. Сир Андрей, сколько сил вы привели?

— Девять с половиной тысяч, ваше величество. — Ответил герцог, подняв взгляд с карт. — Но через два дня из Пика прибудут еще восемь. Думаю этого хватит, что дать отпор демонам.

— Это да. — Хмыкнул стоявший рядом Дункан, постучав пальцем по северной дороге, ведущей в Коготь. — Через три дня сюда подойдут пара тысяч моих пограничников, вместе с отрядом гномов-наемников из Железностопов. Их всего пара сотен, но их хирд даже матерого кошмара на всем скаку остановит. Они идеально подойдут для перекрытия переправы.